После Меркель. Германия готовится к прощанию с лидером

Что ждёт немцев после ухода фрау канцлерин и кто способен прийти ей на смену на осенних выборах в ФРГ
Меркель
Обработка от Александра Воронина | Fitzroy Magazine

Рано или поздно заканчивается всё — и хорошее, и, к счастью, плохое. И к этому приходится привыкать, ну или, по крайней мере, как-то с этим мириться. Но иногда сила инерции настолько велика, что мы, даже будучи недовольны нынешним своим положением, не хотим перемен, просто потому, что перемены пугают.

Собственно говоря, всё это уже однажды выразил гениальный Виктор Цой:

Мы не можем похвастаться мудростью глаз
И умелыми жестами рук,
Нам не нужно всё это, чтобы друг друга понять.
Сигареты в руках, чай на столе,
Так замыкается круг.
И вдруг нам становится страшно что-то менять.

Очевидно, что аллюзии по поводу мудрых глаз и жестов рук были навеяны бессменному лидеру группы “Кино” седовласыми старцами из советского Политбюро. Но в том-то и уникальность хорошей поэзии, что её образы можно применить в совершенно, казалось бы, неожиданных ситуациях. Когда я сейчас читаю эти строки, мне на ум приходят не приснопамятные Зайков, Слюньков и Маслюков, а политик мало того, что иной формации, но даже из иной страны и, соответственно, иного менталитета — федеральный канцлер Германии Ангела Меркель.

Её характерный жест из двух сложенных неким странным конусом рук, её тихий и вкрадчивый голос и особая манера речи давно стали, как сейчас принято говорить, мемом и объектом для пародий не только в самой Германии, но и далеко за её пределами. Немудрено, ведь нынешняя бундесканцлерин — фигура поистине мирового масштаба, кто бы как к ней ни относился.

Ангела Доротея Меркель, урождённая Каснер, родилась в 1954 году в Гамбурге, но так сложилось, что буквально через несколько дней после рождения дочери родители Ангелы переехали жить в ГДР, что во многом и определило дальнейшую судьбу будущей главы немецкого правительства. Стоит отметить, что, строго говоря, Меркель этнически даже не совсем немка, а скорее полька. Её батюшка Хорст изменил звучавшую уж чересчур неблагозвучно для немецкого уха польскую фамилию Казмерчак на Каснер аккурат за три года до прихода к власти нацистов. И тем самым, вероятно, спас себя и свою семью от ужасной участи. Возможно, именно эти “иммигрантские” корни впоследствии сыграют роль в отношении фрау канцлерин к бесконечному потоку беженцев в Евросоюз и конкретно в Германию, что вызовет плохо скрываемое негодование её сограждан и довольно серьёзный политический кризис в Федеративной республике. Но об этом чуть позже.

А пока Ангела, как и положено восточногерманской школьнице, проходила все ступени общественно-политических детско-юношеских организаций — была и пионером, и комсомолкой, точнее, состояла в Союзе свободной немецкой молодёжи (так в ГДР назывался тамошний комсомол). Никогда не считалась оппозиционеркой или диссиденткой, хотя и общалась с некоторыми писателями-вольнодумцами.

Впрочем, девочка явно не была гуманитарием: точные науки, а конкретно физика и химия, привлекали её куда больше, чем пространные размышления о судьбах разделённого немецкого народа. В конце концов венцом её “социалистической” карьеры стала работа в Академии наук ГДР, закончившаяся вместе с падением Берлинской стены. Оказавшись вне науки, Ангела с головой ушла в политику. И, надо сказать, помотало её там изрядно. В результате, девушка с явно “зелёными” убеждениями, как пишут её биографы, оказалась в рядах консервативной католической партии ХДС. И, как мы теперь знаем, сделала в ней головокружительную карьеру.

Меркель стала федеральным канцлером Германии 22 ноября 2005 года в возрасте 51 года, успев к тому времени почти десять лет поработать в федеральном правительстве на различных должностях, а также возглавить ведущую немецкую политическую партию — ХДС, которая в союзе со своей баварской сестрой ХСС представляет крупнейший политический блок в ФРГ. За эти годы блок ХДС/ХСС четырежды выигрывал выборы в Бундестаг, что позволило Меркель по продолжительности времени пребывания на посту бундесканцлера обойти Конрада Аденауэра и сравняться с Гельмутом Колем. И вот теперь, спустя 16 лет своего правления, Ангела Меркель решила оставить большую политику, сделав это вполне в духе бывшего российского президента Бориса Ельцина: “Я устал, я ухожу”.

Крамп-Карренбауэр

Министр обороны ФРГ Аннегрет Крамп-Карренбауэр

Стоит сказать, что устать было от чего. За годы своего правления бундесканцлерин не раз подвергалась жесточайшей критике своих политических оппонентов, и удостаивалась доходивших порой до грани приличия насмешек от околополитических острословов. Впрочем, негатив по отношению к фрау Меркель не был беспочвенным и служил скорее отражением глухого недовольства, которое с каждым годом нарастало в немецком обществе.

Накануне очередных выборов в Бундестаг социологи регулярно давали неутешительные прогнозы для правящей коалиции, но, несмотря на это, Меркель удавалось, словно легендарному фениксу, каждый раз восставать из пепла и приводить христианских демократов к победе. Периодически меняя по итогам очередного волеизъявления народа партнёров по коалиции, но всё же оставляя за собой пост главы правительства.

Кстати, недовольных политикой Меркель было много даже среди соратников по ХДС. Но её просто-таки феноменальная, на грани мистики, способность каждый раз одерживать победу заставляла умолкнуть любых оппонентов. Во многом именно с этим был связан тот мучительный поиск нового лидера партии и потенциального сменщика Меркель на посту федерального канцлера, который шёл в ХДС все последние годы.

Формально Ангела Меркель перестала быть главой партии ещё в 2018 году, но, обретя нового Parteivorsitzender (Председателя партии), христианские демократы никак не могли получить одновременно с этим и кандидата на пост номер один в руководстве страны.

До января текущего года главой ХДС была нынешняя министр обороны ФРГ Аннегрет Крамп-Карренбауэр, но уж больно тяжела для неё оказалась германская “шапка Мономаха”, да и, как показали опросы, на фоне Ангелы Аннегрет выглядела как серая мышка, да простят мне такое сравнение. Её популярность среди электората, а с ней и шансы продолжить пребывание блока ХДС/ХСС на вершине власти, оценивались как минимальные.

В результате, было принято решение предложить в качестве будущей замены Меркель Армина Лашета, премьер-министра земли Северный Рейн-Вестфалия, пользующегося не только уважением коллег, но и ощутимой поддержкой избирателей в одной из самых крупных федеральных земель Германии. Что ж, уже ближайшей осенью ему надо будет доказывать свою состоятельность. “Волшебницы” Ангелы рядом уже не будет, и выборы придётся выигрывать своими силами.

Что же ждёт Германию, немцев, а с ними и всю Европу после окончания эпохи Меркель? И самое главное, чего они, немцы, сами ждут и хотят? Во многом именно на чаяния простых избирателей и будет стараться реагировать следующий бундесканцлер, кто бы им в итоге ни стал.

Обычно очень рациональные бюргеры получили за последние годы несколько весьма чувствительных ударов по собственному кошельку, а, главное, по столь важному для них ощущению стабильности и уверенности в завтрашнем дне. Теперь они с нетерпением ждут от будущего руководства страны ответов на накопившиеся вопросы. Потому, на мой взгляд, предстоящая предвыборная кампания в ФРГ будет максимально пропитана духом популизма.

Лашет

Армин Лашет

Стоит понимать, что немецкое общество, как и немецкий бизнес, очень неоднородны, но при достаточно условном обобщении их можно разделить на две большие практически равные по численности группы. Первая — это те, кого в общем и целом устраивает нынешнее положение вещей, при котором Германия является неотъемлемой частью западного атлантического сообщества, возглавляемого и во многом управляемого США. ФРГ не только встроена во все международные структуры, в которых Вашингтону принадлежит ведущая роль (например, НАТО), но и остаётся открыта для внутреннего влияния Штатов на политику руководства страны через систему различных фондов по типу Германского фонда Маршала (German Marshall Fund of the United States) или регионального центра Атлантического Совета (Atlantic Council).

Другая половина немцев также не мыслит себя вне западной системы координат, но при этом мечтает о Германии, избавленной от диктата заокеанского “сияющего града на холме”, и в идеале являющейся полностью самостоятельным лидером свободной Европы. Это как раз та самая часть немецкого общества и истеблишмента, которая разделяет идею создания Европы “от Лиссабона до Владивостока” и большого союза по оси Берлин-Москва-Пекин.

Самое забавное, что среди членов крупнейших политических партий ФРГ, то есть и в блоке ХДС/ХСС, и в СДПГ, представлены обе точки зрения. И лишь партии помельче и в какой-то степени помаргинальнее, типа “зелёных” или “левых”, придерживаются строго одной выбранной лини. Союз 90/Зелёные (Bündnis 90/Die Grünen) — наиболее проамериканская партия в Бундестаге, по своим убеждениям близка вашингтонским ястребам. Левая партия (Die Linke), как наследник ещё ГДРовской СЕПГ, имеет, естественно, диаметрально противоположный взгляд на вещи.

В результате, любой крупный германский политик просто обязан лавировать между этими двумя практически взаимоисключающими точками зрения в обществе. И Ангела Меркель не была исключением. Но если балансируя на грани между Сциллой и Харибдой в лице Вашингтона и Москвы, фрау канцлерин ещё как-то удавалось соблюсти интересы родной страны, то два случившихся кризиса — с мигрантами и пандемией коронавируса — вызвали глубочайшее недовольство практически у всех немцев.

И даже те их них, кто согласен с политикой отрытых европейских дверей для беженцев с Ближнего Востока, из северной Африки и Афганистана, всё же не до конца разделяют убеждение главы своего правительства, что двери должны быть раскрыты настолько широко.

Возможно, в отношении Меркель к мигрантам сыграло роль её собственное иммигрантское происхождение, о котором мы говорили в начале, возможно — нерастраченный материнский инстинкт, а возможно, она действительно верит в громко провозглашаемые гуманистические европейские ценности. Правда, при таком раскладе стоило бы крепко подумать о гуманизме, прежде чем так или иначе участвовать в американских военных авантюрах в Ливии, Сирии и Афганистане. Глядишь, и поток беженцев был бы не столь велик.

Что же касается “коронакризиса”, как его окрестили в Германии, то здесь политика кабинета Меркель и вовсе видится обычным бюргерам безусловно провальной. Начиная от постоянных и часто неоправданных локдаунов, которые попросту убивают средний и мелкий немецкий бизнес, и заканчивая безобразием в сфере вакцинации.

темпы прививания в Германии

Темпы вакцинации от коронавируса в Германии

Подумать только — производимая немецким фармацевтическим гигантом BioNTech совместно с американским Pfizer вакцина, мало того, что оказалась самой дорогой из всех возможных (ну, здесь немцы готовы не поскупиться), но ещё и попадает в Германию по остаточному принципу, а это уже, извините, ни в какие ворота не лезет.

Дошло до того, что сама Меркель сделала себе прививку, мягко говоря, сомнительной по качеству вакциной от AstraZeneca только потому, что Еврокомиссия под предводительством бывшей коллеги Ангелы по партии и по правительству Урсулы фон дер Ляйен активно её, вакцину, продвигает в Европе. При этом европейские структуры, возглавляемые этой самопровозглашённой еврофюрерин, делают всё, чтобы не пустить российский “Спутник V” в Евросоюз.

И Федеральное правительство, в лице министра здравоохранения Йенса Шпана заявлявшее о желании допустить у себя в стране вакцинацию российским препаратом, ничего не может с этим поделать и только беспомощно разводит руками. Теми самым руками, которые Германия когда-то добровольно позволила связать брюссельским бюрократам.

И, конечно же, простые немцы теряют терпение, а вместе с ним и доверие не только к самой Меркель, но и к руководству страны как таковому. Стоит ли после этого удивляться тому факту, что именно в Германии процветает так называемый вакцинный туризм в Россию?

Так что, задавая вопрос, чего же ждут граждане Германии после ухода Ангелы Меркель, стоит иметь в виду, что, по большому счёту, все они, без разделения по политическим взглядам и религиозным убеждениям, хотят только одного: возвращения той самой былой стабильности и предсказуемости.

И, в конечном итоге, осенние выборы выиграет тот, кто сможет не столько много пообещать, сколько просто внушить доверие избирателю в свою способность вернуть всё как раньше. Возможно, даже так, как это было ещё “до бабушки”.

Алексей Белов

Понравилась статья?
Поделитесь с друзьями.

Share on facebook
Share on twitter
Share on vk
Share on odnoklassniki
Share on telegram
Share on whatsapp
Share on skype

При копировании или перепечатке материалов активная индексируемая ссылка на сайт fitzroymag.com обязательна.

5 15 голосов
Оцените статью
Подписаться
Уведомить о
0 Комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии