Игра Турции

От Карабаха к новым постсоветским свершениям
Фото: Stringer | Reuters

Материальное всегда соседствует с идейно-ценностным, а в международно-политическом пространстве интересы прикрываются смыслами, бывает — и наоборот. У одних государств с интересами приходят и ценности, у других — влияние идёт через идеологемы, а затем жёстко внедряются и осознанные потребности. Турция 30 лет просачивается в постсоветское пространство, не стесняясь ни России, ни кого-либо ещё. Жёсткое выступление в поддержку Азербайджана в октябрьском конфликте на Южном Кавказе — только цветочки, плоды ещё будут, да такие, что не раз придётся хвататься за голову.

После развала Советского Союза и прекращения биполярной конфронтации казалось, что понятия идей и ценностей в мире канули в лету. На самом деле они никуда не исчезли и активно возвращаются в мировую политику. При этом возвращаются — в наиболее примитивных и жёстких формах, свойственных эпохе времен динозавров.

Большая часть идейно-ценностных концептов крутится вокруг национализмов и религиозных консерватизмов — именно им суждено бросить вызов глобализации и сломать её изнутри. Архаизация и хаос в мировой политике способствуют сплочению вокруг обозначенных выше идеологем и радикализации оных.

Постсоветское пространство не выключено из мировой политической среды, также подвержено указанным трендам, зачастую — в ещё более жёстких формах. На фоне слабости государственности, приобретённой случайно на фоне геополитического катаклизма (развала СССР), и на фоне активного влияния извне власть становится уязвимой и сама вольно или невольно способствует ужесточению идентичностей через противостояние “свой-чужой”.

Более того, постсоветское пространство растаскивается на сферы влияния, наблюдается идентификационный разрыв между Западом и Востоком: западная его часть всё больше поддается влиянию Запада, южная часть — зона активного восточного вмешательства. Лидероцентризм, сокращения влияния институтов, использование западных форм, но восточными методами, давление эмоционального над рациональным, клановость и традиционализмы — вот лишь малая часть восточных черт, которые всё больше просматривается в Центральной Азии и на Южном Кавказе.

На фоне кризиса идей и укрепления идентичности и в Армении, и в Азербайджане, происходит патриотический подъём и борьба двух национализмов, выбирается самая простая форма идентификации по принципу “свой-чужой”. При этом враг категорически демонизируется и даже зачастую перестаёт быть человеком. Отдельно следует отметить, что дополнительная вина перекидывается на Россию — к радости западных благожелателей Еревана и турецких — Баку.

Umit Bektas | Reuters

Двусторонняя демонизация длится уже 30 лет. С каждым годом конфликт разгорается с новыми силами, нетерпимость государств и обществ растёт, а молодёжь всё более радикализирована и готова переносить ближневосточный хаос на Кавказ. Шансы мирного решения вопроса с каждым разом становятся всё меньше и меньше.

То, что на данном этапе удалось прекратить огонь — большая заслуга российской дипломатии. Россия в очередной раз продемонстрировала международному сообществу, что она является сторонником мира, может и готова этот мир реализовывать. Однако достигнутые договорённости пока не вполне соблюдаются, остался открытым вопрос механизмов реализации.

Ситуацию с мирным урегулированием осложняет вмешательство Турции в происходящие процессы. Она подстрекает Азербайджан к конфликту — об этом свидетельствуют многие факторы. Например, заявление о том, что режим прекращения огня не решит карабахский вопрос. Недавно лидер второй правящей партии в Турции — Партии националистического движения — Д. Бахчели заявил о наступлении времени объединения двух Азербайджанов в единое пространство, что очевидно подразумевает войну до конца и — по сути — захват части территории Армении.

Ранее заместитель министра иностранных дел Турции уже заявлял, что принцип “два государства — одна нация” при необходимости можно заменить на принцип “одна нация — одно государство”. Более того, министр обороны Турции в ходе телефонного разговора с министром обороны России Шойгу, объявил, что Анкара готова поддержать официально Азербайджан, в том числе и на земле.

В данном контексте увеличение роли Турции беспокоит не столько с точки зрения поддержки Армении, которая является союзником России по ОДКБ, но и с точки зрения усиления турецкого влияние в целом. Это влияние очевидно хотя бы из того, что заявил президент Азербайджана Алиев. Во-первых, его заявление о единстве двух государств — Турции и Азербайджана. Во-вторых, желание президента Азербайджана задействовать Турецкую Республику в переговорном процессе, хотя в принятом документе речь идёт только о посредничестве сопредседателей Минской группы ОБСЕ и подтверждается неизменность формата переговорного процесса. С точки зрения интересов России вмешательство Турции категорически неприемлемо: постсоветское пространство является российской зоной влияния. Анкара это понимает, но старается укрепить свои позиции.

Неразорвавшиеся снаряды, найденные во время конфликта | Stringer | Reuters

Министр иностранных дел Турции Чавушоглу не стесняется в выражении благодарности за достигнутые договорённости и заявляет, что Анкара хочет сотрудничать с Москвой. Всё это — лишь восточная лесть и попытка использовать ситуацию в свою пользу.

Турция не может простить России побед в сирийском, крымском и многих других вопросах. Ответная реакция наблюдается с разных сторон. С экономической точки зрения — вопросы закупки газа, с политической — жёсткие действия по Ливийскому и Сирийскому вопросам, на горизонте просматривается и Центральная Азия.

Однако указанные действия не являются самоцелью — это лишь средства для создания туркоцентричного “тюркского мира”, лидером которого пытается позиционировать себя Турецкая Республика. Карабах — всего лишь часть большой игры, целью в которой являются все тюркоязычные территории. Турецкая Республика сделала очень многое для того, чтобы сформировать лоббистские группы в странах бывшего Советского Союза. Пользуясь существующим кризисом идей, Турция предлагает объединение, базирующиеся на национализмах и на религиозной сплочённости.

Россия в данном случае может предложить больше — она может усиливать собственную роль спасителя, центра сохранения самобытности тюркоязычных народов, как это было на протяжении последних четырёх веков нашей истории. А Турецкая Республика может продолжать и далее говорить о своей исключительности и необходимости подчинения собственным логикам.

Карабах — это “чисто символический” шаг, дальше — будет больше. Россия оказывается перед необходимостью срочного перехода к наступлению, формированию механизмов влияния и активной артикуляции “красных линий”, на поиск которых в плане российских интересов и ценностей следует отправить лучших сыщиков аналитики.

Независимо от выбранного пути, в походном рюкзаке должны быть неизменные вещи. Во-первых, собственные национальные интересы России и ценности. Во-вторых, осторожность (не вестись на лесть и традиционные восточные игры, которые ведут наши коллеги). В-третьих, чёткое обозначение принципа: постсоветское пространство — российская зона интересов. В-четвёртых, своя идея — свой собственный проект и образ будущего вкупе с механизмами. Промедление — и мир уже пронесётся вперед на китайском высокоскоростном поезде с американской начинкой и при турецкой идеологии, а постсоветского — может и след простынет.

Владимир Аватков, с.н.с. ИМЭМО РАН, доцент Дипакадемии МИД РФ
Специально для Fitzroy Magazine

При копировании или перепечатке материалов активная индексируемая ссылка на сайт fitzroymag.com обязательна.

3.8 10 оценок
Оцените статью
Подписаться
Уведомление о
0 Комментариев
Inline Feedbacks
View all comments

Вам также может понравиться