Right place 27.12.2021

Royal Navy и овсянка

Время на чтение: 4 минуты

В нашей стране слово “овсянка”, как правило, ассоциируется с детсадовским меню, советскими овсяными хлопьями “Геркулес” и крылатой фразой “Овсянка, сэр!” из советского же фильма “Приключения Шерлока Холмса и доктора Ватсона. Собака Баскервилей”. При этом на родине автора, придумавшего самого Шерлока Холмса, у овсянки имеется куда более широкий бэкграунд. Особенно это касается Royal Navy — Королевского флота.

Об этом сегодня и поговорим.

“Всё хорошо, прекрасная маркиза”

Начнём издалека.

Как писал в свое время секретарь Адмиралтейства и один из демиургов Royal Navy Сэмьюэл Пипс: “Всегда нужно помнить, что англичане, особенно — моряки, более всего на свете любят свой живот и заботятся о нём. Поэтому если уменьшить снабжение продовольствием Королевского флота (или ухудшить его качество) — это обязательно станет основой для бунтов или пренебрежения королевской службой. Полноценное питание моряков — это то, о чём нужно заботиться в первую очередь, ибо моряк, имеющий хорошую пищу, гораздо легче перенесёт любые другие тяготы”.

Собственно говоря, именно Пипс в 1677 году утвердил типовые рационы моряков, рассчитав порции и заключив контракты с производителями. Согласно этим таблицам, один моряк получал в неделю 7 фунтов сухарей, 7 галлонов пива, 4 фунта говядины, 2 фунта солёной свинины (чаще всего — бекона или окорока), 3/8 длины от 24-дюймовой трески, 3 фунта “Бедного Джона” (хек) и т. д.

Как заметил в 1720‑х годах по поводу военно-морских пайков Сезар де Соссюр, иностранный наблюдатель на борту британского корабля: “Каждый моряк получал такое количество печенья и пива, что оно было больше, чем можно было съесть или выпить за день”.


Сэмьюэл Пипс
Сэмьюэл Пипс

Действительно, стороннему наблюдателю могло показаться, что уж с чем с чем, а с питанием на Королевском флоте всё all right. По большей части во времена Пипса так и было, благо тогда Королевский флот редко действовал вдали от гостеприимных берегов. Соответственно, с рационом моряков особых проблем не возникало. Это благолепие периодически могло подкрепляться ещё и гуманными инициативами командующего эскадрой. Так, например, адмирал Джон Нарборо, крейсируя в Средиземном море, стал покупать для своих экипажей картошку, лук и морковь, что позволяло кормить матросов полноценными супами, существенно разнообразившими традиционную флотскую еду — варёную солонину и гороховую кашу.

Однако время не стояло на месте, и ситуация с рационами моряков Royal Navy постепенно стала напоминать одну известную песенку:

Всё хорошо, прекрасная маркиза,

Дела идут и жизнь легка,

Ни одного печального сюрприза,

За исключеньем пустяка!..

Вонь гниющей трески

В годы Аугсбургской лиги и войны за испанское наследство система, выстроенная Пипсом, дала сбой в её “рыбной” части. Дело в том, что сушёная и вяленая рыба плохо переносят повышенную влагу, неминуемую в дальних плаваниях. Так что когда английские эскадры приступили к вояжам в Вест-Индию или к берегам Северной Америки, запасы рыбы в трюмах кораблей Royal Navy начали гнить. При этом по декам парусников распространялось настолько мощное амбре, что моряки порой требовали выкинуть за борт всю пайковую рыбу. Мало того, они даже совершенно добровольно были готовы вымыть весь корабль с уксусом, потому что запах уксуса и то менее противен, чем вонь от гниющей трески.

Сначала Адмиралтейство “тресковые” жалобы капитанов и команд посчитало блажью — ну типа матросики с жиру бесятся. Но последующие события заставили Их Лордства пересмотреть свои взгляды.

Началось всё с того, что в мае 1729 года адмиралу Чарльзу Уоджеру было приказано возглавить в Спитхэде эскадру из 33 вымпелов, к которым вскоре присоединились 14 голландских линейных кораблей. Данное англо-голландское соединение предназначалось для действий против Испании, поскольку Мадрид в 1727–1728 годах всячески демонстрировал Лондону свою враждебность и даже пытался отбить Гибралтар.

Планы — планами, но в море корабли Уоджера так и не вышли. В Лондоне газеты во всю потешались над этим фактом — англо-голландское соединение даже получило нелестное прозвище “флот домоседов” (stay-at-home fleet). Одновременно со снабжением “домоседов”, как и со снабжением отряда адмирала Хозайера, ушедшего в Вест-Индию, возникли серьёзные сложности. Почему? Потому что поставщики продовольствия для Royal Navy оказались несколько более предприимчивыми, чем это ожидалось в Адмиралтействе.


Кадр из фильма Master and Commander: The Far Side of the World.
Кадр из фильма Master and Commander: The Far Side of the World.

Английские производители сухпайка, так сказать, “в рамках импортозамещения” решили снизить себестоимость продукции и немного увеличить свою прибыль. В рамках этого бизнес-проекта соединениям Уоджера и Хозайера были поставлены сухари не из пшеницы, а из дешёвой смеси конских бобов, ржи, ячменя и гороха. Поставщики говядины и свинины также решили не оставаться в накладе. По образному выражению Уоджера, они снабдили флот “не мясом, а костями”, то есть забили бочки с солониной голенями, щеками, сердцем, печенью и прочим ливером. Ну просто потому, что мясо же можно продать подороже на лондонском рынке, а моряки… обойдутся.

“Вишенкой на торте” стало решение поставщиков рыбы отправить на корабли подмоченную треску, которая, прибыв по месту назначения, разумеется, начала беспощадно вонять.

Тут-то экипажи “флота домоседов” и взвыли. Вроде корабли находятся в своей базе, а матросов косят цинга и диарея! На эскадре Хозайера, кстати, к вышеописанному “букету” добавилась ещё и жёлтая лихорадка.


Камбуз HMS Victory
Камбуз HMS Victory

Овсяная каша по имени “бургу”

Чтобы как-то утихомирить страсти и хвори, бушевавшие на палубах его кораблей, адмирал Уоджер подумал-подумал, да и закупил для пополнения рационов большое количество овсянки. При этом руководствовался Уоджер не столько рекомендациями лекарей, сколько соображениями “эстетического” характера — овсянка, даже будучи подмоченной, в отличие от трески не создаёт условий для смрадной “газовой атаки”!..

И, знаете ли, овсянка помогла — массовый “дристунец” прекратился. Настроение экипажей, принявшихся деятельно лопать закупленный Уоджером продукт, поднялось.

На этом история близких отношений Royal Navy и овсянки отнюдь не закончилась.


Овсяная каша
Овсяная каша

Начиная с 1731 года на английские корабли, следующие в дальние рейсы, было указано вместо сушёной рыбы выдавать овсянку. Примерно в это же время возник рецепт матросской овсяной каши — знаменитой бургу (burgoo).

Сейчас бургу — это мясное стью, нечто вроде ирландского рагу, которое на Среднем Западе и Юге Америки часто подают с кукурузным хлебом или кукурузными маффинами.

Бургу в XVIII веке — это овсяная каша из молотой крупы, сваренная на воде (1 стакан хлопьев и 3 стакана воды), куда добавлены говяжий жир и патока. Делалась каша очень просто: в кипящую воду засыпали овсяные хлопья и варили до тех пор, пока масса не становилась густой. Потом туда добавлялось либо немного патоки, либо хороший кусок говяжьего жира. Всё это тщательно перемешивалось, после чего подавалось английским морякам. Последние после надоевшей всем до смерти гороховой каши встречали новинку флотской кулинарии с искренним восторгом.

С патокой бургу была в рационе Royal Navy чем-то вроде сладкого десерта, а с жиром — неплохим гарниром к солонине или окороку. В таком виде бургу благополучно просуществовала до конца Эпохи паруса, несомненно, внеся свой вклад в громкие победы Королевского флота. Так что, по справедливости, на Трафальгарской площади, рядом с Nelson’s Column, должна выситься ещё одна колонна, увенчанная изображением миски с бургу!

Тем, кому хотелось бы лично попробовать аутентичную флотскую бургу, порекомендую YouTube-канал Townsends с роликом Sailor Rations in the 18th Century — Burgoo. Ознакомьтесь с аутентичным процессом приготовления каши по рецептам XVIII века и дерзайте.

Сергей Махов

Комментарии

0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии