19695216223.1677ed0.5e7ee8b24e274332bc9d1fc593dd00ec

Можем повторить

Как заложить бомбу под глобальный мультикультурный мир?

Публикация американским журналом U.S. News рейтинга самых могущественных стран мира — хороший повод подвести итоги 2019 года и кинуть взгляд в будущее.

Прежде всего, согласимся с “линейкой” выстроенных рейтингом U.S. News (обосновавшим свои оценки пятью показателями: мировое лидерство, экономика, политическое влияние, участие в международных альянсах и военная мощь) стран: США, Россия, Китай, Германия, Великобритания, Франция, Япония, Израиль, Саудовская Аравия и Южная Корея.
Она (во всяком случае, в первой четвёрке) вполне адекватно отражает действительный расклад сил в мировой политике.

Действительно, США остаются на сегодняшний день единственной мировой сверхдержавой — статус, обретённый ею по итогам Второй мировой войны. Россия, потерявшая статус второй сверхдержавы в результате проигрыша в Холодной войне, тем не менее вернула свои геополитические позиции, оставаясь сегодня, по сути, единственной (не считая Ирана) политической силой, противостоящей мировому глобалистскому проекту. И уже в силу одного этого заслуживает звания второй важнейшей страны мира.

Китай по факту становится сегодня второй экономической сверхдержавой, бросившей вызов США. Ну, и, наконец, Германия, которая (с гроздью навешанных на неё стран, которые она вынуждена кормить) в сущности и является Евросоюзом. Так складывается сегодня мировой геополитический кондоминиум, совместное владение миром.

Мир многополярный против мультикультурного

Впрочем, если говорить о политическом напряжении, здесь мы видим лишь два полюса: стремящийся к мировому господству глобалистский проект и отчаянно сопротивляющийся его экспансии традиционный мир, то есть арабские страны, страны Третьего мира и, отчасти, Россия, декларирующая приверженность традиционным ценностям, но тем не менее большей частью своей элиты и капиталов вписанная в глобальный проект. Что рождает, конечно, массу вопросов и недоумений: кто же мы? куда идём? и с кем сегодня нам по пути?

По-видимому, основное настроение российской элиты следующее: мы не хотим серьёзной конфронтации с мировым глобалистским проектом, однако желаем в будущем едином мире изрядного куска пирога для себя. Это и есть основной пункт нашего сегодняшнего “противостояния с Западом”, на уровне идеологии звучащий как “мир многополярный против мира мультикультурного”.

Дилемма эта, в сущности, повторяет в общих чертах тот расклад сил, который определился после Второй мировой войны: капиталистический мир с главенствующей либеральной идеологией и социалистический лагерь, курирующий ряд развивающихся стран… С тем уточнением, что по сравнению с СССР и Варшавским блоком, сегодняшние позиции России выглядят гораздо слабее, а либеральный проект, в результате победы в Холодной войне, сделал на пути завоевания мирового господства гигантский шаг вперёд.

С другой стороны, мы гораздо лучше понимаем сегодня то, что представляет собой геополитика. Что, например, та идеология, которая являлась сердцем советского проекта, идеология, рождённая, как и неолиберализм, в недрах просвещенческого проекта, и не могла всерьёз ему противостоять. И что именно глубокое внутреннее родство этих идеологий и стало первопричиной печального конца СССР, взорванного изнутри теми же силами, которые в шестидесятых годах XX века уничтожали консервативное американское общество, а в середине восьмидесятых — встали у руля политической власти в США.

Сегодня неоконсерваторы (вышедшие в своё время из американского троцкистского движения) отодвинуты от прямой власти в США (победу в консервативной Республиканской партии одержал Трамп), но остаются при этом крайне влиятельными. Так же и наш российский аналог неоконов (“Союз правых сил” и прочие подобные сиквелы) растворился в различных околовластных “фабриках мысли”, НКО, фондах, СМИ и прочем, не утратив своего влияния, но переменив тактику.

Так, например, сегодня теми же силами лоббируется в Госдуме проект закона “О семейном насилии”, являющийся калькой западных феминистских и ювенальных законов, целью которых является разрушение традиционной семьи, а, следовательно — традиционного государства.

Поэтому, несмотря на кажущийся перевес консервативной повестки в современной России, ситуация остаётся неустойчивой настолько, что пары небольших поправок к семейному кодексу может оказаться достаточным, чтобы обрушить всю сегодняшнюю нашу “консервативную парадигму”.

Один воробьиный скок, и — вот мы уже оказываемся в ситуации новой большевистской (точнее — “ювенальной”) революции, когда по каждому чиху и доносу неведомого благодетеля в ваш дом может ворваться наряд нового товарища Швондера из финансируемых западными фондами НКО, который на основании нового революционного мандата ЧК (“охранного ордера”) начнёт изымать ваших детей или вышвыривать вас из собственного дома.

Однако, при всех очевидных минусах и крайней неустойчивости нашего сегодняшнего положения, есть в нём и один большой плюс: наш исторический горизонт стал гораздо шире, мы стали опытнее и мудрее. И даже крайнюю слабость, вялость и размытость сегодняшней государственной идеологии можно увидеть как ту необходимую конденсированную взвесь, которая в определённый момент может мгновенно кристаллизоваться в нечто, способное наиболее эффективно противостоять распаду: достаточно лишь ввести катализатор.

Таким катализатором может стать, скажем, тот же “закон о домашнем насилии”, принятие которого в том или ином виде представляется почти неизбежным: слишком уж большие силы брошены на то, чтобы запустить новый виток глобальной революции. Однако для консервативного российского большинства (особенно в исламских районах) этот закон может стать той критической массой, которая приведёт к взрыву. Результатом которого станет неостановимая уже никакими силами реакция. А дальше — мгновенная кристаллизация раствора — и вот, мы уже оказываемся в совершенно новой стране с гораздо более внятной консервативной повесткой.

Собственно, мы и сегодня находимся в гораздо более предпочтительном положении, чем западный обыватель, полностью встроенный в систему неолиберального порядка. И можем, например, зримо наблюдать, как этот неолиберальный порядок стремительно превращается в худшую версию тоталитаризма советского образца. Сегодняшний неолиберальный агитпроп (Голливуд, CNN, etc.) до анекдотичности схож с позднесоветским, но ещё более дик и несуразен. Негритянка в роли Джеймса Бонда в новом изделии Голливуда — вот иконографический символ этого пара-безумия на стадии самоликвидации. Весь этот безумный микс из взбитых негров, трансвеститов и престарелых лесбиянок сводит с ума надёжнее, чем топорная “дружба народов” советского образца и слишком явно летит туда, откуда нет возврата.

Причём, в отличии от западного обывателя, которому целыми тазиками скармливают сегодня лапшу имени Греты Тунберг, мы имеем ко всему этому надёжный иммунитет. И всех этих фокусников, снявших свои кожаные тужурки со звёздами и переодевшихся в радужные одежды ЛГБТ-сообществ, видим насквозь…

Но не мы одни.

Идеология и политика мультикультурализма: провал неизбежен

Уничтожение белой цивилизации, становящееся с каждым днём всё более вызывающим, не может оставить равнодушным ни одного нормального человека и в самой Европе, особенно в её молчаливой глубинке, где корни крепче, а гипноз СМИ слабее.

Спесивая самоуверенность творцов нового порядка и презрительная недооценка ими “молчаливого большинства” уже привела к власти в США Трампа. Проехав же по Европе и поговорив с людьми, понимаешь: единственное, что не хватает здесь нормальным людям, чтобы начать бороться и изгнать мерзость современного мультикультурализма со своей земли — точки опоры.

Во второй половине ХХ века такой точкой опоры был СССР и курируемое им мировое социалистическое движение: соцлагерь, всеарабская партия Баас (арабский социализм), освободительные движения Латинской Америки и Африки. В то время миру предлагалась альтернатива, всеобщему всесмешению в капиталистическом плавильным котле противостояла иная культурная парадигма.

Но та же альтернатива возможна и сегодня. Причём гораздо более серьёзно обоснованная и на гораздо более надёжных культурных основаниях.

Сердцем советского проекта был разрушительный в своей основе марксизм. Горючая смесь марксизма с фрейдизмом (неомарксизм) питает сегодня идеологию мультикультурализма и политкорректности. И эта разрушительная идеология не может кончить ничем, кроме как самоликвидацией и распадом. Тем, чем кончил и СССР.

Детонатором этого разрушения можем стать сегодня мы, предложив миру альтернативу: адскому всесмешению мультикультурализма противопоставив обновленный не-марксистский социализм (или, если так уж пугает слово “социализм” — многополярный, многокультурный мир); растворению всех культур в едином трансгуманистском шейкере масскульта — мир, сохраняющий все “лица необщие выражения” народов, наций, племён, с сохранением суверенитета культур при их взаимообогащающем общении…

Это было возможно в Римской империи, в Российской империи, это было возможно и в СССР. Почему же это невозможно сегодня? Чтобы так же, как тридцать лет назад, наши неоконы и неолибералы изнутри взрывали СССР, взорвать с помощью наших консервативных друзей во всём мире этот затхлый, душный, находящийся в состоянии полураспада мультикультурный мир ради спасения тысячелетней европейской цивилизации… Успеха в этом многообещающем предприятия мне и хотелось бы пожелать всем нам в новом наступающем году. Сможем повторить?

Владимир Можегов

Добавить комментарий

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.

Вход

Вступить в клуб