Будни Ирландии — грабежи и объедание

Ирландские войны. Часть XIII
Руины церкви на скале Кашел в Ирландии
iStock

Зимой 1579/1580 годов в залив Дингл прибыли суда — испанское и французское, доставившие письма для Джеральда Фитцджеральда, графа Десмонда, и папского нунция Николаса Сандерса. Эти послания немедленно были скопированы в Кастл Айленд, а затем распространены гонцами (bearers) по всей Ирландии. В сообщениях говорилось, что французский и испанский дворы рассмотрели просьбы ирландцев о помощи и готовы высадить на Изумрудный Остров до 20 тыс. солдат. Возглавить союзный контингент предлагалось сыновьям графа Десмонда.

Эти сведения подтвердил англичанам и некий Оуэн О’Мадден — молочный брат Десмонда, угодивший в плен к людям Томаса Батлера, графа Ормонда. Также Оуэн сообщил, что Десмонд и Дональд МакКарти, граф Клэнкейр, торжественно поклялись присоединиться к католическим силам, “каковая присяга была дана Сандерсу, державшему требник под ногами и расшитый рушник над их головами”. О’Мадден добавил, что на данный момент силы восставших составляют 600 галлогласов, 1 600 лёгких пехотинцев*, 80 кавалеристов и 200 мушкетёров.

“Война превратилась в охоту на лис”

Когда пленного немножко побили, тот выложил ещё одну существенную деталь — несмотря на то, что “каждый сейчас в Ирландии сердцем поддерживает дело Джеральдинов, те, у кого есть что терять, не спешат становиться на их сторону”.

Капитан Томас Ли в костюме ирландского керна
Капитан Томас Ли в костюме ирландского керна

Лорд-президент Уильям Пэлэм писал:

Я предполагаю, что чем больше акров имеет свободный ирландский землевладелец, тем больше он боится, что при иностранном суверене у него отнимут его землю, и вообще — с испанцами или французами у них будет намного менее привольная жизнь, чем под нашим скипетром. С мест мне доносят, что некоторые из мятежников начинают над этим задумываться и понимать, что иностранцы после победы выкажут им гораздо менее доверия, чем мы, ведь они сейчас предают своего законного принца и суверена, а предателям веры нет.

Кстати, сам Пэлэм в этот момент (середина февраля 1580 года) только что покинул Уотерфорд, так и не навербовав из-за трудностей со снабжением нужного количества солдат. Более того, в отряде Пэлэма начался падёж лошадей, и вместо вьючных животных он решил использовать 300 “ирландцев плечами пошире”. Мерно качаясь в седле своего спотыкавшегося от голода коня, лорд-президент убивал время написанием заметок:

Если сравнить солдата из Бервика** и ирландского, то англичанин готов переносить гораздо большие тяготы службы, нежели ирландец. Думаю, все солдаты христианского мира более ответственны, чем ирландские. Ирландцы в походе и бою ведут себя скорее как олдермены Лондона, а не как профессиональные бойцы.

Этим воспоминаниям вторят строки Зауча:

Войны здесь трудны не из-за ирландского сопротивления, а из-за проблем со снабжением и дальних марш-бросков, поэтому у нас большие потери людей из-за болезней. Ирландцы же, по сути, не воюют. Они просто ждут, когда устанем воевать мы. Очень редко храбрость и высокий дух берут у них верх, и в такие моменты они действительно опасны, но, к счастью, это быстро проходит.

Церковь Старой Святой Марии в Клонмеле, Ирландия
Церковь Святой Марии в Клонмеле

Впрочем, сейчас англичанам было не до смеха — сведения, добытые Ормондом от О’Маддена, стали для них неприятным сюрпризом. Оказывается, вот-вот может произойти иностранное вторжение в Ирландию! В этой ситуации английские командиры на Острове решили не лезть на рожон, соединить все силы и ждать дальнейшего развития событий.

Пэлэм встретился с Ормондом в Клонмеле. Там же во время “военно-штабного” обеда лорд-президент предложил Батлеру “оставить полностью выжженную землю от Аскетона до Дингла, чтобы у испанца горела земля под ногами”. Граф Ормонд был не против такого экспромта, но предложил чутка обождать. А то вдруг иностранное вторжение случится прямо в Пэйле?

Следующие две недели Пэлэм провёл в Лимерике, поджидая отряд Уэллопа. Время шло, а “испанца” всё не было. 10 марта осмелевшие англичане начали действовать. Батлер занялся разрушением и сожжением деревень вдоль Шеннонской дороги, а лорд-президент — селений всего остального Манстера. Согласно “Анналам Четырёх Мастеров”, англичане “убивали всех, но прежде всего — слепых и калек, а также женщин, мальчиков и девочек, больных людей, стариков и местных дурачков”.

Четыреста человек были зарезаны в первый же день. Всё, что могло гореть на пути у Пэлэма и Ормонда, было сожжено.

В Глине англичане получили известия, что в Дингл прибыли корабли. Чьи — неизвестно, так что “незнакомцы” с равной вероятностью могли оказаться как испанцами или французами, так и британскими вымпелами из Бристоля. Граф Десмонд тоже не имел точных сведений о госпринадлежности “незнакомцев”, но интуитивно решил, что это явилась подмога с континента, и заторопился в Дингл. У Трали к нему присоединился Патрик Фицморис — сын Томаса Фицмориса, 16-го барона Керри, получившего рыцарское звание из рук сэра Генри Сиднея и, возможно, по этой причине старавшегося держаться от мятежа подальше.

Карта графства Керри с фамилиями кланов
Карта графства Керри с фамилиями кланов

Англичане же подумали, что это их корабли с провиантом и подкреплениями. Разорив все земли между Трали и Кастл Айленд, Пэлэм тоже двинулся к Динглу, однако оказался задержан в горах графства Керри сильной метелью. Это позволило Десмонду добраться до Дингла первым. Неожиданно ирландцам этот импровизированный марафон пришлось продолжить — увидев бегущую по берегу вооружённую толпу, находившиеся в Дингле два корабля подняли от греха подальше якоря и ушли к Карригафойлу. Джеральд Фитцджеральд последовал за ними и наконец-то догнал. Выяснилось, что “незнакомцы” были испанскими “купцами”, нанятыми в Европе леди Десмонд для доставки оружия и боеприпасов.

Тем временем у Пэлэма дела не заладились. При переходе через горный хребет лорд-президент потерял немало людей и лошадей. Потом англичанам пришлось переправляться вброд через реку Фил, при этом не обошлось без утонувших. На Пасху 1580 года измученное войско Пэлэма, усиленное отрядом Джорджа Кэрью, добралось до высившегося в устье реки Шеннон замка Карригафойл.

Честно говоря, последний представлял из себя одну-единственную большую крепостную башню-дом 86 футов высотой, построенную в устье реки Шеннон и контролировавшую проход судов к Лимерику. Но если англичане везде пафосно именуют это сооружение “замком”, то кто мы такие, чтобы с ними спорить, верно? В замке засели 19 прибывших на Остров с Фитцморицем испанцев и 50 ирландцев. Командовал гарнизоном капитан Джулиани — испанец, “который был очень известным военным инженером”.

Ормонд предлагал продолжить забег к Динглу, но обозлённый трудностями последнего марш-броска и небоевыми потерями Пэлэм упёрся и решил захватить Карригафойл. Все возражения лорд-президент отмёл одной единственной фразой: “Король Испании, назвавший себя королём Ирландии в обход Её Английского Величества, достоин хорошей оплеухи”. Со стороны моря к замку попытались подойти три корабля казначея флота сэр Уильяма Винтера, но оказалось, что сблизиться с Карригафойлом на пушечный выстрел они могут только в прилив. Тогда Пэлэм приказал снять с кораблей и переправить на сушу большие пушки — одну 50-фунтовую и две 18-фунтовых. “Анналы Четырёх Мастеров” отмечают, что “о таких орудиях ещё ни разу не слышали в этих частях света”.

В Вербное воскресенье лорд-президент разместил свой осадный артиллерийский парк напротив западной стены замка и начал бомбардировку. Она продолжалась шесть часов. По окончании обстрела англичане подхватили приготовленные штурмовые лестницы и бросились в атаку, которая… с треском провалилась, потому что испанцы своими алебардами оттолкнули лестницы. Пэлэм попытался организовать повторную атаку со стороны Шеннона, но получилось ещё хуже. Испанцы вновь не дремали, а упавшие с лестниц англичане в полном снаряжении теперь падали не на землю, а прямо в реку, где и тонули.

Развалины замка Карригафойл
Развалины замка Карригафойл

На следующее утро пушки Пэлэма заговорили снова. Их ядра долбили Карригафойл до глубокого вечера, пока наконец западная часть замка не обрушилась, открыв в верхней части стены громадный пролом. Пока ошеломлённые защитники выбирались из-под обломков, англичане пошли на новый штурм. На сей раз он оказался успешным, а вот тем, кто составлял гарнизон фортеции, кардинально не повезло. Как пишет Зауч, “из них не убежал ни один, ни женщина, ни даже ребёнок”. Англичане перебили всех, кроме раненого капитана Джулиани. Того торжественно повесили лишь через три дня.

Резня в Карригафойле произвела на многих повстанцев столь глубокое впечатление, что гарнизоны Баллидонгфорда и Аскитона, не дожидаясь появления англичан, дали стрекача. После этого, по выражению Пэлэма, “война превратилась в охоту на лис”.

“Все без исключения были преданы мечу”

Пока Пэлэм свирепствовал в Лимерике, сменивший умершего Друри на посту лорда-президента Коннахта Николас Мэлби решал свои проблемы. На западе Ирландии восстание поднял только Ричард Бёрк, прозванный Железным Ричардом (Richard-in-Iron) — муж несгибаемой Грейс О’Мэлли. Он призвал к себе всех свободных мужчин Коннахта и послал за помощью к ирландским шотландцам из Ольстера. Однако шотландцы призыв Бёрка проигнорировали — рубиться с англичанами в данный исторический момент их не хотелось. К тому же Мэлби заключил союз с О’Коннорами и О’Рурками (“самые гордые люди Ирландии”!), которые заняли Слайго и не должны были пропустить шотландцев в Коннахт, ежели те всё-таки решат выступить на стороне Бёрка. Своим союзникам Мэлби послал две “компании” пехоты и 100 всадников.

Несмотря на отсутствие помощи из Ольстера, Железный Ричард с тысячью бойцов вчистую разграбил район от Атерни до Роскоммона и успел отступить на запад прежде, чем Мэлби прочухался и метнулся наперехват. Когда же английские войска вступили в Коннахт, к Николасу перебежали Джон и Ульрик Бёрки. Они кланялись лорду-президенту, обвиняли друг друга в пособничестве мятежникам и требовали вознаграждения за лояльность короне. Всё это Джон и Ульрик умудрялись проделывать одновременно, чем несказанно восхитили лорда-президента Коннахта.

Затем Мэлби совершил марш до Шруля и Баллинтобера, осадив последний. Судьбу этого замка лорд-президент Коннахта описал так:

Все без исключения жители, включая женщин и детей, были преданы мечу, после чего другие замки сдавались безо всякого сопротивления”.

После обнуления гарнизона Баллинтобера Мэлби выбрал в качестве своей штаб-квартиры аббатство Барришул. Здесь Николас вёл переговоры с МакУильямсами, предлагая вместе выступить против Бёрков и поделить их земли.

Ричард Бёрк же вместе с супругой укрылся на островах в заливе Клю. Оттуда Железный Ричард послал к Мэлби парламентера. Тот сообщил лорду-президенту Коннахта, что Ричард никогда не злоумышлял против англичан — “Не было ничего! Ничего не было!” — и вообще он полон раскаяния. Надо сказать, что масштабы раскаяния Железного росли строго пропорционально количеству его воинов, померших от голода — войско Ричарда буквально ело землю. В конце февраля Бёрк без оружия прибыл в Барришул, где за выкуп был прощён. Выкуп, кстати, оказался очень интересным — Железный Ричард должен был выдать англичанам все стада свиней и овец. Получив трофейную животинку, Мэлби треть её даровал МакУильямсам за нейтралитет, треть употребил по прямой необходимости — скормил своим солдатам, а оставшуюся треть велел прихватил с собой, когда в марте 1580-го двинулся на соединение с Пэлэмом.

Лорд-президент сэр Уильям Пэлэм
Лорд-президент сэр Уильям Пэлэм

К этому моменту Уильям Пэлэм решил испытать на практике новый тактический приём. Он рассадил своих солдат по захваченным у повстанцев замкам, начав, как он сам это назвал, “объедание страны, чтобы прокормить себя”. Такой тактикой лорд-президент Пэлэм надеялся подавить сопротивление в Керри.

Английские гарнизоны вели тактику набегов и разбоев. Так, гарнизон Аскитона под началом капитанов Холлингсворта и Джорджа Керью “оставил голой даже почву”. Керью указывал:

В конце марта мы патрулировали окрестности на овцах и коровах, которые по мере необходимости одновременно служили нам источником провизии. Также мы убили 25 негодяев, пытавшихся защитить свою собственность.

Сэр Джордж Буршье, начальник гарнизона Килмаллока, организовал в лесах несколько облав, во время которых “убил 60 мятежников, реквизировав все их имущество”.

Капитан Уолкер, командир гарнизона Адара (200 воинов), во время вылазки наткнулся на самого графа Десмонда, который на тот момент командовал отрядом из 600 человек. Воины Десмонда, склонив пики, ринулись в атаку, но плотный огонь англичан из аркебуз зарешал — и ирландцы в беспорядке отступили.

Гарнизон Кашела, насчитывавший 300 бойцов, которыми командовал капитан Доудолл, устроил энергичный чёс долины реки Аэрлоу. После “охоты” англичане привели с собой в замок 300 коров и лошадей. Где и в каких количествах полегли бывшие хозяева живых трофеев, осталось неизвестным.

Пэлэм методично предавал огню окрестности Лимерика, тогда как войска графа Ормонда объедали район Пирс Грейс.

*Kerns, буквально переводится как “мародёры”. Часто передвигались на лошадях, но сражаться предпочитали пешими. Сюьюард их описывает так: “Керны производили сильное впечатление своей диковинной одеждой и свирепостью, возвращаясь из набегов с отрубленными головами, свисающими с их коней без седла”.

**Berwick-upon-Tweed — тот самый английский город, в который Елизавета I назначила капитаном памятного нам Томаса Стакли.

Сергей Махов

Понравилась статья?
Поделитесь с друзьями.

Share on facebook
Share on twitter
Share on vk
Share on odnoklassniki
Share on telegram
Share on whatsapp
Share on skype

При копировании или перепечатке материалов активная индексируемая ссылка на сайт fitzroymag.com обязательна.

5 10 голосов
Оцените статью
Подписаться
Уведомить о
0 Комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии