Right place
5 мин
25.03.2022

Каперы — иррегуляры на службе государства

Корсары в XXI веке? Почему бы и нет?

Абордаж

Многим может показаться, что тема каперства канула в прошлое вместе с Эпохой паруса. Это ошибочное мнение. Так, например, ещё в 2020 году в США стали подумывать о легализации каперства в современных условиях. Начало Россией военной спецоперации на Украине 24 февраля 2022 года вызвало новый всплеск интереса к теме каперства. Дошло до того, что 1 марта 2022 года член палаты представителей США Ленс Гуден даже предложил начать выдачу каперских грамот гражданам США, что, по мнению автора идеи, позволило бы легализовать охоту частных американских контракторов за российскими судами в Мировом океане.

Перед тем как дать оценку новации Гудена, давайте разберёмся в том, кто такие каперы и, фигурально выражаясь, «с чем их едят».

Как казаки и калмыцкая конница

Россия считается страной сухопутной. Возможно, именно по этой причине «средь клёнов девственных и плачущих берёз» весьма распространено суждение о том, что каперы — это те же пираты, то есть разбойники, грабящие всех и вся. На деле это, мягко говоря, не так.

Как говорится — минутка терминов.

Итак, пираты — это разбойники, промышляющие грабежом на морях в целях личного обогащения. Они являются противниками всех наций, недаром к пиратам применялось выражение «враг рода человеческого» (hostis humani generis). Пираты находятся вне закона во всех государствах, и, фигурально выражаясь, им везде грозит петля.

Корсары (фр.), приватиры (англ.) или каперы (голл.) могли нападать только на суда враждебного государства. Корсарский корабль снаряжался на деньги частного лица или группы лиц и получал от правительства патент (письмо на корсарство), разрешающий вести боевые действия против судоходства противника, а также защищавший самого корсара при его встрече с дружественным кораблём.

Пираты всегда были вне закона
Пираты всегда были вне закона

Это каперское свидетельство (Letter of marque, «письмо марки») выдавалось королём или его представителями и являлось «лицензией, предоставленной сувереном подданному, разрешающей ему совершать репрессалии в отношении подданных враждебного государства за вред, который был нанесён ему вражеской армией».

Взятую добычу, выкупы за пленников и призы (приз — это корабль противника, захваченный корсаром) полагалось представить на призовой суд, который решал, законен ли был захват, и если да, то определял размеры выплат. В случае неудачи патент давал ещё одно преимущество — владелец его считался военнопленным, тогда как любой пират являлся, как уже говорилось, человеком вне закона, а посему мог быть вздёрнут на рее без суда и следствия.

Какой из всего этого можно сделать вывод?

Каперы, они же корсары или приватиры, — это иррегулярные части на службе какой-либо страны. Ближайшая сухопутная аналогия — казаки или калмыкская конница в Российской императорской армии.

Пираты же — это бандиты, воюющие для себя и за себя.

Отдельно стоит упомянуть ещё один момент. В исторической литературе формально закрепились названия «берберийские пираты» или «пираты Ангриа», хотя на самом деле это как раз были каперы, корсары. То есть «пираты» Берберийского берега имели разрешение от султана Османской империи на действия против неверных, а семейство Ангриа получило нечто вроде каперского патента от маратхских княжеств Индии. Разумеется, в европейской реальности фирман султана или указания пешвы не имели веса. Поэтому европейцы неевропейских каперов и называли пиратами, хотя те-то себя ощущали именно корсарами.

1618 год. Копия каперского свидетельства
1618 год. Копия каперского свидетельства

Мог ли корсар стать пиратом?

Да, вполне мог. Такое, например, сплошь и рядом наблюдалось после окончания англо-испанской войны 1585–1604 годов. В 1603 году на престол Англии взошёл Яков I, который немедленно издал прокламацию, в которой провозгласил, что недавние призы, захваченные англичанами корабли, должны быть возвращены Испании, и что любой, кто упорствует в нападении на испанское судоходство после даты официального объявления мира, будет рассматриваться как пират.

Те, кто отказался от каперских действий, остались в правовом поле. Те, кто продолжил нападения, оказались пиратами — со всеми вытекающими.

Во-первых, бывшие каперы, ставшие пиратами, лишились баз, где они могли бы приводить свои корабли в порядок и пополнять экипажи.

Во-вторых, теперь им сбывать захваченное стало гораздо сложнее. Ну и в качестве бонуса — за пиратами начал охотиться английский флот.

Ситуацию предельно доходчиво описал бывший каперский капитан Бейкер, отказавшийся пиратствовать и вовремя подавшийся на сушу:

«Вот такая сволочная жизнь, и как мерзко мы живём сейчас (Here’s a scurvy world, and as scurvily we live in it)… Где те былые времена, которые мы видели? Когда мы могли петь, ругаться, пить, щупать шлюх и убивать так же свободно, как это делают с мухами в булочной? Когда мы сможем делать это снова, и какой закон позволит нам это? Нет, теперь мы не можем вести себя так, как раньше, поскольку нас повесят непременно за шею, причём на законных основаниях. А раньше… раньше море было нашей империей».

А мог ли пират стать капером?

Такие случаи тоже имели место. Пират получал королевское прощение. Ему выдавался каперский патент. На смену неограниченному грабежу приходило соблюдение закона и дисциплины. Самый яркий пример такой «переквалификации» — карьера сэра Генри Моргана.

Между прочим, всё то же самое можно было наблюдать и на суше. Вспомните, как во времена Великой Отечественной уголовников, желавших искупить вину перед Родиной, брали на военную службу.

Каперство отменяется? Да, но нет

Теперь вернёмся к идее Гудена. Имеют ли США право возродить каперство? Разве оно не запрещено?

Ответ простой — да, имеют.

Вопрос о запрете каперства подняли на Парижской мирной конференции в 1856 году в самом конце Крымской войны. В результате 16 апреля 1856 года Австрия, Россия, Великобритания, Франция, Пруссия, Сардиния и Турция подписали специальную декларацию о запрете каперства. Звучала она так:

«1) каперство отныне навсегда отменяется;
2) нейтральный флаг покрывает неприятельский груз, за исключением военной контрабанды;
3) нейтральный груз, за исключением военной контрабанды, не подлежит захвату под неприятельским флагом;
4) блокада, чтоб быть обязательной, должна быть действительной, т. е. поддержанной достаточной силой для действительного воспрепятствования доступа к неприятельскому берегу.
Правительства подписавшихся уполномоченных обязываются довести эту декларацию до сведения государств, не призванных к участию в Парижском конгрессе, и пригласить их к её принятию».

1800 год. Французские корсары атакуют британское судно
1800 год. Французские корсары атакуют британское судно

Что касается Соединённых Штатов, то они без возражений подписали первые три пункта из четырёх, а к последнему «приклеили» оговорку:

«Во время войны частная собственность субъектов государства или его граждан должна быть освобождена от захватов обеими сторонами, кроме контрабанды».

В чём смысл оговорки? Раз мировое сообщество отменяет каперство, то захваты и досмотры будут производить военные корабли, выделенные в крейсерства. Так вот, частных торговцев они не имеют права захватывать. А торговый флот США на момент подписания декларации — второй в мире. И 99% его именно частники. То есть нападения на торговый флот США фактически исключены.

Кроме того, Парижская декларация 1856 года — добровольная, о чём в её тексте прямо указывается:

«Настоящая декларация обязательна только для тех держав, которые к ней приступили или приступят впоследствии».

Выход из декларации абсолютно безболезненный, даже сейчас. То есть любая страна, в том числе США и Россия, в XXI веке вполне имеют право выдавать каперские патенты и действовать с помощью иррегулярных сил на море.

Корсары в XXI веке? Почему бы и нет?
Корсары в XXI веке? Почему бы и нет?

Напоследок, думается, читателям будет интересно познакомиться с кратким перечнем самых знаменитых и успешных каперов.

Открывают этот топ‑6, конечно же, французы:
Рене Дюгэ-Труэн — захватил 20 кораблей и до 300 судов противника.
Клод Форбен — 10 кораблей и 150 судов.
Жан Бар — в общей сложности захватил 81 судно в шести битвах.
Робер Сюркуф — 80 призов.

Англичане:
Фрэнсис Дрейк — захватил, по разным подсчётам, до 60 призов.
Джон Хокинс — захватил около 20 кораблей, потом ушёл на государственную службу, став контролёром королевского флота.

Словом, современным потенциальным корсарам есть у кого поучиться.

Рука ласкает шпаги разукрашенный эфес,
Никто не знает, где гоняет нас проклятый бес.
Корабль старый верен капитану, словно пёс.
Да, мы корсары! Наливай, чтоб весело жилось!..

11
11

Комментарии