Первый блин комом

Американская революция. Часть XII
Фрегат Континентального флота

Ранее: Американская революция. Часть XI. Корсары, приватиры, каперы.

Сказав довольно много о каперах-частниках, давайте теперь поговорим о крейсерских операциях Континентального флота.

13, как известно, несчастливое число

Как мы уже отмечали, регулярный флот США был весьма малочисленным и не мог напрямую соперничать с Royal Navy. Поэтому действия в собственных водах привели американцев к плачевным результатам.

В одной из предыдущих частей нашего повествования уже упоминалось о строительстве 13 фрегатов для Континентального флота. 13, как известно, несчастливое число. Вот как сложилась судьба этой фрегатской чёртовой дюжины.

В августе 1777 года в Чесапикский залив вошла крупная английская флотилия: 70-пушечный корабль «Саммерсет», 64-пушечный «Аугуста», 50-пушечный «Айсис», 44-пушечный «Робак», 32-пушечный «Перл», 28-пушечный «Ливерпуль», 20-пушечная «Камилла» плюс ещё порядка 20 военных и транспортных судов.

Пока британская армия, высадившаяся в 50 милях от Филадельфии, сражалась с войсками повстанцев, флот британцев пытался прорваться в реку Делавэр.

Построенные, но неоснащённые американские фрегаты «Рандольф», «Вашингтон», «Эффингем» и «Делавэр» 23 сентября увели вверх по реке, а 25 сентября Филадельфия пала. Тем временем отряд британского коммодора Эндрю Хэммонда сражался с береговыми фортами в устье Делавэра. 22 октября 64-пушечный корабль «Аугуста»и шлюп «Мерлин» вылетели на мель напротив американского форта Ред Бэнк. Пользуясь удачным моментом, американцы сосредоточили огонь всех своих орудий на неподвижных кораблях. Англичане под градом ядер и бомб несколько раз пытались стащить «Аугусту» с мели, но безрезультатно. В конце концов, 23 октября то ли от случайной бомбы, то ли по недосмотру уставшей от сражения команды британский 64-пушечник взлетел на воздух. Пожар начался с кормы, распространился очень быстро, а взрыв был такой, что в оккупированной Филадельфии его «почувствовали как землетрясение».

Тем не менее, к началу ноября американская оборона был прорвана. Американцы оказались вынуждены сжечь 32-пушечный «Вашингтон», 28-пушечный «Эффингем» и 24-пушечный «Делавэр», чтобы они не достались врагу.

Таким образом, фрегатов осталось десять. Точнее — восемь, потому что чуть ранее, 6 октября 1777 года, всё под тем девизом имени Карандышева «Так не доставайся же ты никому!» в устье Гудзона были сожжены ещё два американских фрегата, 28-пушечный «Монтгомери» и 24-пушечный «Конгресс».

32-пушечный «Хэннок» успели оснастить к 21 мая 1777 года. Он вышел в море и недалеко от Бостона захватил торговый бриг. 7 июня в компании с «Бостоном» этот фрегат смог захватить 28-пушечный британский фрегат «Саммерсет».

8 июля 1777 года «Хэннок» столкнулся нос к носу с 44-пушечным британским кораблём «Рэйнбоу» и после 29-часовой погони был вынужден сдаться.

Осталось семь.

28-пушечный фрегат «Вирджиния» был достроен в Балтиморе в августе 1776 года. Четыре раза он выходил в крейсерство (в мае, октябре, ноябре и декабре 1777 года), однако совершенно неудачно. С «Вирджинии» бежали матросы, прельстившиеся гораздо более высокой оплатой у каперов-частников. Наконец, в январе 1778 года капитан фрегата Джеймс Николсон был вынужден признать, что из-за некомплекта команды он даже не может вывести корабль из дока. Благодаря мерам, принятым губернатором Мериленда Томасом Джонсоном, экипаж удалось пополнить. Но при попытке 31 марта 1778 года выйти в Чесапикский залив фрегат вылетел на мель прямо напротив города Хэмптон. Вскоре на горизонте появились британцы — шлюп «Сапфайр» и фрегат «Конкерор». На судне началась паника, Николсон спустил шлюпку и вместе с судовыми документами покинул корабль, а экипаж выбросил белый флаг.

Шесть. 

Американский приватир у берегов Новой Шотландии

32-пушечный фрегат «Рейли» спустили на воду 21 мая 1776 года. В следующем году его оснастили, и 12 августа 1777 года «Рейли» вышел в море к побережью Франции. Там фрегат захватил британские торговые шхуну и бриг. Столкнувшись 4 сентября с английским шлюпом «Друид», «Рейли» смог нанести ему незначительные повреждения, после чего поторопился ретироваться — американцы откровенно побаивались ближнего боя с англичанами.

29 декабря фрегат достиг французского Лориана, где пополнил запасы и проследовал к Сенегалу. Там «Рейли» захватил британское торговое судно. Затем фрегат совершил ещё один трансатлантический переход и 9 марта 1778 года достиг Малых Антильских островов, где был обнаружен британскими 20-пушечным шлюпом «Ариадна» и 18-пушечным шлюпом «Серсея». Далее произошло, с нашей точки зрения, очевидное, но невероятное. Несмотря на то, что «Рейли» имел на главной палубе 18-фунтовые пушки и по весу бортового залпа превосходил оба британских корабля, капитан фрегата решительно… поднял белый флаг.

Пять.

32-пушечный фрегат «Рэндольф» вошёл в строй в середине октября 1776 года. 3 февраля 1777 года он вышел в море, крейсировал до 11 марта, после чего свернул крейсерство из-за эпидемии жёлтой лихорадки.

Фрегат встал на карантин и ремонт, но его словно преследовал злой рок: во время пребывания в Чарльстоне (Южная Каролина) в него дважды (!!! — возможно, единственный случай в истории) попадала шаровая молния. Первая сильно повредила корму, а вторая расколола пополам фок-мачту.

Приведя себя в порядок и выйдя в крейсерство 1 сентября, «Рэндольф» смог захватить 5 британских судов с богатым грузом. Отконвоировав призы в свой порт, американец снова вышел в море 14 февраля 1778 года. На этот раз фрегат отправился к Флориде. 7 марта около 21.00 вперёдсмотрящие с «Рэндольфа» заметили паруса одинокого корабля. Незнакомец потребовал холостым выстрелом от «Рэндольфа» обозначить свой флаг. Хотите флаг? Получите! — на фок-мачте фрегата взвилось звёздно-полосатое полотнище, и американец ринулся в атаку.

…Выжившие с американского фрегата позже утверждали, что виной всему оказалась невнимательность — на «Рэндольфе» умудрились британский 64-пушечный линейный корабль «Ярмут» принять за большой торговый шлюп. Конец американца был предсказуем: залп 32-фунтовых орудий англичанина превратил борт американского фрегата в решето. При этом одно из ядер по закону подлости угодило точно в крюйт-камеру, следствием чего стал чудовищный взрыв. Через секунду от 32-пушечного «Рэндольфа» остались лишь груда обломков и облако дыма. Из 315 американских моряков выжили лишь 4 человека.

Четыре.

32-пушечного «Уоррена» построили и оснастили в декабре 1776-го. Войдя в реку Провиденс в январе 1777-го, фрегат вмёрз в лёд. Во время зимовки «Уоррен» получил существенные повреждения, из-за которых потом проторчал на верфи почти год и смог выйти в море только 8 марта 1778 года. Фрегат захватил 2 приза и на зиму 1778-го остался в Бостоне. Во время летнего крейсерства «Уоррену» посчастливилось захватить 7 торговых английских судов. 19 июля он принял участие в неудачной Пенобскотской экспедиции. Войска повстанцев были британцами рассеяны. Дабы «Уооррен» не стал трофеем англичан, фрегат то ли 14-го, то ли 15 августа пришлось сжечь.

Три.

28-пушечный «Провидэнс» и 24-пушечный «Бостон» были направлены для защиты Чарльстона в декабре 1779 года. 12 мая 1780 года город пал, и оба фрегата угодили в руки англичан.

Один.

28-пушечный американский фрегат «Трамбулл» прославился боем с 32-пушечным капером англичан «Ватт». В результате боя жесточайше повреждённый «Ватт» затонул, но и американец еле доплёлся до своего порта, потеряв в бою 30 человек убитыми и ранеными.

8 августа 1781 года последний из первой серии фрегатов Континентального флота столкнулся с 32-пушечным фрегатом «Айрис» (по иронии судьбы, это был бывший собрат «Трамбулла» – захваченный англичанами в 1779-м году «Хэннок») и 18-пушечным шлюпом «Генерал Монк». Бой случился почти в полной темноте. Во время тропического ливня англичане сумели взять американца в два огня, и после упорного сопротивления «Трамбулл» сдался. 

Бриг «Лексингтон»

Хотя потери среди команды «Трамбулла» оказались небольшими, сам корабль повстанцев во время боя оказался сильно повреждён. Он еле-еле дополз до Нью-Йорка, где был немедленно продан на дрова.

Аминь.

Викс, которого мечтали повесить

Итак, из первых 13 фрегатов Континентального флота к 1781 году (до окончания войны оставалось ещё два года) англичанами были уничтожены все, причём основная масса — в 1777-1778 годах. Как говорится, печально, но факт. Вместе с тем следует отметить, что славу Континентальному флоту принесли операции не в западной Атлантике, а в европейских водах. Если частники действовали у американского побережья, то морякам регулярного флота досталась гораздо более сложная задача — перенести войну на территорию противника и тем самым отвлечь его от действий в водах американских. Помимо этого, у моряков Континентального флота имелась задача, которую можно было назвать дипломатической. Дело в том, что показывая свой флаг в Европе, американцы как бы демонстрировали серьезность намерений молодого государства, а сбывая английские призы, заставляли де-факто признать новую нацию как отдельное государство.

Уже 29 ноября 1776 года Европу просто потрясла новость: в заливе Киберон, во Франции, кинуло якорь судно под флагом несуществующего государства — бриг «Репрессаль» капитана Ламберта Викса (Wickes). Викс хотел продать во Франции два британских торговых судна, захваченных им чуть ранее. Дело дошло до короля Людовика XVI и до американского посла во Франции Бенджамина Франклина. Франклин лично прибыл на корабль и сообщил, что пока «продажа английских призов во Франции противоречит англо-французским соглашениям». Что, впрочем, не мешает корсару отстояться и подремонтироваться во французском Нанте.

Таким образом, французы:

1
признали в американском капитане не пирата или военного преступника, а именно капера;

2
соответственно, признали его деятельность законной.

Этим был безмерно возмущён английский посол в Париже лорд Стормонт. Он писал:

Я слышал, вчера вечером известный доктор Франклин прибыл в Нант …, я не знаю, но подозреваю, что он приехал туда как представитель Секретного Кабинета Конгресса (этот кабинет изначально занимался иностранными делами), и, поскольку он хитроумный и ловкий человек, он будет использовать любое средство, чтобы обмануть французов, воспользоваться их незнанием ситуации в Америке, дабы представить мятежников в лучшем свете. Тем самым он надеется склонить французских министров к вмешательству в нашу гражданскую войну. Он имеет здесь большие связи, и общественное мнение на его стороне. Одним словом, мой Бог! – я рассматриваю это событие как опасный прецедент и очень сожалею, что ни один английский фрегат не встретился с кораблём Викса.

Тем временем бретонские купцы, настроенные явно антианглийски, безо всяких разрешений купили призы у американца, правда, занизив их стоимость раза в два, поскольку сделка-то незаконная. Часть денег была пущена на умасливание чиновников, часть — на создание подложных документов, согласно которым захваченные американским бригом суда принадлежали пиратам.

Естественно, Британия обратилась за компенсациями к правительству Франции. Разборки вокруг этой проблемы логично докатились  до секретаря по иностранным делам Вержена, который выразил обеспокоенность и даже обещал посодействовать англичанам, поскольку «Франция не готова взвалить на себя бремя войны с Англией». Запросили Нант, оттуда пришли документы (поддельные, естественно). Эти документы французы, сохраняя строжайший Poker face, передали Стормонту. Мол, знать не знаем, о каких захваченных английских судах вы, мистер, говорите — Викс захватил пиратов, которые национальности не имеют, поэтому продажа легитимна!

Англия была шокирована, газета «Паблик Эдвертизер» бесновалась:

Законно ли покупать у несуществующей нации призы в собственном порту? И не есть ли это признание наших колоний как отдельного государства?

Пока Франция и Англия обменивались колкостями, 3 февраля 1777 года Викс вышел из Нанта и направился в британские воды. В тот же день он захватил английский пакетбот «Сваллоу», причём — для Лондона это было особенно обидно — с дипломатической перепиской, в том числе и секретной. До 14 февраля Викс взял ещё 4 британских корабля, которые привел в Лорьян. Британское Адмиралтейство от бешенства буквально бегало по потолку, а Франклин растеряно писал Виксу, что:

не стоит так часто отсылать призы во французские порты, поскольку это приносит много неприятностей и беспокойства и нам, и французам. 

Потом капитану «Репрессаль» передали требование в 24 часа покинуть Лорьян и вообще побережье Франции.

Викс хмыкнул и отказался выбирать якоря под тем предлогом, что ему нужно время на ремонт. При этом, чтобы обмануть комиссию, которую прислали из Бреста для освидетельствования брига, американцы специально закачали себе воду в трюмы. В результате Викс по уже отработанной схеме с подложными документами дождался продажи призов, а потом остался в порту до конца апреля.

Французы под шквалом английских обвинений ещё раз приказали «Репрессаль» покинуть воды Франции, Викс в ответ просто сменил место базирования — с Лорьяна на Сент-Назер. Французские комиссары с чистой совестью отписались англичанам, что Викс «ушёл в неизвестном направлении». При этом местоположение Викса, скорее всего, являлось секретом Полишинеля, поскольку в Сент-Назере американский бриг посещали и Франклин, и Сайлас Дин. 

«Художник так видит» — бриг «Репрессаль» в образе корвета

Американский агент во Франции Уильям Кармайкл писал:

Да, это наша задача — втянуть Францию в войну с Англией, которую мы должны реализовать несмотря на французское нежелание воевать, и использование в этом наших морских сил — это один из пунктов решения этой задачи.

7 апреля 1777 года в водах Европы появилось ещё одно американское судно — бриг «Лексингтон», которым командовал капитан Генри Джонстон. Джонстон имел приказ прибыть в Нант, чтобы оснастить или получить судно французской или голландской постройки, предназначенное для каперства. В это же время в Париже появился Густавус Конингхэм, чья жизнь крайне похожа на авантюрный роман. В 1775 году он на зафрахтованном корабле «Шарминг Пэгги» отбыл в Европу, чтобы закупить там оружие для революции. Англичане перехватили корабль, однако люди Конингхэма сумели перебить призовую партию и бежали. Добравшись до Голландии, Конингхэм продал «Шарминг Пэгги» голландскому правительству и убыл в Париж. С помощью Бенджамина Франклина во Франции капитан приобрёл люггер «Сюрпрайз», на котором 1 марта 1777 года захватил британский пакетбот «Принс оф Оранж», а потом и судно «Джозеф».

По старой доброй традиции, заложенной ещё Виксом, Конингхэм отправил призы во Францию, в Дюнкерк, однако Стормонт добился личной аудиенции у Вержена и предупредил, что Англия в случае признания и легализации этих захватов объявит войну Франции. Дюнкерк находился в Ла-Манше прямо под боком у Англии. Допустить тут появления американских корсаров Лондон никак не мог.

Ситуация стремительно накалялась, но ни король Франции, ни её министр иностранных дел ещё не были готовы открыто скрестить шпаги с Англией. Поэтому призы англичанам французы вернули, а самого Конигхэма посадили во французскую тюрьму, объявив капитана пиратом. Правда, томился Конингхэм в узилище недолго — вскоре его тайно освободили. Одновременно «Лексингтон» включили в отряд Викса, который к этому моменту состоял из брига «Репрессаль» и куттера «Долфин».

28 мая 1777 года эта американская эскадра вышла в крейсерство к берегам Ирландии, где захватила 18 английских судов. В конце вояжа едва не случилось повторение синдрома «Рэндольфа»: бравые повстанцы набрели на неизвестное судно, которое опознали как корабль Ост-Индской компании. Американцы уже довольно потирали руки, когда внезапно выяснилось, что перед отрядом Викса находится не «купец», а 70-пушечный корабль «Бурфорд». «Репрессаль» со товарищи немедленно бросился наутёк. На бриге, чтобы спастись от многопушечного преследователя, пришлось вышвырнуть за борт все 6-фунтовые пушки. Толька эта экстраординарная мера и позволила Виксу благополучно улизнуть. Большинство американских кораблей и призов смогло укрыться в Сен-Мало. Это вызвало очередной дипломатический скандал, по итогам которого сам король Людовик XVI вежливо попросил Викса покинуть порты Франции, в противном случае угрожая, что «все ваши корабли будут конфискованы, а вы будете заключены в тюрьму».

Англия требовала возвращения захваченных судов, угрожая начать военные действия. Франция соглашалась вернуть британскую собственность — корабли и товары, если Англия гарантировала бы публично неприкосновенность французских и испанских судов, торгующих как в Европе, так и за её пределами. Кроме того, кабинет Людовика XVI заявил, что рассматривает американцев не как пиратов или разбойников, а как одну из воюющих сторон, поэтому и относится к ним соответственно.

Викса в результате 27 августа 1777 года всё-таки выставили из Франции, но и только. По пути в Америку англичанам удалось захватить «Лексингтон». «Репрессаль» же и «Долфин» достигли своих берегов, миновав все патрули англичан.

Чтоб же касается Конингхэма и его команды, то Бенджамин Франклин помог им купить куттер «Ревендж». На нём Конингхэм 17 июля 1777 года вышел в море и устроил настоящий террор у восточного побережья Англии, потом у Ирландии, а затем в Бискайском заливе. В течение 18-месячного крейсерства «Ревендж» захватил более 20 призов, которые в основном сбывал в Испании. От одного имени Конингхэма англичан буквально трясло — даже король сказал, что хотел бы присутствовать на повешении этого мерзавца.

1 сентября 1778 года «Ревендж» отплыл от берегов Испании в Вест-Индию, где захватил или потопил ещё до 40 британских кораблей. 21 февраля 1779 года Конингхэм с призами и оружием для армии прибыл в Южную Каролину. 

Густавус Конингхэм захватывает британское судно

Джон Поль Джонс и граф д’Эстэн

Но не только Викс и Конингхэм «наводили шороху» в водах Англии.

2 ноября 1777 года из Портсмута (Нью-Гэмпшир) вышел 18-пушечный шлюп «Рейнджер» под командованием Джона Поля Джонса. Главной его задачей было доставить во Францию известие о победе под Саратогой и пленении армии генерала Бургойна. По пути Джонс захватил два британских приза и прибыл в Нант 2 декабря. 14 февраля 1778 года он перебрался в залив Киберон, где американцев приветствовали салютом, тем самым признав флаг нового государства. Далее Джонс перебрался в Брест на переоснащение и 10 апреля вышел в крейсерство в Ирландское море, где захватил 2 приза, произвёл рейд на Уайтхейвен и даже совершил высадку в Шотландии, пытаясь захватить графа Селкирка, дабы в обмен на его освобождение потребовать лучше содержать американских моряков, попавших в плен к англичанам.

Далее команда Джонса взбунтовалась под тем предлогом, что их слишком идейный командир больше сжигает судов, чем захватывает, в силу чего прибыль от похода обещает быть маленькой. Джонс внял чаяниям команды и 24 апреля 1778 года в районе Каррикфергуса постарался абордировать английский 14-пушечный шлюп «Дрейк», перестроенный из торгового судна. «Дрейк» имел сильный некомплект команды, пушки малого калибра и не самых лучших офицеров, так что исход схватки оказался предрешён заранее. Бой Джонс провёл на средней дистанции, чтобы использовать преимущества своих 6-фунтовых пушек перед 4-фунтовками англичан. Американцы специально метили в такелаж и паруса, дабы обездвижить противника. Это удалось после часа обстрела, и «Дрейк», потерявший к тому времени капитана, наконец сдался. На этом командир «Рейнджера» не остановился и вскоре захватил ещё один английский корабль. 8 мая Джонс со всеми призами вернулся в Брест.

Когда в июле Франция вступила в войну с Англией, Джонсу предложили бывший корабль французской Ост-Индской компании «Дюк де Дюрас», переоборудованный в 42-пушечный фрегат и переименованный в «Бономм Ричард»*. О похождениях Джонса в 1779 году мы расскажем позже. Сейчас же отметим, что помимо Джонса, Джонстона, Конингхэма и Викса в водах Европы действовало ещё два капитана Континентального флота – это Томас Томпсон на 32-пушечном фрегате «Рейли» и Элайша Хинман на 30-пушечном фрегате «Альфред».

Эта пара фрегатов отплыла из Америки во Францию 22 августа 1777 года. При переходе американцы захватили два и повредили одно британское судно. 6 октября 1777 года они вошли на рейд Лорьяна, а 29 декабря двинулись обратно, но кружным путем, вдоль западного побережья Африки. В районе Сенегала «Рейли» смог захватить британский приз и счастливо дойти до своих вод, а вот «Альфреда» перехватили и захватили британские корабли «Ариадна» и «Серсея».

В феврале 1778 года во Францию прибыл 24-пушечный фрегат «Бостон», который вёз в Париж Джона Адамса на смену Сайласу Дину. По пути фрегат захватил один приз, достиг Франции, затем вышел в крейсерство, где захватил ещё 4 британских судна. 15 октября 1778 года «Бостон» благополучно прибыл в Портсмут (Нью-Гэмпшир).

Крейсерские действия Континентального флота принесли США не только призы, но и помогли втянуть Францию в противостояние с Англией. Для американцев это было очень важно, ибо теперь с английским флотом боролись не только каперы и микроскопические эскадры колоний, но и большой французский флот, который для англичан был куда более серьезным противником, нежели американцы.

Ещё в апреле 1778 года, то есть еще до объявления войны, из Тулона в Америку тайно вышла эскадра графа Шарля Анри д’Эстэна, состоящая из 12 кораблей и 5 фрегатов, на которые были посажены 4 000 человек десанта.

Д’Эстен должен был помочь повстанцам одержать решающую победу, которая толкнет Англию за стол переговоров с колонистами при посредничестве Франции. Полномочия графу были даны почти королевские! — несмотря на то, что формально между Англией и Францией был мир, д’Эстену позволялось атаковать англичан там, «где он мог бы нанести им как можно больше вреда и где нашёл бы наиболее полезным для интересов и славы Его Величества».

16 мая французская эскадра миновала Гибралтарский пролив. В устье Делавэра она прибыла 7 июля 1778 года. Вообще стандартный переход в Америку длился примерно месяц, но д’Эстэн затратил почти три, поскольку пошёл через Азорский максимум. При этом французские экипажи оказались истощены, два фрегата потеряны, а элемент неожиданности был утерян. Дело в том, что у Нью-Йорка стояла эскадра адмирала Хоу (9 кораблей), которую французы могли бы блокировать и уничтожить. Однако Хоу узнал о подходе французских сил 28 июня и успел объединить свои силы с эскадрой адмирала Байрона (11 кораблей). Теперь англичане имели 20 линкоров против 12-ти французских.  

Британские корабли у гавани Ньюпорта

Словом, попытка заблокировать Нью-Йорк и попытаться взять его соединенными силами французов и американцев провалилась. Тогда Вашингтон предложил захватить Ньюпорт в Род-Айленде. 29 июля французские корабли появились перед Ньюпортом, американцы должны были действовать на суше, однако координация между ними и французами была просто отвратительной. Несмотря на то, что французским кораблям «Фантаск» и «Сажитэр» удалось подавить две береговые батареи, американские войска Салливана в атаку не пошли, и она была отложена сначала на 8-е, а потом и на 10 августа.

Однако утром 9-го на горизонте показались паруса 14 кораблей эскадры Хоу. Опасаясь быть заблокированными, утром 10 августа французы спешно покинули воды Ньюпорта. Англичане пустились в погоню, но 11-го начался шторм, который разделил противников. Несколько французских кораблей получили повреждения, а 74-пушечный «Сезар» отнесло от основных сил, и он укрылся в Бостоне. Несмотря на это д’Эстен решил попробовать ещё раз атаковать Ньюпорт.

20 августа он появился на рейде, однако на военном совете почти все капитаны высказались против атаки. Эскадра подняла якоря и отправилась в Бостон ремонтироваться и отдыхать. Это решение французов стало для американцев громом среди ясного неба. Оказалось, что союзник их далеко не всесилен! Сказать, что французов приняли в Бостоне холодно, это не сказать ничего. В спину морякам Людовика XVI говорили, что «эти легкомысленные любители бега за женскими юбками» ни на что серьезное не способны, да к тому же — паписты, а это вообще диагноз. Между бостонцами и французами на улицах и в кабаках постоянно случались драки.

Раздоры имели место и на высшем уровне — д’Эстен презрительно относился к Вашингтону, тогда как Вашингтон считал графа некомпетентным и заносчивым человеком. Ремонт кораблей был закончен в первых числах октября, однако д’Эстен решил ещё немного постоять в Бостоне. Просто так. Для собственного удовольствия и чтобы сбить спесь с этих повстанцев.

17 октября терпение Континентального Конгресса лопнуло, и он направил графу письмо с просьбой возобновить морские операции. Д’Эстен соизволил выйти в море только 9 ноября. Американцы с облегчением вздохнули, а зря! Французы покинули американские воды и отправились на захват Мартиники. Если с точки зрения Вашингтона такой демарш французов являлся абсолютно нелогичным, то для д’Эстена логика набега на Мартинику была практически железобетонной — помогать американцам приходилось бесплатно, а вот с «сахарных островов» можно взять большой выкуп.

Как мы видим, первый блин военно-морского сотрудничества с французами для американцев вышел комом.

*Bon Homme Richard — «Простак Ричард», литературный псевдоним Бенджамина Франклина.

Продолжение следует.

Сергей Махов

Понравилась статья?
Поделитесь с друзьями.

Share on facebook
Share on twitter
Share on vk
Share on odnoklassniki
Share on telegram
Share on whatsapp
Share on skype

При копировании или перепечатке материалов активная индексируемая ссылка на сайт fitzroymag.com обязательна.

5 3 голосов
Оцените статью
Подписаться
Уведомить о
0 Комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии