Плотность эфира

Фантастическая повесть. Часть I
Плотность эфира часть 1
Коллаж от Алисы Курганской | Fitzroy Magazine

Дракон был огромен.

Нет, не так: дракон был чудовищно огромен. Наверное, если бы он захотел — то трепещущие полотнища его крыльев обернули меня полностью. Правда, тогда я просто врубил бы манёвровые процентов на сорок мощности, и проблема дракона для меня решилась сама собой.

Конечно же, он это понимал. Да и не склонны эти гады к обнимашкам в средних слоях атмосферы… как, полагаю, и в каких угодно ещё слоях.

Я бросил взгляд вниз, на сине-зелёный простор Элаурана, увеличил приближение — нет, пока что мне везло, и сородичи моего визави не пробивались мощными взмахами крыльев сквозь разреженный, плохо держащий массивные тела воздух.

Дракон выдохнул пламя прямо мне в лобовые экраны. Конечно, на том расстоянии, которое нас разделяло, испепеляющий огонь не представлял для меня опасности, но я всё равно не сдержался — провалился вниз, пропуская угрозу над собой, качнулся чуть в сторону, едва справляясь с соблазном врубить гипердвигатель и стартовать прямо отсюда, из атмосферы.

Дракон зеркально повторил мой манёвр, вновь завис напротив, протянул когтистую лапу — как только природа додумалась создать летучую ящерицу с шестью конечностями? — недвусмысленно указывая куда-то в направлении космодрома. И снова плюнул огнём, не столько всерьёз угрожая, сколько демонстрируя, что будет в случае неповиновения.

Да крэнга с два. Если они знают, что спрятано в четвёртом грузовом отсеке, то мне не жить, если не знают… то о чём-нибудь всё равно догадываются, проведут обыск, и таки найдут четвёртый отсек. И тогда смотри пункт один: мне не жить.

Значит, придётся прорываться.

Сперва — отвлекающий манёвр: имитирую покачивание с крыла на крыло, старинный сигнал “вас понял, выполняю”. Глушу транс-двигатель — белёсые молнии на моей обшивке гаснут, и я почти вижу, как на чешуйчатой морде проступает облегчение. Да-да, ящерка, а ведь ты меня боишься. Боишься, что я решу-таки вмазать тебе в рожу из лазерной спарки, которую тебе так хорошо видно под моим брюхом.

Правильно боишься. Я тебе не какой-нибудь законопослушный торговец, я — Рой/Конькобежец, меня ещё ни одна чешуйчатая тварь не ловила.

Мои лазерные пушки напрямую подсоединены к транс-ядру. И то, что я отключил гиперпространственный двигатель, вовсе не означает, что ядро я тоже вырубил. Ядру и без двигателя есть, куда качать энергию.

Медленно и плавно разворачиваюсь, продолжая чуть покачиваться из стороны в сторону. Вслушиваюсь в тихое и грозное ворчание транс-ядра — звук, недоступный слуху человека, но я сейчас нечто гораздо большее.

Снаружи по животу разливается приятное тепло, а внутри становится, наоборот, холодно, словно кусок льда проглотил — это заработала система охлаждения моих скорострельных деточек.

А дракон-то расслабился! Спустился чуть ниже, чуть не подставляя мне хребтину вместо бронированного брюха — впрочем, мне совершенно без разницы. Да и убивать я его всё-таки не планирую, мне, возможно, ещё когда-нибудь понадобится заглянуть на Элауран.

Ладно. Погнали. Ох, сейчас кому-то будет больно…

Манёвровые на пятьдесят процентов мощности, манёвр дельта-восемь-а. Сбрасываю с километр высоты, на мгновение теряя слияние. Дракон — надо мной, четыре тонны мяса и чешуи, что он может противопоставить мне, сияющей стальной птице?

Много чего может, если по-честному. Но сегодня я хитрее.

Манёвр альфа-двенадцать. Двигатели левого борта — ноль процентов мощности.

Двигатели правого борта — форсаж.

Меня бросает в сторону и переворачивает, правый борт — реверс!

Живот охватывает ослепительным жаром от преобразующейся в недрах меня энергии.

Огонь!

— Бежи, тебе не кажется, что ты немного перестарался? — вслух спросил я, наблюдая на экране безнадёжный, рваный, проваливающийся полёт сбитого дракона. Почти вертикальный полёт.
— В самый раз, — резко ответил я, отключая экраны. Спорить со мной? Ну-ну, удачи!
Я тяжело вздохнул. Какой же всё-таки мерзкий характер…
— Завершение слияния. И выведи нас на орбиту сам.

Несколько секунд я переживал мучительнейший приступ головокружения — неизбежный побочный эффект разделения сознаний. На грани восприятия царапало ощущение, что что-то идёт не так, и весь мой жизненный опыт подсказывал, что стоило бы к нему прислушаться.

Я открыл глаза. Посмотрел на скалящееся мне в лицо жало бластера, понимая, что интуиция в очередной раз меня не подвела, перевёл взгляд дальше, на того, кто держал нацеленное на меня оружие.

И едва не заорал.

В двух метрах от меня стоял эльф. Точнее, эльфик… эльфёнок… эльфёныш… вот крэнг, да как же это правильно сказать? Короче, детёныш эльфа. Ну, не совсем детёныш, подросток, в переводе на наши человеческие — лет четырнадцати, может, чуть больше. Большеглазый, светлокожий, с уже различимым, но пока ещё трудно читаемым голубоватым узором на лице.

Эльфик с бластером в руке. Заряженным и готовым к выстрелу бластером — видно по тёмно-оранжевому пульсу индикатора. Эльфик. С бластером.

Что ж, это гораздо лучше, чем если бы малолетний придурок пытался угрожать мне уже нерабочей игрушкой — это значило бы, что через несколько минут мой прекрасный “Конькобежец” может превратиться в груду бесполезного металла и экологически чистого биопластика, которая стремительно понесётся к поверхности планеты, оставляя красивый след догорающей обшивки в верхних слоях атмосферы. Маловероятно, конечно: ну сколько там той магии в одном мелком эльфёныше? Но всякая мелочёвка вполне могла бы выйти из строя, причём навечно.

— Не кричать. За оружие не хвататься, я успею раньше, — отчеканил эльфик, и я в который раз поразился тому, как из подобных гадких утят вырастают без исключения прекрасные эльфы. — Первым делом: передай мне командование кораблем. Идентификация — Ли.

Ах ты ж, маленький пират! Ну ничего, мы ещё посмотрим, кто кого: о таких катерах, как мой, ты едва ли читал в глупых комиксах, которые я в обход таможни вожу вашим торговцам из числа необременённых бесполезной привычкой подчиняться правилам и законам…

— Система, идентифицировать пассажира как “Ли”.
— Выполнено, — неживым безэмоциональным синтезатором речи отозвался Бежи.
— Система, передаю управление Ли.
— Выполнено.
— Для проверки: система, выведи на экран поверхность планеты.
— Не выполнено. Ожидаю подтверждения командира корабля.
— Достаточно, — кивнул эльфик Ли. — Система, код доступа: альфа-один-тау-двенадцать-фактор-три-ипсилон-девять-сигма-пять-омега, назови себя.

“Фактор”? Что за “фактор” ещё такой?

— Я — “Конькобежец”, катер класса DS, модернизирован вне категорий, система управления — Art-In, — уже своим голосом сказал мой корабль, сходу выдавая захватчику все свои самые важные тайны.

Мне стало по-настоящему страшно. Бежи был написан и обучен так, чтобы никогда не подчиняться никому, кроме меня — и тех, с кем я осознанно и согласованно поделюсь управлением, причём второе — это, скорее, его добрая воля, мог и отказать, если настроение дурное. Что же за код у этого мальчишки?

Бежи продолжил:
— Я идентифицирую тебя как магическое существо. Согласно моим протоколам безопасности, провоз магических существ категорически запрещён ввиду крайне высокой вероятности отказа части или всех систем.

Ли поднял свободную ладонь, мешковатый рукав явно с чужого плеча рубашки соскользнул, обнажая нечеловечески узкое запястье, охваченное грубым деревянным браслетом блокера.

Что ж, ожидаемо. Не будь блокера — магия эльфа и наша умная техника уже вошли бы в резонанс. А блокер не магия, блокер — хитрая штучка, никто так и не разобрался, как он работает, ни наши, ни маги. Главное, что работает.
— Искин, как твое имя?
— Я же представился, дитя: меня зовут Конькобежец.
— А покороче?
— Это мне эльф говорит?
— Это тебе говорит эльф по имени Ли, которому известен весь набор кодов “фактор-три-ипсилон”, — спокойно ответил Ли.
Катер помолчал немного, и обиженно выдал:
— Бежи.

Я решил, что пора напомнить о своём существовании.
— Парень, ты откуда здесь взялся и что тебе нужно?
— Я с Элаурана, — неожиданно ответил незваный пассажир. — Пробрался в трюм на втором космодроме: защита у тебя — дрянь. Мне нужно, чтобы ты отвёз меня на базу Бетельгейзе-три.
— А что взамен? — ляпнул я. Поглядел на плавно качнувшееся от точки между глаз к середине груди и обратно жало бластера, кивнул: — Понял. В общем-то, отвезти тебя на Бетельгейзе не проблема, проблема в другом…
— В чём же?
— Я не работаю под прицелом. Никогда.
— Всё когда-нибудь бывает в первый раз, — пожал плечами эльфик по кличке Ли. — Мне тоже никогда не доводилось захватывать космические катера, даже летать на них, но…
— Мы вышли на стартовую орбиту, — перебил его Бежи. — Я рекомендую немедленно запустить транс-ядро и уйти в гиперпространство.
— Действуй, — мысленно я улыбнулся. Всё-таки он у меня большой молодец. — Координаты — стандарт Минтаки. Оттуда до Бетельгейзе доберёмся за несколько часов в обычном космосе: в Орионе по гиперу шнырять небезопасно.
— Знаю, — эльфик пожал плечами, отошёл на полшага, продолжая держать меня на прицеле. Ох, надеюсь, мне повезёт. Как и всегда.

По телу Бежи прошла едва ощутимая вибрация, на полсекунды свет стал приглушённым — это заработало в полную мощь транс-ядро, напаивая своей хоть и укрощённой, но всё же разрушительной силой гиперпространственный двигатель.
— Координаты приняты, — механическим голосом сказал Бежи. — Членам экипажа занять свои места.

И рухнул в гипер.

Так жёстко, как только смог.

Как и всегда — мне повезло: ложемент пилота, на краю которого я сидел в течение всей этой фантасмагории, принял меня в свои крепкие, но бережные объятия.

Ли оказался меньшим везунчиком… Ли, пожалуй, оказался прямо-таки неудачником: его швырнуло через всю рубку, приложило виском о панель управления — на белом биопластике остались брызги крови, выглядевшие в холодном свете удивительными голубыми бусинами.

Чуть пошатываясь, я слез с ложемента, накинул халат и подошёл к моему агрессивному безбилетнику. Надеюсь, он себе голову проломил, тогда мне и обвинить себя не в чем, и против принципов идти не придётся: никогда я ни в открытый космос никого живьём не выбрасывал (разве что в бою), ни в рабство не продавал. А что ещё прикажете делать с живым эльфом вне Семимирья?

Похоже, моя Фортуна решила, что с меня сегодня достаточно: мальчишка был без сознания, но жив, погасший бластер валялся поодаль.
— Мне приготовить камеру пыток? — во вкрадчивом голосе Бежи звучали нотки предвкушения.
— У нас нет камеры пыток, — буркнул я. Что ж всё так складывается-то, а?
— Я преобразовал гостевую каюту.
— Тогда зачем ты меня спрашиваешь, если уже всё сделал сам?
Эльфик оказался предсказуемо почти невесомым.

Плотность эфира часть 1
Коллаж от Алисы Курганской | Fitzroy Magazine

Я валялся на койке, пялился в проносящиеся за “иллюминатором” — на самом деле, конечно же, экраном, на который Бежи выводил подсмотренные в каком-то старом фантастическом сериале кадры — светящиеся полосы, и напряжённо думал.

Что могло заставить эльфа — эльфёнка, подростка! — покинуть родной безопасный Элауран, нацепить на себя блокер и влезть на человеческий катер, напичканный чуждой его эльфьей природе электроникой? Логично будет предположить, что не так уж и безопасен для него Элауран. В конце концов, мы мало что знаем о внутренней жизни Семимирья. Но для мелкого — а в его возрасте можно быть только мелким — преступника он слишком уверенно держался и слишком многое знал. Надо же, я и не думал, что есть какие-то коды, способные пусть отчасти, но принудить Бежи к подчинению! Надо бы разузнать об этом: иногда надоедает пререкаться с собственным кораблём.

Но вернёмся к нашему Ли. Имя, конечно, вымышленное, я ни разу не слышал об эльфе, чьё именование имело бы менее десяти слогов и произносилось бы быстрее, чем за двадцать секунд… во всяком случае, если говорить об их официальных именах. Впрочем, это не так важно. Предположим, он действительно бежал от чего-то — от кого-то? — на Элауране. Какова вероятность, что он сбежал незаметно, и никто не связал его исчезновение со стремительно покинувшим планету мной?

Правильно, нулевая.

Я был осторожен, я нигде не наследил, мой груз, в конце концов, не так уж запрещён… ну ладно, запрещён. И запрещён настолько, что если бы я попался — то меня ловил бы не одинокий дракон, рискнувший лезть на уже взлетевший катер, а полная таможенная бригада. Значит, Ли засекли, и встречей с крылатой ящеркой я обязан именно ему. А, крэнги волосатые, вот так вляпался!

Ладно. Дальше.

Какова вероятность, что наша точка входа в гипер не была отслежена?

Пф!.. Это Семимирье. Вышел из атмосферы, за пределы досягаемости драконов — и всё, до свидания… до нескорого свидания. Ничегошеньки они мне не сделают, пока я в космосе.

— Рой, у нас “хвост”, — сказал с потолка Бежи. — Хватит прохлаждаться.
Собственно, прохлаждаться я закончил ещё на “хвосте”, последние слова искина застали меня на пути в рубку.
— Катер класса BD, модернизирован по категории “Пи-2”, идентификатор я не засёк, но он может быть скрыт. На связь пока не выходил, а я без тебя не вызывал. Идёт чётко по нашему следу, предполагаю, что кроме “Пи-2” оснащён полицейской системой преследования.
— Откуда он мог взяться?
— Даже не представляю, — съязвил Бежи. — У тебя нет никаких идей?
— Сам знаешь. Но как? Они же не могут…
— Он нас вызывает. Установить связь?
— Защищённую. Видео на экран.

Не знаю, как, но я сразу его узнал. В человеческом облике дракон тоже был огромен: ростом метра два с небольшим, широченные плечи, глыбы бицепсов, предплечья размером с мое бедро. Но и красив, зараза: гордый профиль, глубоко-зелёные глаза, волосы цвета его чешуи — чёрные с удивительным изумрудным отливом.

И, кажется, увидеть он ожидал вовсе не меня.
— Ваш… что? Кто ты такой?
— Мое имя Рой Тануки, я пилот и владелец этого катера, оказываю курьерские и торговые услуги, — стандартно отрекомендовался я. — С кем я разговариваю, и почему вы меня преследуете?
Да быть такого не может, чтобы он не запомнил корабль, который так изрядно его отмутузил… или это я сглупил, поспешил с выводами? Может, это не дракон?
— Моё имя и род деятельности тебе ничего не скажут, — отрезал мой собеседник. — Меня интересует твой пассажир. Немедленно выходи из гипера и оставайся на месте. Щиты опустить, оружие не запускать, иначе я всажу тебе в брюхо ионную торпеду.
Ой-ёй. Ионная торпеда — это серьёзно. Ионная торпеда — это, в общем-то, конец. И мне, и Бежи. Вернее, сначала Бежи — ионка просто спалит всю электронику, начиная с самой мощной, то есть, с искина. А потом конец уже мне: в космосе без своего корабля я, увы, очень мало на что способен…
— Я не понимаю, о чём вы говорите. Я не вожу пассажиров, только малые грузы. Я…
— Выйти из гипера. Поднять щиты. Оставаться на месте. Иначе — пеняй на себя. Конец связи.

Всё-таки это дракон, просто другой. Но о том драконе этот в курсе. Или они все такие агрессивные?
Нет, я сейчас не буду думать о том, какого драного крэнга дракон вообще может делать в космосе. Не буду, и всё тут.
— Кажется, мы влипли, — спокойно сказал Бежи. — Попытаемся удрать? Сразу скажу, шансы близки к нулю.
— Когда шансы победить близки к нулю, мы пытаемся удрать. Когда шансы удрать близки к нулю — мы пытаемся договориться. Выходи из гипера, дружище. Где наша не пропадала, в конце концов.
— Вопрос в том, что мы делаем, когда шансы договориться тоже близки к нулю, — проворчал корабль. — Начинаю гашение транс-двигателя, приготовиться.
— Стой! Можешь выйти так, чтобы мы оказались хотя бы в паре часов от него?
— Пару не обещаю, а полтора — постараюсь. Что ты задумал?
— Получить информацию. Действуй, сам всё знаешь, мои команды тебе явно не нужны.
— Да ты мне весь не то чтобы слишком…
В другой раз я бы сделал вид, что обиделся. Сейчас было не до этого.

— Тебе знаком этот… человек? — я вывел изображение нашего преследователя на экран каюты Ли.

Конечно же, Бежи шутил, говоря о камере пыток. Просто убрал элементы комфорта (довольно немногочисленные на моём небольшом катере), и заблокировал открытие двери изнутри.
— Он не человек, — мельком скользнув по неподвижному снимку, ответил Ли. И отвернулся.
Да, коммуникация не складывалась. Едва я вошёл в каюту, как мальчишка попытался на меня напасть — видимо, совсем от отчаяния, магией. Только не учёл, что кроме его собственного блокера, я навесил ему ещё один, гораздо более мощный. И не семимирскую игрушку, а модернизированный, по случаю достался мне от работорговцев: внутри он как обычный блокер в виде ошейника, а снаружи оснащён биозамком с распознаванием ДНК. Так что пока я лично не сниму это украшение с тонкой шейки, о магии мой опасный пассажир мог только мечтать.
— Дракон? — уточнил я.
— Да.

Корабль слегка вздрогнул: Бежи вывел нас из гиперпространства в обычный космос. На этот раз — мягко и бережно, даже немного слишком мягко, сбивая координаты выхода. Дисциплинированно замер, поднял щиты и снизил мощность транс-ядра до уровня ожидания, двенадцать процентов. Пусть теперь дракон ковыляет к нам от своей точки выхода, час-полтора у него это точно займёт.

— Ли, или как там тебя… — я поставил стул посреди каюты спинкой к эльфёнку, сел верхом, скрестил руки, посмотрел как можно проникновеннее. Сейчас мне нужна была информация, если для её получения потребуется заигрывать с этим нахальным мальчишкой — я буду заигрывать. Для меня слишком важны наши жизни, и я имею в виду себя и Бежи. Конечно, проще всего было бы просто отдать Ли дракону, но интуиция подсказывала, что так легко эта переделка не закончится.

Забегая вперёд — интуиция и в этот раз меня не подвела.

— Ты можешь называть меня именно “Ли”. Если тебе так проще — это сокращение от моего полного имени, — сказал мой гость — а, тысяча крэнгов, буду называть вещи своими именами! — мой пленник.
— Хорошо, пусть так. Ли, за тобой прилетел очень серьёзный дракон на очень серьёзном катере с очень серьёзным вооружением. Я не хочу умирать, я не хочу, чтобы мой корабль умер, да и тебе, несмотря ни на что, смерти не желаю. Поэтому если ты что-нибудь хочешь мне рассказать о том, кто ты, почему бежишь с Элаурана, и с какой целью тебя преследуют — сейчас самое время. У нас примерно час до встречи в реальном космосе, можно успеть что-нибудь придумать. Прошу, поверь мне. И объясни, что происходит.

Эльфик посмотрел на меня… очень странно он на меня посмотрел. С удивлением и недоверием, как человек смотрит на кристалл летинума в кучке собачьих экскрементов.
— Рой, ты сказал, что не хочешь, чтобы твой корабль умер. Что ты имеешь в виду? Он же неживой: сплавы, пластик, микросхемы, компьютерный код.

Я чуть не задохнулся от обиды. Да что он понимает, этот ребёнок? Когда годами — десятками лет! — мотаешься в одиночестве по космосу, общаясь только с нанимателями, разбойниками и работорговцами, потому что на тридцати восьми планетах из пятидесяти двух, входящих в состав Объединения, тебя разыскивают. Когда годами — десятками лет! — тебя продают, предают, обманывают и пытаются убить все, кто может извлечь из этого хоть какую-то выгоду для себя. Когда за эти годы — десятки лет! — осознаешь, что в жизни нет ни капельки великого смысла, что единственное, что тебе по силам — это сколотить небольшой капиталец для того, чтобы на старости лет не помереть с голоду, потому что ни единой душе во всей Галактике ты не нужен. Когда… в общем, тогда ты начинаешь по-настоящему ценить личность, которая принимает тебя таким, какой ты есть, не обманывает и не предает, не пытается втихую продавить под себя, хотя не стесняется и обзываться, и критиковать, и спорить…

— Бежи — мой друг, — я надеялся, что мой голос не дрожит: как-то я оказался совсем не готов к столь глубокому провалу в самые сокровенные переживания. Надеялся, но всё-таки повторил ещё раз, уже более твёрдо: — Бежи — мой друг. И я его не брошу даже ради спасения собственной жизни. Запомни это раз и навсегда.

Ли склонил голову, и… улыбнулся.

Улыбка у него оказалась невероятно тёплой: как весеннее солнце на Терре, как жёлтые озёра Сириуса, как… да что ж он со мной делает?!

— Прости, Рой. Мне нужно было понять, могу ли я тебе верить, или ты такой же, как все остальные…
— Я хуже, чем все остальные, — оборвал я его. — Но если я говорю, что мне можно поверить — мне можно поверить.
— Я вижу это, Рой, — кивнул Ли, всё ещё слегка улыбаясь. Выпрямился, посерьёзнел. — Что ж, слушай. Я сбежал с Элаурана потому, что…

Пронзительно заголосила сирена.
Я вскочил.
— Бежи!
— Рой, мы на прицеле! Не могу идентифицировать, но он очень мощный, вроде малого крейсера Дзета. Щитам конец на второй залп максимум, — очень сухо, по-деловому проинформировал Бежи.
— Щиты на полную мощность, готовь слияние и постарайся установить связь с драконом! — я вскочил, отшвыривая стул. — Ли, идёшь со мной, в рубке безопаснее. И ради всего, не делай глупостей, иначе…
— Приготовиться к удару! — взвыл Бежи.

Корабль тряхнуло, как детскую погремушку. Не успевший встать Ли вцепился в край койки, я рухнул на пол, больно ушибив локоть.
— Щиты на пятнадцати процентах, я выдержу ещё максимум один залп — больше из ядра не выжать.
— Дай мне карту. Хорошо… не очень хорошо… совсем не хорошо! Но нет вариантов.
— Рой, атака по правому…
— Всю энергию — на щиты правого борта. Сразу после залпа — снять щиты, если останутся, транс-ядро на полную! Ввожу координаты прыжка…
— Будет жёстко, — вздохнул Бежи. — Очень жёстко…

Второго залпа щиты не выдержали.

Продолжение следует

Влад Вегашин

*Летинум — редкий элемент, из него изготавливается летиний, топливо для транс-ядер.

При копировании или перепечатке материалов активная индексируемая ссылка на сайт fitzroymag.com обязательна.

Вам также может понравиться

4.2 10 голосов
Оцените статью
Подписаться
Уведомить о
0 Комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии