Генерал Хоу и великолепные гессенцы

Американская революция. Часть XIII
Гессенцы в битве при Трентоне

Давайте-ка вернёмся обратно в Новый Свет образца 1777 года и поговорим о втором крупном поражении американских повстанцев. Я имею в виду сдачу Филадельфии.

Россия даёт от ворот поворот

Как мы с вами помним, командующий английскими войсками генерал Хоу изначально планировал ударить одновременно из Канады и из Нью-Йорка по армии Вашингтона, чтобы отрезать Новую Англию от остальных колоний. Однако в апреле 1777 года он предложил государственному секретарю по колониям виконту Саквиллу новый план — Бургойн пусть сам пробивается к Олбани, а Хоу врежет по Филадельфии, столице мятежников, и месту, где заседает Второй Континентальный Конгресс. Вопрос — почему Хоу вдруг отказался от удара совместно с Бургойном и перенацелил свои войска на захват Филадельфии — один из ключевых вопросов войны за Независимость. До сих пор он вызывает споры историков.

Карта Нью-Йоркской гавани и устья реки Гудзон.

Вообще, изначально план Хоу от 30 ноября 1776 года выглядел так: 10 тысяч англичан атакуют из Канады, 10 тысяч — осуществляют удар навстречу из Нью-Йорка, а ещё 10 тысяч атакуют Филадельфию. Для реализации этого плана командующий просил прислать из метрополии дополнительно 15 тысяч солдат, артиллерийский батальон и 10 линейных кораблей. Однако вслед за этим, 14 января 1777 года, в новом письме Саквиллу Хоу модифицировал идею: согласно его данным, в Филадельфии было много лояльно настроенных к короне людей, поэтому есть смысл ковать железо, пока горячо. Т. е. быстрым ударом захватить столицу повстанцев. Бургойн же пусть пока наступает на Олбани, а удар из Нью-Йорка ему навстречу последует, когда прибудет подкрепление из метрополии.

Просьба о подкреплении, мягко говоря, удивила английское правительство. При взгляде из метрополии успех кампании 1776 года казался несомненным: армия Вашингтона, составлявшая летом 19 тысяч человек, к осени “усохла” до 4–5 тысяч, в ней царили невесёлые настроения, из войск шло массовое дезертирство. На фоне этого Англия совершенно не ожидала, что Хоу потребуются какие-то подкрепления. Кроме того, отправка солдат в Америку означала дополнительные расходы, причём немалые, что могло стать прологом к повышению налогов в самой Англии и, как следствие, — социальному взрыву.

Саквилл отвечал:

Я фактически не вижу шансов (least chance) перебросить к вам ганноверских или даже русских солдат вовремя”. Секретарь по колониям продолжал, что даже если начать вербовку сейчас, по финансовым и организационным обстоятельствам можно перебросить к осени только 7 800 солдат, группировка Хоу достигнет 35 тысяч человек, разве этого недостаточно? В ответ генерал высокомерно посоветовал Саквиллу “бросить эту хитроумную математику и постараться исключить из расчётов больных, раненых и умерших солдат из числа находящихся в Америке.

Собственно тема подкреплений стала лейтмотивом едва ли не всех операций английской армии в войне за Независимость. По документам, у Британии было 36 тысяч регулярных солдат, однако по факту лишь 9 000 из них являлись боеспособными, остальные — команды инвалидов, гарнизоны крепостей и т. д. Соответственно, чтобы удовлетворить требования Хоу, надо было нанять где-то еще 26 тысяч, а это означало большие траты, увеличение внутреннего долга и рост налогов, на что ни Георг III, ни английское правительство согласиться никак не могли.

Тем не менее, искать дополнительные войска начали, для чего английская сторона обратилась… к России. Причиной такой инициативы оказалось сильное желание сэкономить. Немецкий солдат (так и хочется сказать “согласно прейскуранту”) стоил 200 фунтов стерлингов (вместе с обмундированием и снаряжением); русским предлагали 3 миллиона фунтов за 30-тысячный корпус, т. е. по 100 фунтов стерлингов “за голову”, причём обмундирование и снаряжение у солдата были свои.

Цитата из книги Николая Болховитинова “Россия и война США за независимость. 1775-1783 гг.”:

Ещё 1 сентября 1775 г. английский король Георг III направил личное послание Екатерине II. Играя на монархических чувствах императрицы, король в возвышенных выражениях соглашался “принять”, а по существу просил русских солдат “для подавления восстания в американских колониях”. Британскому посланнику в Санкт-Петербурге были даны подробные инструкции добиваться посылки 20-тысячного корпуса и переслан проект соответствующего договора.

Слухи о необычайной просьбе Георга III и возможной посылке русских войск за океан вызвали серьезное беспокойство как в Америке, так и в Западной Европе. Уже 21 сентября 1775 г. французский министр иностранных дел граф Шарль Гравье Вержен направил своему посланнику в Санкт-Петербурге маркизу Жуинье специальные инструкции, в которых выражал тревогу по поводу возможной отправки русских солдат в Америку и просил любыми средствами проверить достоверность этих слухов. По сообщению русского посланника в Париже князя И. С. Барятинского, осенью 1775 года в печати уже называли конкретное число русских солдат (30 тысяч), “во взаимство” чего Англия “даёт три миллиона фунтов стерлингов”. Касаясь разных толкований “сей негоциации”, И. С. Барятинский сообщал, в частности, “что естьли колонии и имели бы желание примириться с Англией, то введение чужестранных войск возбудит в них большую упорливость и может довести до того, что они объявят себя подлинно независимыми от Англии”. Что касается России, “то почти невероятно, чтоб и её им. в-во изволила согласиться на такую негоциацию, какой бы тесный союз ни пребывал между обоими дворами, ибо де такой поступок не совместен с человеколюбием, миролюбивыми и бескорыстными Её Величества сентиментами”. Если Англия стремится “притеснять вольность колоний и подчинить их совсем своей власти”, то Екатерина II, напротив, “неусыпно печётся о доставлении своему народу облегчения и некоторой свободы чрез новые узаконения”

Екатерина ответила:

Императрица Екатерина II и князь Григорий Потёмкин

Размер пособия и место его назначения не только изменяют смысл моих предложений, но даже превосходят те средства, которыми я могу располагать для оказания услуги Вашему Величеству. Я едва только начинаю наслаждаться миром, и Вашему Величеству известно, что моя империя нуждается в спокойствии.

Это был вежливый, но отказ. Кстати, очень интересна реакция русских на Декларацию Независимости США:

Издание пиесы сей, да и обнародование формальной декларацией войны против Великобритании доказывает отвагу тамошних начальников.

Летом 1777 года Георг III ещё раз обратился к Екатерине с просьбой предоставить хотя бы 10 тысяч штыков для действий в Америке. Эта просьба была инициирована всё тем же Хоу, который — уже по завершении Филадельфийской кампании — в июле 1777 года писал королю:

Корпус из 10 тысяч боеспособных русских солдат мог бы гарантировать Великобритании военный успех в предшествующей кампании.

Екатерина отвечала, что такая помощь Англии “выходит за пределы возможного”. В письме Потёмкину от 6 сентября 1777 года императрица, сообщая о просьбах англичан, уже не сдерживалась:

Как уговорились в запрошлом письме, свет мой, я нынче ответила посланнику английскому полным отказом, растолковав сурово, что никогда не будет служить русский солдат под чужими знамёнами. И то сказать, дружок, что ты прав, — с чего бы стало нам помогать тем, кто нам нынче друг, а во всей жизни враг?

В общем, Россия решила остаться нейтральной. Это сильно покоробило английское правительство; ведь совсем недавно, во время русско-турецкой войны 1768-1774 годов, Англия проявила себя как настоящий союзник Петербурга, не только обеспечив следовавшие в Средиземное море русские корабли ремонтными мощностями и снабжением, но и угрожая Франции войной, буде та вмешается в конфликт между Россией и Турцией.

Получив от русских от ворот поворот, Лондон обратился с аналогичной просьбой к Пруссии. Но и там англичан ожидал твёрдый отказ: Фридрих II считал, что Англия просто предала его в Семилетнюю войну, получив все мыслимые преференции и оставив Берлину только кровь, пот, и слёзы…

Одно из самых милитаризированных обществ

Пожалуй, стоит отдельно остановиться на отношении Фридриха Великого к Американской революции, благо большинству отечественных читателей эта тема неизвестна.

Поскольку к Англии, как мы уже сказали, “Старый Фриц” относился неприязненно, вполне естественно, что он следил за событиями в колониях с самого начала конфликта. Так, ещё летом 1774 года Фридрих пишет французскому маршалу Франсуа де Мальзану:

Любопытно было бы увидеть, чем закончатся беспорядки в Бостоне. Если англичане перебросят в Америку войска, они столкнутся с местной милицией, которая, конечно, не нанесёт им поражения, но чувствительно ударит Англию по кошельку.

В письме 1775 года король Пруссии развивает тему:

Требования колоний к метрополии — они ещё этого не понимают — первый шаг к деспотизму. И если лорд Бьют (бывший премьер-министр Англии, которого Фридрих просто ненавидел из-за попытки помешать Пруссии приобрести Данциг в 1772 году) преуспеет в подавлении мятежников, парламент попытается отыграться на колонистах, поработить их и установить драконовские законы на американских территориях.

Впрочем, вмешиваться в дела Англии Пруссия не собиралась. Фридрих цинично заметил, что чем больше головной боли будет у англичан в колониях, тем меньше они будут лезть в дела Европы.

Король Пруссии Фридрих II Великий

В ноябре 1776 года из Парижа в Берлин прибыл участник миссии Бенджамина Франклина Уильям Кармайкл, который предложил Пруссии напрямую торговать с Тринадцатью колониями. Фридрих отказался, но сообщил, что не против покупать американские товары у французов. 14 февраля 1777 года Сайлас Дин, Бенджамин Франклин и Артур Ли прислали прусскому королю копию Декларации Независимости, дабы подчеркнуть решимость США в борьбе за собственную государственность. Фридрих приветствовал “такое рвение”, но принять американского посла официально пока отказался. Король дал согласие лишь на приезд в Берлин Ли, но как частного лица. Пребыванием Ли в прусской столице был несказанно возмущен английский посланник Хью Эллиот, который устроил провокацию — выкрал из комнаты Ли все его документы и переписку. В результате возник дипломатический скандал, и Ли был принуждён покинуть прусскую столицу.

Несмотря на описанный инцидент, американцы успели предложить Фридриху помощь в захвате острова Доминика в Карибском море с тем, чтобы Фридрих прислал солдат на помощь Континентальной армии. Король отказал (“мы имеем только торговые суда, и вообще не имеем ни военных кораблей, ни даже каперов, поэтому с нашей стороны это будет чистой авантюрой”). Однако сочувствуя делу колоний, 26 июня 1777 года “Старый Фриц” издал запрет на перемещение британских наёмников из Анспаха, Байрота и Касселя через земли Пруссии и открыл для торговли с колониями прусские порты.

Кроме того, после победы под Саратогой Фридрих предложил колонистам купить у Пруссии 800 пушек для своей армии, что они и сделали в 1778 году.

Ещё раз зафиксируем важный момент. Результатом английской политики 1720-1770-х годов оказалось полное отсутствие настоящих союзников в Европе. Нейтралитет же европейских держав больше был выгоден мятежникам, чем Туманному Альбиону. Чуть позже мы увидим, что даже декларация Вооруженного Нейтралитета, изначально более выгодная для Англии, чем для США, в итоге послужила на пользу именно колонистам.

Ну а Лондон… Лондону оставалось только вербовать гессенцев, нассауцев, ганноверцев, мекленбуржцев и т. д., которые “стоили” гораздо дороже русских и пруссаков.

И ещё одно отступление, чтобы понять, а почему вообще немецкие государства продавали (ну или сдавали в аренду) своих солдат. Разберёмся с этим на примере ландграфства Гессен-Кассель.

Основной географической проблемой ландграфства было расположение его между двумя частями королевства Пруссии. Именно поэтому в любой войне в Германии (а Пруссия чаще всего и являлась первопричиной таких проблем) армии проходили через территорию Гессен-Касселя туда-сюда, разоряя деревни и поля и лишая правительство ландграфства источников дохода.

Солдаты Гессен-Касселя: офицер, фузилер, гренадер.

Гессен был довольно бедным государством, тем не менее, он оказался перед выбором — либо полностью потерять свой суверенитет, либо начать строить армию. На 1676 год гессенцы буквально напряжением всех своих сил смогли сформировать 23 кампании (роты) по 120 человек в каждой, что предоставило в распоряжение Гессен-Касселя воинский контингент численностью 2 760 человек при населении ландграфства в 150 тысяч человек.

В 1677 году ландграф Карл, чтобы хоть как-то пополнить бюджет, сдал в аренду 10 кампаний гессенской пехоты Дании и получил за это сумму в 3 200 талеров. В 1687 году тот же Карл сдал в аренду 1 000 солдат Венеции по 50 талеров “за голову”. Меньше 200 человек возвратились домой, но отзывы о гессенских солдатах и у датчан, и у венецианцев оказались просто восторженными. В 1688 году к Карлу обратились голландцы, после чего 3 400 гессенцев отправились в Соединенные Провинции. Во вторжении в Англию они не участвовали, но сражались с французами в войне Аугсбургской лиги и в Войне за испанское наследство. Голландцам, а позже и англичанам (герцогу Мальборо) гессенцы очень понравились — дисциплинированные, стойкие под огнём, готовые вынести всю тяжесть сражений. Принц Евгений Савойский был от гессенцев просто без ума и сделал ландграфству, наверное, первый крупный заказ. В 1706 году он взял в аренду 10 тысяч гессенцев по 100 талеров “за голову”, а ландграф положил в свою казну первый миллион. Что же касается сданных в аренду бойцов, то они отлично сражались с французами в Италии и с турками в Венгрии.

Надо сказать, что Карл видел в такой торговле солдатами не только источник прибыли, но и источник чести! — пять его сыновей служили офицерами в сдаваемых в аренду частях и двое из них погибли в сражениях. Кроме того, ландграф решил раз и навсегда, что солдаты уступаются за вознаграждение только протестантским странам. Сколько Людовик XIV, а потом Людовик XV ни упрашивали ландграфа сдать гессенские войска внаем французам — Карл категорически отказался иметь какие-либо деловые отношения с папистами (кроме австрийцев и немцев).

В Англии гессенцы появились в 1715 году вместе с ганноверским курфюрстом Георгом I. Было нанято 12 тысяч солдат. А в 1726 году, когда Англия присоединилась к “Великому Союзу” Австрии, Баварии и Испании, с Гессен-Касселем был заключен договор — англичане ежегодно выплачивали ландграфству 125 тысяч фунтов, а оно было обязано на эти деньги подготовить, содержать и предоставлять по первому требованию англичанам армию численностью в 7 000 солдат. В 1731 году договор был пересмотрен в сторону увеличения — англичане платили 240 тысяч фунтов в год, гессенцы же под нужды Англии содержали уже 12 тысяч солдат.

Не только Англия пользовалась услугами ландграфства. Во время войны за Австрийское наследство сложилась вообще анекдотическая ситуация, когда гессенские формирования бились и с одной (баварская), и с другой (английская) стороны. Тем не менее, гессенцев хвалили все, и заказы к ландграфу лились рекой. Так, ландграф Вильгельм VIII прямо заявил:

Наши войска — это наше Перу. Не будь их у нас — мы бы стали просто нищими.

В 1757 году Уильям Питт призвал под свои знамена 24 тысячи гессенцев, такое же количество оплатил и Фридрих II. При этом по землям ландграфства прошлась Семилетняя война — опять солдаты жгли поля, производили реквизиции и т. д. Но благосостоянию Гессен-Касселя это критического ущерба не причинило, ибо больше половины бюджета ландграфства составляли поступления от торговли собственными солдатами. Причём деньги эти правители Гессена получали в обход Ландтага и тратить могли по своему усмотрению, что особенно радовало ландграфов.

На данные средства содержались не только гессенская армия и школы подготовки солдат, но и строились каналы, организовывались торговые ярмарки, создавалось с нуля производство (естественно, обслуживающее армию). Производились реформы и в сельском хозяйстве — например, к 1760 году население ландграфства было массово “переведено” на картофель. Распространилось овцеводство. Сельское население с 1702 по 1750 год удвоилось, что дало ландграфству много новых потенциальных солдат и увеличило базу сделок. При этом налоги с 1760 по 1784 год удалось на треть снизить.

Генерала Уильям Хоу

При населении в 275 тысяч человек Гессен-Кассель мог выставить максимум до 30 тысяч штыков, то есть ландграфство являлось одним из самых милитаризированных обществ в Европе! В гессенскую армию вербовались мужчины в возрасте 16–30 лет, ростом не менее 5 футов и 6 дюймов. Амуницию и обмундирование солдаты получали за счёт государства, срок службы составлял 24 года для профессиональной армии и 10–11 месяцев раз в три года — для ополчения.

Желающие могли и откупиться от военной службы. Ради бога, плати 250 талеров, и ты свободен — “белый билет” на руках!

Каждый пехотный полк имел в своем составе отдельный гренадерский батальон. В действиях на американском континенте к каждому полку добавлялись также две роты егерей, в основном — из бывших лесников, причём желательно имеющих опыт ловли браконьеров. Егерей-гессенцев считали элитой британской армии в Северной Америке.

Офицеры гессенской армии чаще всего заканчивали “коллегию Каролинум” (аналог нынешней военной кафедры) при университете в Гессен-Касселе. Подходили там к учебе (особенно с 1771 года) очень основательно. Позже выяснилось, что офицеров-гессенцев невозможно удивить на поле боя нововведениями, так как бравые выпускники “коллегии Каролинум” были в курсе практически всех новейших тактических доктрин. Добавим, что среди гессенских командиров батальонов и полков всячески поощрялись состязательность, знание языков, умение читать карты и знание сапёрного дела.

С американской революцией вообще получилась интересная ситуация — ландграф Фредерик II, кстати, дядя короля Георга III, получил ещё в 1774-м году от англичан 24 миллиона талеров (4.8 миллиона фунтов) на комплектование 12-тысячного корпуса, предназначенного для отправки в Америку. Позже произошло увеличение заказа, поэтому в Америку прибыло 19 тысяч гессенцев, плюс и ещё 7 тысяч служили на Англию в других частях света. Помимо прямых выплат ландграфу, масштабная “аренда” обошлась Британии дополнительно в 500 тысяч фунтов, потраченных на жалование гессенским солдатам и офицерам. Из этих 26 тысяч арендованных Лондоном бойцов 5 тысяч умерло, 1 300 — получили ранения, 2 500–3 100 пропали без вести (возможно, перешли на сторону США и остались жить в бывших колониях), остальные вернулись домой.

Торговля собственными солдатами и армиями не была в то время чем-то постыдным или неприличным. По факту, на протяжении XVI-XVIII веков этим занимались такие страны, как Бранденбург-Пруссия, Швейцария, Швеция, Дания и даже, с некоторыми оговорками, Россия.

Однако в эру просвещенного абсолютизма почти все монархи великих держав стали ценить не предлагаемые за аренду солдат деньги, а национальный интерес, ибо деньги имеют свойство заканчиваться, а национальные интересы приносят постоянную прибыль.

Возвращаясь же к найму немцев на британскую службу в Америку, отметим, что сформировать в Европе полки и отправить их за океан к весне–лету 1777 года англичане всё равно не успевали. К тому же часть подлежащего вербовке германского контингента завербовала и оплатила Ост-Индская компания. Правительство Англии пробовало было уговорить ОИК остановить вербовку, но получило отказ.

“Мы в ужасном положении… Мы обречены”

Финансирование армии в Америке увеличило госдолг Англии в 1776 году на 6 миллионов фунтов, в 1777 году — на 7 миллионов фунтов, в 1778 году — на 9 миллионов фунтов. Чтобы выплатить эти долги, правительство было вынуждено в 1777 году всё же поднять налоги.

Что же до затребованных Хоу подкреплений, то ценой больших усилий к весне 1777 года 4 000 человек было отправлено в Канаду, чтобы укрепить там войска Бургойна. Ещё 2 900 солдат переправили в распоряжение Хоу. Как мы видим, 15 тысяч новых штыков, упомянутых в плане от 30 ноября 1776 года, английский командующий так и не получил. Доставленных из метрополии 6 900 человек не хватало даже на то, чтобы восполнить небоевые потери англичан, чего уж тут говорить о каком-то реальном увеличении сил!.. Зато из Лондона Хоу прислали “шпаргалку” с “подсказкой”: а почему бы вам, генерал, не начать комплектовать часть своих войск местной милицией из числа людей, верных короне?..

Что сказал Хоу, получив такое предложение, осталось неизвестным. Но вряд ли он рассыпался в благодарностях! 

Именно отсутствие подкреплений, скорее всего, и побудило английского командующего затеять атаку Филадельфии, отказавшись от удара в сторону Олбани. Для выполнения первоначального плана “красным сюртукам” банально не хватало сил.

В мае 1777 года армия Хоу погрузилась на суда и отплыла к Филадельфии. Вашингтон был совершенно не в курсе планов генерала, поэтому сначала предполагал, что англичане хотят подняться вверх по реке Гудзон, чтобы оказать помощь Бургойну. Лишь в середине августа Вашингтон узнал, что британские корабли вошли в Чесапикский залив.

22 августа 1777 года Хоу высадил войска (11 000 человек) в 55 милях к юго-западу от Филадельфии, в северо-западной части Чесапикского залива на границе Мериленда, Пенсильвании и Делавэра. Вашингтон 11 сентября попытался нанести фланговый удар по этой группировке, но был отброшен и чуть не потерпел поражение. Спас главнокомандующего Континентальной армией корпус Натаниэля Грина. Вашингтон вынуждено отступил к Честеру, тогда как англичане захватили Уилмингтон.  

Сражение при Брэндивайне

Континентальный Конгресс, узнав о высадке британцев, спешно покинул Филадельфию и бежал в Ланкастер (Пенсильвания). 16 апреля последовала стычка Вашингтона с англичанами при Клудзе (Clouds). На сей раз американцев от разгрома спас внезапно разразившийся сильный дождь. 20 сентября британцы в битве у Паоли “обнулили” отряд Энтони Уэйна — потери американцев составили 201 человек убитыми и 71 — пленными. Позже американские журналисты сообщали, что англичане устроили у Паоли бойню, в плен никого не брали и вырезали всех, кого могли. Разумеется, это было обычным враньем.

26 сентября Филадельфия без боя сдалась на милость победителя. Горожане в страхе перед возможной осадой сами открыли англичанам ворота города. Надо сказать, что перед тем, как покинуть Филадельфию, патриоты город просто… разграбили, забрав всё, что плохо лежало. Естественно, уже в октябре в городе начался голод. Жительница Филадельфии Элизабет Дринкер оставила следующее описание ситуации:

Мы в ужасном положении, если оно не изменится в самое ближайшее время, мы обречены.

Англичане, вошедшие в Филадельфию, также не блистали кротостью нравов — город погряз в грабежах и насилии. Тщетно Хоу пытался навести порядок — солдаты считали Филадельфию законной военной добычей со всеми вытекающими.

С наступлением зимы, когда войска ушли на зимние квартиры, бытие комсостава противоборствующих сторон свелось к алкоголю, блэк-джеку и женщинам с низкой социальной ответственностью. Но это случится позже. Пока же у нас на календаре всё ещё осень 1777 года.

4 октября 1777 года у Джермантауна произошла очередная битва, где Вашингтон опять потерпел поражение: англичане преследовали американцев 9 миль, после чего проигравшая сторона “скрылась из вида”. В начале декабря случился очередной разгром американцев у Эдж-Хилл, заставивший дезорганизованную и уставшую армию Вашингтона уйти на зимовку в Велли-Фордж.

На тактическом уровне филадельфийскую кампанию английский командующий, конечно же, выиграл. Зато стратегически он её он проиграл — Хоу и Бургойн действовали разобщённо, что и привело 17 октября 1777 года к поражению англичан под Саратогой. В результате стратегическое положение англичан не улучшилось, а скорее ухудшилось.

По плану хотели отрезать Новую Англию от остальных колоний, в реальности же получили два не связанных между собой анклава (Нью-Йорк с Филадельфией), а также распыление сил и средств.

Хоу, впрочем, это уже не заботило. В апреле 1778 года он подал в отставку, а временно исполняющий обязанности командующего генерал Генри Клинтон получил приказ очистить Филадельфию и возвратиться в Нью-Йорк, что он и сделал в июле 1778 года. Вместе с английскими войсками город покинули 3 000 лоялистов, а также негры, которые не хотели стать рабами, а потому боялись патриотов как огня.

Что же касается войск Вашингтона, то им пришлось пережить, пожалуй, самые большие трудности с момента появления Континентальной армии. Мы говорим, конечно, о зимовке в Вэлли-Фордж, во время которой холод и нехватка самого необходимого “удачно” дополнялись склоками…

Продолжение следует.

Сергей Махов

Понравилась статья?
Поделитесь с друзьями.

Share on facebook
Share on twitter
Share on vk
Share on odnoklassniki
Share on telegram
Share on whatsapp
Share on skype

При копировании или перепечатке материалов активная индексируемая ссылка на сайт fitzroymag.com обязательна.

5 15 голосов
Оцените статью
Подписаться
Уведомить о
0 Комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии