Сказ про то, как казаки Нидерланды освобождали

Голландские похождения генерала Бенкендорфа
Время на чтение: 6 минут.

От редакции. Вплоть до начала Первой мировой войны 28 ноября в голландском Утрехте ежегодно отмечался Kozakkendag — День казака. С какой такой радости в центре Нидерландов вдруг решили чествовать русских казаков? Давайте в этом разберёмся.

“Небываемое бывает” — такая надпись была выбита на медалях, которыми Пётр I наградил участников крышесносного захвата двух шведских кораблей в устье Невы. Мне кажется, та же самая надпись как нельзя лучше характеризует освобождение русскими Голландии в 1813 году.

Казаки, входящие в Утрехт 28 ноября 1813 г.
Казаки, входящие в Утрехт 28 ноября 1813 г.

“Со стороны деревни Чмаровки…”

Выпроводив Наполеона из России, Александр I озадачился созданием новой антинаполеоновской коалиции. Собственно, с этого и начинается фантастическая история про русский блицкриг в Нидерландах.

Намерение Его Императорского Величества нашло полное понимание у британского кабинета министров, так что вскоре новый союз для борьбы с Кровавым Бонни был сформирован. Помимо России и Англии, в него вошли также бывшие союзники Наполеона — Пруссия и Австрия. Соединёнными силами союзники успешно наваляли Наполеону в октябре 1813-го при Лейпциге. Французская Grand Armee посыпалась, и Наполеон, дабы расколоть вражескую коалицию, начал вести тайные переговоры с австрийцами. В обмен на сепаратный мир Бонни им пообещал откатиться на “свои естественные границы по Рейну”. Правда, Южные Нидерланды, а также Антверпен французский император при этом планировал удержать за собой.

Последнее совершенно не устроило прознавших про тайные переговоры англичан. Расстояние от Антверпена до Дувра составляло всего-то 200 км — какие-то два плевка по карте и Бонни десантируется в Англии!.. Что? Английский флот? Вы вообще о чём? Какой тут флот, когда Наполеон в Антверпене, а Нельсон в могиле?!..

Не-е-ет, так не пойдёт!

Самым простым, что в текущих обстоятельствах пришло в голову англичанам, был стремительный захват Нидерландов, способный одним махом похоронить все возможные кулуарные договорённости Парижа и Вены. Однако тут в игру вступили британские парламентаризм и бюрократия. Уверенно действуя на стороне Наполеона, они сумели отодвинуть отправку английской экспедиции в Нидерланды аж до 30 ноября 1813 года, когда британский экспедиционный корпус генерал-лейтенанта Томаса Грэхема, сопровождающий принца Оранского, высадился в Схевенингене. Но всё это, повторюсь, произойдёт лишь в конце осени 1813-го, а до этого…

До этого можно было бы пустить цитату из “12 стульев”: “В половине двенадцатого с северо-запада, со стороны деревни Чмаровки, в Старгород вошёл молодой человек лет двадцати восьми. За ним бежал беспризорный. — Дядя! — весело кричал он. — Дай десять копеек!..”

Пока в Англии ещё только сочиняли план десанта в курортный Схевенинген, в октябре 1813-го в Голландию со стороны деревни Чмаровки… пардон! — с востока вошёл русский генерал Александр Христофорович Бенкендорф. Да-да, тот самый, который 1782 года рождения, а также “и вы, мундиры голубые, и ты, им преданный народ”. Впрочем, последнее будет позже, а пока Александр Христофорович являлся лихим партизанским командиром, немало “пошумевшим” на коммуникациях французов во время кампании 1812 года. 

Александр Христофорович Бенкендорф
Александр Христофорович Бенкендорф

За Бенкендорфом поспешали русские казаки, весело выпрашивавшие у генерала жалование. Казна отставала, поэтому Александр Христофорович отшучивался в духе советских анекдотов про Чапаева: “Орлы, зачем птицам деньги?!” За казаками двигались прочие участники мероприятия.

По штату в “летучем” отряде Александра Христофоровича должно было иметься 4 819 военнослужащих, но на деле людей у русского генерала оказалось куда меньше. Тульский пехотный полк + батальон егерского полка + пять казачьих полков + Павлоградский гусарский полк и батарея конной артиллерии = 3 500 человек при 10 орудиях.

К слову сказать, у отвечавшего за оборону Нидерландов французского генерала Габриэля Жана Жозефа Молитора имелись не только солдаты Франции, но и швейцарцы, испанцы, а также нацгвардия Голландии: в общей сложности — порядка 12-13 тысяч штыков и сабель.

Понимая, что сил у Бенкендорфа маловато, его начальник, генерал Фердинанд Федорович Винцингероде, приказал Александру Христофоровичу в Голландии ограничиться диверсией — совершить набег на занятую французами крепость Девентер.

Габриэль Жан Жозеф Молитор
Габриэль Жан Жозеф Молитор

Вопреки полученному приказу

Разделив свой отряд на отдельные колонны, Александр Христофорыч двинул их 2 ноября 1813 года вдоль реки Эйссел. Попытка русских с наскока взять Девентер, в котором засели 3 тысячи французов, из-за потери внезапности “не взлетела”. В общем-то, на этом Бенкендорф мог сворачиваться и возвращаться назад, но… Именно тут Александр Христофорыч осознал, что отряды Молитора разбросаны по всей Голландии, они малоподвижны, а у него, Бенкендорфа, в отряде немало конницы. Словом, если действовать быстро и нестандартно, то есть шанс сорвать банк!

Решив, что ему “карта попёрла”, русский генерал вместо отступления помчался вглубь голландской территории к городу Зволле. Для захвата оного Бенкендорф использовал тактику простую, как полено. Первоначально к городу выехал малочисленный казачий разъезд, который начал задирать защитников. Когда терпение последних исчерпалось, гарнизон отправился на вылазку, чтобы покарать нахальных “иванов”. Те бросились наутёк. Началась погоня, которая завела французов в элементарнейшую ловушку. Далее последовал удар основных сил Бенкендорфа по флангам растерявшихся преследователей, погоня уже в обратную сторону и успешное проникновение в город на плечах улепётывающего неприятеля. Последним этапом всей этой беготни стала сдача Зволле — finita la commedia.

Казачья застава в 1813 г.
Казачья застава в 1813 г.

В Зволле Бенкендорф стакнулся с голландским генералом Балтазаром ван дер Платтеном, который, по словам Александра Христофоровича, “принял все мои планы относительно Нидерландов, рассказал мне точную информацию о вражеских силах и настроениях своего народа”. Ещё одним полезным голландцем, попавшимся навстречу русскому генералу, оказался барон Корнелиус Рудольф Теодор Краайенхоф, автор монументального труда “Гидрографические и топографические описания Нидерландов”. Краайенхоф был настоящей ходячей энциклопедией. Он выложил командиру “летучего” отряда детальный расклад по всем укреплениям, дорогам, плотинам и дамбам Голландии.

Как раз в этот момент Бенкендорфа настиг приказ Винцингероде “не входить в Голландию из-за недостатка войск”, но Александра Христофоровича было уже не остановить. Как сказали бы Ильф и Петров: “Остапа несло!”

Воспользовавшись полученной от Платтена и Краайерхофа информацией, 250 казаков, которыми командовал майор Павлоградского гусарского полка Марклай, проскользнули между французскими дозорами и 14 ноября без боя въехали в Амстердам. Чуть позже туда же на лодках проскользнул небольшой отряд солдат Бенкендорфа Обрадованные появлением русских, амстердамцы немедленно побежали дубасить находившихся в городе французов и “водружать знамя независимости”.

Посчитав, что Амстердам занят сильным вражеским корпусом, Молитор отступил в Утрехт. Если б французский командующий знал, что в Амстердаме находится всего 600 русских… Но он не знал. Когда же ушлый Александр Христофорович предложил муниципалитету Амстердама напечатать в газетах сообщение о том, что, мол, город занят 6 тысячами “иванов”, то Молитор и вовсе отбросил мысли о наступлении.

Определённо, было в азартных действиях Бенкендорфа нечто восточное, татаро-монгольское, чингисхановское. Нет, ну а что? “Да, скифы — мы! Да, азиаты — мы, с раскосыми и жадными очами!”, — как писал один поэт.

Привал казаков у ворот Амстердама
Привал казаков у ворот Амстердама

Кавалерия против эскадры

Тем временем в голландскую эпопею “летучего” отряда Бенкендорфа оказалась вписана новая удивительная глава.

Неподалёку от Амстердама, в бухте Зюйдер-зее стояла французско-голландская эскадра “Тексель” под командованием адмирала Шарля-Анри Верюэля. Состояла она из 7 линейных кораблей и 4 фрегатов. Со стороны суши эскадру поддерживал мощный форт Гельдер.

Шарль-Анри Верюэль
Шарль-Анри Верюэль

Вечером 22 ноября к Гельдеру подошли 250-300 донских казаков уже знакомого нам майора Марклая. Атаковать столь незначительными силами форт было бы безумием. Самоубийцей Марклай не являлся. Вместо того чтобы штурмовать Гельдер на глазах у ощетинившейся пушками эскадры Верюэля, майор сосредоточился на перехвате обозов и одиночных телег, следовавших к Зюйдер-зее. С поставленной им задачей казаки справились блестяще — уже через четыре дня экипажи кораблей эскадры “Тексель” и гарнизон Гельдера оказались на голодном пайке. Опасаясь бунта матросов, Верюэль подписал капитуляцию перед русскими. Согласно её условиям, в обмен на поставки провизии эскадра прекращала боевые действия против союзников, а Гельдер передавался русским. Чтобы Верюэль не вздумал “озоровать”,Марклай приказал пушки форта навести на корабли.

Инцидент в Зюйдер-зее — это единственный случай в русской военной истории (а возможно — и мировой), когда кавалерия принудила к сдаче целую вражескую эскадру.  

Дальнейшие события развивались не менее эпично. 27 ноября “летучий” отряд Бенкендорфа примчался к воротам Утрехта. Перед этим Александр Христофорович сделал всё для того, чтобы хитрыми манёврами и активной дезинформацией запудрить мозги Молитору. Французский командующий уверился: “летучий” отряд есть авангард следующей к Утрехту многочисленной русской армии. А потому Габриэль Жан Жозеф Молитор смело и решительно… вновь отступил.

28 ноября донцы-молодцы Бенкендорфа на галопе влетели в Утрехт, из которого только что сбежали французские оккупанты. В память о сём фантасмагорическом факте жители Утрехта впоследствии и стали каждый год 28 ноября отмечать Kozakkendag*.

Не удовлетворившись достигнутым, Александр Христофорович отправил в рейд несколько разведывательно-диверсионных партий, окончательно превративших Голландию для французов в местный филиал ада. 

Ну а 30 ноября в Схевенингене наконец-то высадились англичане, доставившие в Нидерланды принца Оранского, немедленно провозглашённого главой государства. Де-факто, к этому моменту Бенкендорф уже очистил от неприятеля большую часть Нидерландов!

После “посещения” Утрехта казаки Александра Христофоровича в первой трети декабря без серьёзного сопротивления захватили крепость Бреда. Несмотря на все попытки французов вернуть себе столь важную фортецию — в какой-то момент всё висело буквально на волоске — русский генерал Бреда удержал. После таких фокусов Бенкендорфа Алессандро Фарнезе и Людовик XIV на том свете должны были себе все локти искусать от зависти.

Прибытие Вильгельма Оранского в Схевенинген 30 ноября 1813 г.
Прибытие Вильгельма Оранского в Схевенинген 30 ноября 1813 г.

Золотая шпага Оранского

В 1814 году Вильгельм Оранский наградил русского генерала золотой шпагой с надписью: “За Амстердам и Бреда”. Общественность восприняла сей факт с полным пониманием. В конце концов, после знакомства с голландской эпопеей “летучего” отряда Бенкендорфа так и хочется воскликнуть: “Виват, Александр Христофорович!”

Вот уж воистину — небываемое бывает.

*Традицию проведение этого общегородского праздника утрехтцам пришлось прервать в 1914 году, чтобы “не злить” кайзеровскую армию.

Сергей Махов

Понравилась статья?
Поделитесь с друзьями.

Share on facebook
Share on twitter
Share on vk
Share on odnoklassniki
Share on telegram
Share on whatsapp
Share on skype

При копировании или перепечатке материалов активная индексируемая ссылка на сайт fitzroymag.com обязательна.

5 24 голосов
Оцените статью
Подписаться
Уведомить о
0 Комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии

Вам также может понравиться