Как насчёт абордажа?

Интервью с капитаном “La Grace”
Предоставлено проектом Cutlass

XXI век. Средиземное море. Построенный в Египте (!) чешский (!) приватирский бриг (!) под командованием русского капитана (!) берёт круче к ветру.

Залп! — правый борт корабля окутывается клубами порохового дыма. Затем бриг виртуозно выполняет поворот и залпирует пушками уже левого борта. Эхо выстрелов летит к тонущему в волнах горизонту. Всполохи солнца освещают на корме корабля название “La Grace” и обозначение порта приписки, от которого до моря, как до Луны — “Praha”.

“Фантасмагория!”, — воскликнет читатель и будет неправ. Всё вышеописанное — чистой воды правда. И спущенный на воду в стране пирамид бриг, рассекающий по Mediterranean sea. И чешский флаг над кораблём. И русский капитан на шканцах. И портрет приватира в капитанской каюте. И пушечный рёв, и XXI век за бортом.     

Чтобы разобраться в том, как данная фантасмагория появилась на свет божий, редактор Right Place Андрей Союстов встретился с её непосредственным участником Максимом Макаровым.

Предоставлено проектом Cutlass

На драккаре, как на лыжах

Андрей Союстов: Максим, насколько мне известно, в прошлом вы… Или ты?

Максим Макаров: Давай — ты.

Андрей Союстов: …Ты — преподаватель, а сейчас — руководитель проекта “Cutlass”, в рамках которого ведётся обучение морскому делу, а также возрождение морской культуры и исторических традиций. Ну и ещё, по совместительству, ты капитан брига “La Grace”.

Максим Макаров: Второй капитан “La Grace”. В остальном всё верно.

Андрей Союстов: Как получилось, что ты начал ходить под парусом?

Максим Макаров: Ещё в начале “девяностых” я стал основателем клуба исторической реконструкции “Серебряный Волк” и на протяжении 25 лет был его руководителем. Одной из форм становления современного реконструкторского движения являлось, помимо прочего, знакомство с традициями мореплавания. Для нас это было тем актуальнее, что “Серебряный Волк” специализировался на эпохе викингов. Изучать тематику мореплавания без морской практики мне показалось абсурдом. Дальше было так. В 1995 году в Европе я познакомился с коллективом знаменитого норвежского археолога, путешественника и писателя Тура Хейердала. Фактически это был своеобразный “клуб капитанов”, одним из членов которого являлся соратник Хейердала поляк Хенрик Вольский. Сейчас Хенрик занимается исследованием Арктики, а тогда, во второй половине “девяностых”, он стал моим капитаном-наставником, собственно, и открывшим мне мир паруса. Для меня явилось настоящим открытием структура и опыт традиционного парусного мореходства.

Андрей Союстов: Поясни, если не трудно.

Максим Макаров: Одним из столпов мореходства являются вопросы навигации. Сейчас мы привыкли, что за это отвечают, как максимум, электронные гаджеты, а как минимум — магнитный компас, секстант и иже с ними. Но как ориентироваться в море с помощью архаичных навигационных приборов, рассчитанных на совершенно иное, по сравнению с современным, восприятие мира? Ответом на этот вопрос является набор практических навыков, востребованных, наверное, только теми людьми, которые по-настоящему живут морем. Я очень благодарен тем, кто эту непростую, но увлекательную науку мне преподал. 

Предоставлено проектом Cutlass

Андрей Союстов: Как тебя занесло на “La Grace”?

Максим Макаров: Сначала я ходил на ладьях, драккарах и маленьких парусниках по Балтике, Северному морю и Атлантике. Походы продолжались от пары недель до полутора месяцев. Мне неинтересно было просто присутствовать на борту. Главная фишка заключалась в том, чтобы освоить древние методы движения, ориентирования, выживания в море, если хотите…

Андрей Союстов: Прости, что перебью. Как драккар в плане ходкости?

Максим Макаров: Отлично! При попутном ветре под парусом на драккаре не меняя курса мы разгонялись до 12 узлов. Летели как на лыжах. Не дай Бог при этом весло в воду опустить — лопасть срежет словно лазером.  

Андрей Союстов: Впечатляет. О ‘Кей, возвращаемся к твоему пути на шканцы брига.

Было весело и круто!

Максим Макаров: Я работал в Хёугесунне, где была построена самая большая в наше время реплика корабля викингов, и на верфи Батавия в Лелистаде. Так же я ходил на фрегате “Штандарт”. Полученный опыт привёл в 2018 году меня к мысли при помощи русской команды, с которой я разделял плавания, создать Центр исторического мореходства, впоследствии получивший название “Cutlass”. Мы поставили себе задачу сделать морские походы под парусом доступными для всех желающих.

Предоставлено проектом Cutlass

Андрей Союстов: Катласс, это же абордажный тесак — звучит интригующе! Но про La Grace-то когда будет?

Максим Макаров: А вот сейчас и будет. Тут тоже придётся начать издалека. Началось всё с выходца из Богемии (это нынешняя западная Чехия) Августина Хермана. В XVII веке этот инициативный проныра прославился не только как исследователь, картограф, крупнейший экспортёр табака в Америке и один из самых влиятельных людей в Новом Амстердаме, превратившимся впоследствии в город Нью-Йорк, но и как приватир, устраивавший лихие рейды против испанцев на своём фрегате “La Grace”. При этом, чтобы запутать противника, смекалистый Херман непринуждённо менял на своём корабле не только флаг, но и название, временами превращая “Грацию” в “Мерзость”.

Андрей Союстов: Словом, Херман был типичным уважаемым бизнесменом своего времени.

Максим Макаров: Именно. Для не имеющей выхода к морю Чехии Херман стал культовым героем, а его “La Grace” — не менее культовым кораблём. Поэтому, когда чешский яхтсмен Йозеф Дворский (друзья зовут его “Пепа”) в начале XXI века решил построить реплику парусного корабля, вопроса, как она будет называться, не стояло. Только “La Grace”!

Андрей Союстов: Ну, ещё бы.

Максим Макаров: Пепа отдавал себе отчёт в том, что с точки зрения финансов и набора необходимого количества опытных членов экипажа (это же Чехия — откуда тут толпы “морских волков?!”) он фрегат вряд ли “потянет”. К тому же не сохранилось никаких чертежей корабля Августина Хермана. Поэтому Пепа выбрал “эконом-вариант” — реплику 172-тонного брига XVIII века, благо его чертежи имелись в изданном в 1768 году “Трактате о кораблестроении” шведского адмирала Фредрика Хенрика Чапмана. Разумеется, устройство корабля пришлось адаптировать к современным требованиям. Например, на бриге появился дизель-“вспомогач”. Но основные размерения нового “La Grace” остались такими же, как в “Трактате”. Строить реплику решено было в египетском Суэце.

Андрей Союстов: Почему в Египте?

Максим Макаров: Там дешевле всего оказалось. В Португалии, Испании и Турции постройка обошлась бы существенно дороже. В 2008-м корабль заложили, в декабре 2010-го бриг был спущен на воду, а уже в феврале того же года на “La Grace” простыми матросами-кадетами поступила моя группа из России. Получилось так, что мы подыскивали себе крупный парусник, а Пепа искал себе команду. В итоге всё устроилось к полному взаимному удовлетворению. В первом же походе на бриге мы отправились в Атлантику и там жутко поразили чехов своим опытом. Несколько последующих лет моя группа продолжала ходить на бриге матросами, затем мы постепенно начали расти в званиях. Этому способствовала наша успешная работа по обучению волонтёров. Сейчас я уже нахожусь в официальном статусе второго капитана корабля, а мои товарищи стали боцманами, шкиперами и вторыми помощниками. Вот так и появилось то, что до сих пор служит предметом дружеских хиханек-хаханек — построенный в Египте чешский приватирский бриг, периодически управляемый российской командой.

Андрей Союстов: Как я понимаю, команда, включая волонтёров, меняется на ротационной основе. Сколько по времени занимает ваш капитанский тур?

Максим Макаров: Три месяца через три. Итого 6 месяцев в году я провожу на “La Grace”.

Андрей Союстов: Что больше всего лично тебе запомнилось во время первого похода на бриге?

Максим Макаров: Как ночью в шторм шли на Гран-Канарию и сломали фор-стеньгу. Грохот стоял жуткий. Конечно, мы тут же потеряли ход, пришлось включать движок, но… было весело и круто!

Хочется чего-то большего

Андрей Союстов: Экипаж вашего брига — 32 волонтёра плюс трое профессиональных моряков: всего 35 человек. Этого хватает для того, чтобы управляться с парусами “La Grace?”

Максим Макаров: Более чем. Как-то был момент, когда мы управлялись с бригом даже вдвоём. Причём мой напарник ещё и успевал поспать. Штурвал стопишь, сам прыгаешь к парусам и — нормально. На слабом ветре всё это было, разумеется.

Предоставлено проектом Cutlass

Андрей Союстов:  “La Grace” построен по чертежам торгового судна, но, говорят, на его борту есть пушки?

Максим Макаров: В XVIII веке “купцам” приходилось быть “зубастыми”. Так что пушки у нас на борту есть — целых восемь. Мы с ними проводим учения и артиллерийские мастер-классы. Это, конечно, особый фан, доложу я вам.

Андрей Союстов: Знаю, что бриг “La Grace” за свою историю успел пережить немало приключений. В его активе — не только трансатлантический переход, но и целое кораблекрушение. Суть последнего яндекс-переводчик с английского передаёт куртуазным словом “заземление”. Что с бригом случилось?

Максим Макаров: 2012 год с точки зрения парусников вообще вышел неудачным. Жуткий шторм “Диана” забрал с собой построенную в 1960-м реплику “Bounty” вместе с капитаном. “La Grace” в этом смысле повезло куда больше — никто не погиб. Дело было 26 октября 2012 года. В тот день я и Дворский на борту отсутствовали. Управлял “La Grace” другой человек. При нём ударом волны у брига повредило деревянный баллер руля. Береговая служба о случившемся была поставлена в известность с запозданием и появилась на месте событий уже постфактум. К этому моменту лишившийся управления корабль снесло к испанскому берегу и уложило левым бортом на песчаный бар. Сначала — мягко, а затем в “игру” вступили волны и масса корабля. При боковом смещении по бару у брига выломало полностью киль с частью набора, началось поступление забортной воды. Слава Богу, не случилось сильного шторма и камней, да и глубина была небольшой. Всех людей с “La Grace”спасли. Когда волнение на море утихло, бриг подняли понтонами, отбуксировали в Португалию и поставили в ремонт. Проведя девять месяцев в сухом доке, и получив новый киль, “La Grace” 6 августа 2013-го вновь вступил в строй. Тьфу-тьфу-тьфу, больше ничего похожего с кораблём не случалось. Ну, разве что, при мне в бриг какой-то шалый рыбак врезался. Однако мы оказались “толще” и ущерба не понесли.

Андрей Союстов: Чем в последнее время занимается “La Grace” и где он сейчас?

Максим Макаров: Бриг является школой под парусами и исправно зарабатывает деньги, “пиратствуя” с волонтёрами в Средиземке. Это если неофициально. Официально тоже самое можно описать чуть иначе. Проект “La Grace” уникален тем, что не требует порта приписки и, с учётом условий Средиземноморской акватории, обеспечивает условия для практически круглогодичной морской практики. Бриг сейчас находится в Тосканском архипелаге на итальянской Эльбе. Местечко там очень приятное. Можно спокойно покатать тех, кто любит релакс. Для тех же, кто любит драйв, можно выскочить между островами. Там всегда хорошо дует и одним махом “улететь” оттуда на Сицицию, допустим, совершенно не проблема.

Андрей Союстов: Морская практика только с дивана кажется простой и романтичной. На деле это и сорванные о парусину ногти, и постоянный недосып, и потеря иногда мелкой моторики, и качка, ветер, да и морская болезнь, наконец. Неужели сейчас в России, в Чехии, в Польше, а также в других странах есть много людей, готовых слезть с дивана и, совершенно добровольно, отправиться в плавание на паруснике?

Максим Макаров: Да, такие люди есть и их, действительно, много. Чем их привлекают не комфортные круизники, а “La Grace” и подобные ему парусники? Понимаешь, мы с тобой люди из поколения, воспитанного на определённой героике революции, Гражданской войны, Великой Отечественной, покорения космоса и так далее. Сейчас молодые привыкли равняться на героев не реальных, а выдуманных — из комиксов, мультфильмов, компьютерных игр и кинобоевиков. Молодёжи не хватает подлинной героики, мужественности, самоуважения. Особенно это касается юношей и молодых мужчин. Прыгать на роликах или велосипеде с горки, это, разумеется, драйв, но не тот. Парням хочется чего-то большего, чего-то впечатляющего, чего-то по-настоящему мужского и, не побоюсь этого слова, исконного. Мало что может быть столь же впечатляющим, по-настоящему мужским и исконным, чем выход на паруснике в открытое море.

Если у вас есть мечта…

Андрей Союстов: Как известно из давнего поверья, женщина на корабле — к несчастью. Но, судя по попадавшимся мне видеоматериалам, дамы-волонтёры чувствуют себя на “La Grace” не менее уверенно, чем мужчины, да?

Максим Макаров: Мне всю плешь уже проели этим вопросом! Мы всем, подчеркну, всем даём возможность раскрыться в наших походах. Женщины в море не только самоутверждаются, но ещё и отлично держат в тонусе парней. Ну, какой же ты мужик, если шлангуешь, когда рядом во время аврала вкалывают девчата? Какой же ты моряк, если они лучше тебя умеют завязать узел, закрепиться, правильно выставить шкоты и так далее? Здоровая конкуренция у нас всегда к месту.                  

Андрей Союстов: Наверное, самый важный вопрос. Допустим, ранее никогда не ходивший под парусом гражданин РФ прочитает это интервью и решит попасть на борт “La Grace”. Как потенциальному волонтёру это сделать?

Максим Макаров: Ему следует обратиться в “Cutlass”. Наши контакты можно отыскать в Интернете, а можно просто посетить, например, в Москве ирландский паб “The Dubliner” на Никольской и оставить для нас свою визитку у бармена. Мы частенько бываем в этом пабе, там у нас — куча знакомых. Так что ваша визитка точно попадёт к нам, и мы с вами свяжемся.

Андрей Союстов: После таких указаний как-то сразу вспоминается характеристика Джона Сильвера из “Остров сокровищ”: “Живёт на суше и держит таверну. Знаком со всеми моряками в Бристоле…”

Предоставлено проектом Cutlass

Максим Макаров: Если у вас есть мечта выйти в море под парусами, мы сделаем всё, чтобы вы смогли её осуществить. Хотите взять с собой детей? — не проблема. У нас в школе юнг дети занимаются с 10 лет. Так что, если ваш сын внезапно решит почувствовать себя Джимом Хокинсом — welcome.

Андрей Союстов: Во что обойдётся волонтёру выход на бриге в море?

Максим Макаров: Подготовка и обучение на берегу бесплатные. Вот за что придётся заплатить, так это за перелёт к месту стоянки корабля и за само путешествие на “La Grace”. Стандартная цена недельного плавания с субботы по субботу составляет 740 евро. В эту сумму входит обучение на корабле, корабельный сбор (оплата топлива, питания и проживания на борту) и официальная сертификация в конце плавания. Посещать занятия нам берегу перед плаванием не обязательно, но желательно. В первую очередь, это элемент командообразования. Ну, а потом — перелёт, подъём на борт, знакомство с кораблём, распределение по вахтам и — вперёд, навстречу приключениям! Уверяю, то, что вы во время плавания узнаете и прочувствуете, никакому обычному туристу даже не снилось.  

Андрей Союстов: Да-да, я помню: недосып, качка, морская болезнь…

Максим Макаров: А ещё — красивейшие виды, попутный ветер, облака парусов над головой, а также грохот пушечных выстрелов.

Андрей Союстов: Как насчёт абордажа?

Максим Макаров: Думаю — договоримся.      

Интервью взял Андрей Союстов специально для Right Place

При копировании или перепечатке материалов активная индексируемая ссылка на сайт fitzroymag.com обязательна.

5 11 голоса
Оцените статью
Подписаться
Уведомить о
1 Комментарий
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
invite_059
invite_059
4 месяцев назад

Отлично! Жаль — COVID-19 не позволяет прямо сейчас отправиться на Эльбу.

Последний раз редактировалось invite_059 ем

Вам также может понравиться