Плотность эфира

Фантастическая повесть. Часть IV
Вегашин плотность эфира
Коллаж от Алисы Курганской | Fitzroy Magazine

На Ли страшно было смотреть: его кожа стала безжизненно-серой, глаза лишились тёплого янтарного свечения, а кости лица, казалось, заострились, сделав эльфа похожим на живого мертвеца.
— Рой, пожалуйста…
Казалось, он сейчас заплачет.
— Я ничего не могу сделать, Ли, — я тяжело вздохнул. — Мне это нравится не больше твоего. Полагаю, что стоит мне снять с тебя блокер на его корабле, как я отправлюсь в шлюз. Но что я могу сделать?
— Сними его сейчас. Давай, если я натяну цепь, а ты как можно дальше вытянешь руки, то должен достать кончиками пальцев!

Я оценивающе посмотрел на длину цепи, одним концом продетой в кольцо кандалов на тонких, детских ещё запястьях, а другой — за решётку клетки. Можно попробовать, конечно… шансов мало, но все прочие мои надежды явно не оправдались.

— Благодарим за участие в нашем аукционе, сэр! Ваши рабы будут доставлены в точку передачи в течение часа после проведения оплаты.

При слове “рабы” дракон скривился. И покачал своей поганой красивой головой.
— Человек мне не нужен. Только эльф.
— Сэр, по определённым обстоятельствам они продаются вместе. Или вы покупаете обоих, или не покупаете никого, — боже, храни гартарцев и их верность собственным клятвам!
— Мне не нужен человек, — повторил дракон.
— Человека куплю я, — ожил ещё один экран. — Могу предложить за него… пять тысяч.

Какой знакомый голос. Гойл, старина, неужто ты решил заработать лёгкие деньги? На Мебсуте за меня дадут двадцать тысяч за мертвого или пятьдесят за живого! Вот только я знаю, что тебе нужны не деньги. Тебе нужно то, чего у меня больше нет. А значит… значит, меня ждёт Мебсута? Ну уж нет, лучше в шлюз.

Тем временем аукционист едва не плакал.
— Мне очень жаль, но они продаются только вместе! Кроме того, человеку дано обещание, что он будет отпущен после того, как снимет ошейник с эльфа.
— Мне не нужен человек, — в третий раз сказал дракон.
— А ты отпусти его, — встрял Гойл. — Получи — и отпусти. А я подберу.

Ли начал медленно оседать на пол. Так реалистично, что я на секунду даже поверил: шагнул вперёд, до упора натягивая свою цепь, подставил плечо… увидел закатившиеся глаза.

А, крэнги драные, он действительно потерял сознание!

Упал на колени, ткнулся лицом в решётку, сполз по ней, тонкое тело обвисло на цепи, грубый металл жёстко впился в тощие руки. Я дёрнулся в нелепой попытке выдернуть запястья из плотно сидящих кандалов, но тщетно.

Дракон, Гойл и аукционист спорили, пытаясь выработать удовлетворяющие все стороны условия. Дракон не хотел иметь ничего общего ни с кем из них, ему нужен был только Ли, причём в ошейнике и без меня. Аукционист настаивал на соблюдении данных мне обещаний: нас продают вместе, я снимаю ошейник, меня отпускают. Гойл хотел меня и всё моё имущество, и ещё, раз уж так вышло, хотел за это не платить.

Я стоял напротив бездыханного эльфьего ребёнка, висящего на решётке клетки, безнадёжно дёргал цепь и чувствовал, как на глаза наворачиваются злые слёзы.

А потом погас свет.

Полностью.

Погасли потолочные и боковые лампы, погасли направленные на клетки прожекторы. Мгновением позже погасли экраны и мониторы. Погасло не успевшее даже толком разгореться аварийное освещение. Погасли огоньки систем и диодные указатели работы устройств.

Погасло абсолютно всё.

Ангар погрузился в непроницаемый мрак.

Пару секунд было совершенно тихо.

Потом сгустившуюся до состояния киселя тишину острым ножом вспорол звук. Звонко-глухой, нереальный, почти никем никогда не слышанный звук, похожий на хруст сломанной ветки в зимнем лесу. Через три четверти секунды он повторился. Ещё через три четверти секунды — снова.

Метроном.

Я заорал.

Отчасти — просто так.

Отчасти — от радости.

Ну и просто для того, чтобы посеять панику.

Мой вопль произвёл эффект разорвавшейся бомбы. Кто-то тоже закричал, кто-то куда-то побежал, кто-то с перепугу принялся стрелять. По ангару заметались узкие лучи ручных фонариков — и тут же замелькали алые вспышки малых лазерных пушек.

Гартарцы падали один за другим: кто-то был тяжело ранен, кто-то лишился случайного количества конечностей, но большинство всё же были мертвы.

А не надо, господа, уповать на автоматические пушки, имеющие управление с центрального пульта!

И тем более — не надо лазать в чужие компы, когда вам прямым текстом сказано, что вашим грязным лапам там делать нечего, злорадно думал я, стараясь прижаться к полу настолько, насколько позволяла прикованная к решётке цепь.

Вспышка, звон — и тут же ещё одна вспышка и звон, на этот раз уже в голове, которой я так неудачно приложился о неровный стальной пол клетки. Ох, больно! Зато почти свободен: случайный (или не очень) выстрел перебил цепь, теперь я мог перемещаться внутри клетки.

Я осторожно подполз к Ли, нащупал пульс — слабый и частый. Ничего, главное, что жив, с остальным мы теперь разберёмся.

Наконец, крики стихли, и пальба тоже.
Зажёгся свет.
Я оглядел поле боя.
Несколько лежащих на полу гартарцев ещё дергались, но уже не очень уверенно. Большинство были мертвы.
Я встал и подёргал дверь клетки.
Дверь не поддалась.
— Кхм, — сказал я.
— Ну же, дай мне хоть минутку полюбоваться этим восхитительным зрелищем: гроза Галактики, великий контрабандист, легендарный вор и просто отменная сволочь, Рой Тануки — сидит в клетке, как какой-то хомячок!
— Я тебя тоже очень рад слышать, Бежи, — с чувством сказал я. — Но дверь всё-таки открой.

— Рой, дай мне корабль, — в седьмой раз (да, я считал) — сказал Ли.
Не попросил — потребовал!
Я устало вздохнул.

Мне чертовски повезло, что гартарцы всё же решили не просто проверить мой компьютер, но ещё и на всякий случай скопировать с него весь непонятный зашифрованный массив информации.

Да, они скопировали на сервера базы Бежи. Который благополучно расшифровался, перекодировался, влез в святая святых и перехватил контроль над всем, что имело доступ к серверу. Ну, то есть, вообще над всем. Прелести тотальной компьютеризации и глобальных систем управления, ага.

Нет, реально, мне невероятно повезло, что всё это случилось, что Бежи успел, что…

В общем, глупо было бы ждать ещё бо́льшего везения.

Я только не знал, как объяснить всё это мальчишке.

Впрочем… может, попробовать в качестве исключения сказать правду?
— Мне очень жаль, Ли, но я ничем не могу тебе помочь.
— Не можешь — или не хочешь?
— И то, и другое. Но в первую очередь — не могу.
— Почему?

Я тяжело вздохнул. Этот его наставник… как там его, ланнари — должно быть, имел воистину ангельское терпение.
— Потому, что на этой базе нет ни одного космического корабля. Могу дать багги или геликоптер, могу предложить джип, даже, кажется, несколько гравибайков завалялось. Корабля нет.
— И что ты планируешь делать? — н-да, а я-то надеялся, что новость о невозможности покинуть планету как-нибудь повлияет на его энтузиазм.
— Я связался со своими друзьями, — пожал я плечами.
— У тебя нет друзей, — парировал эльфёныш. Запнулся на мгновение, но с той же уверенностью договорил: — Ты сам так сказал.
— Верно. Хорошо, я связался с деловыми людьми.
— И что?
— И продал им эту базу. К сожалению, очень быстро такие сделки не делаются, уж больно далеко Альгама находится, но дней через пять-шесть к нам прилетят новые хозяева этого милого местечка. Я получу кучу денег и новый корабль. Ты — возможность идти на все четыре стороны.
— Ты не отвезёшь меня на Бетельгейзе?

Да что ж он заладил — Бетельгейзе да Бетельгейзе, “не отвезёшь” да “не отвезёшь”…
— Нет, не отвезу.
— Всё-таки ты мне солгал, — он тяжело вздохнул, опустил взгляд.

Я почувствовал, что сейчас его ударю.

— С чего ты вообще взял, что я собирался тебя туда отвезти? Зачем вообще мне это делать? У меня будет отличный корабль и куча денег, зачем ты мне вообще сдался? От тебя одни проблемы, меня за несколько дней чуть не убили как минимум трижды — это просто антирекорд за всю мою жизнь!

Конечно, здесь я немного преувеличил, но какое это имеет значение?

Меня переполняла злость. Даже не злость — ненависть. Сейчас я больше всего хотел убить эльфёныша, убить эту мерзкую тварь, этого выродка, ходячую бомбу, способную взорвать всю галактику в попытках…

— Рой, ты меня пугаешь, — хрипло сказал Ли, глядя мне в глаза. Впрочем, попыток отойти от меня он не предпринимал.
Хотя ему было некуда: я припёр мальчишку к стене, мои пальцы лежали на хрупком горле, ещё секунда — и сожмутся, сминая мышцы, разрывая сосуды, ломая тонкий позвоночный столб…

Я отскочил, очумело тряся головой. Что со мной творится?!
— Рой, что с тобой? — в голосе эльфёныша не было страха, и это странным образом меня успокоило. Почему-то я был уверен: если бы вдруг понял, что он действительно меня боится — случилось бы что-то непоправимое.
— Не знаю. Но тебе лучше оставить меня в покое, понял? — зло сказал я.
На самом деле, злости во мне не было, только глубинный, первобытный ужас.
— Я бы рад. Но для этого мне нужен корабль.
Да чтоб тебя крэнги драли всю твою несусветно долгую будущую жизнь!
— Будет тебе корабль! А теперь убирайся с глаз моих долой, и не попадайся больше, пока я сам тебя не позову!

Вегашин плотность эфира
Коллаж от Алисы Курганской | Fitzroy Magazine

Я задумчиво смотрел на монитор.

Четыре точки медленно двигались в направлении Альгамы-8.

Одна, сильно вырвавшаяся вперёд, то и дело слегка смещалась, меняя направление. Три другие расположились за ней дугой: две по краям, чуть ближе, центральная — немного дальше. И пёрлись следом, как приклеенные.

Типичная картина: три корабля преследуют один корабль.

Ох и часто же мне приходилось находиться в подобной ситуации… на том корабле, который идёт первым…

— Бежи, кто наши гости?
— Катера класса BD, первый модернизирован по категории “Пи-2”, в прошлый раз я предположил, что у него ещё полицейская система преследования.
— Дракон, что ли?
— Он самый.
— А кто его преследует?
— Малые катера класса XS, модификацию не вижу, шустрые птички. Коды идентификации — та часть, что я могу подсмотреть — схожие с кодом драконьего катера. Рой, я могу попробовать их подстрелить, но честно скажу: система ПКО (Противокосмическая Оборона) у местных спутников — отвратительная, вряд ли что-нибудь получится.
— А что мы теряем?
— Выдадим наше присутствие.
— Судя по тому, как целеустремлённо эта компания к нам тащится, наше присутствие здесь для них не секрет, — пожал я плечами. — Так что жахни, как удобно будет.
— С кого начать?
— Если кто-то от кого-то драпает, то мы палим по преследователям, а не по тому, кто драпает, логично?

— Угу. Я и спрашиваю, с кого из тройки начать.
— Да мне без разницы, сам смотри.
— Начинаю прицеливание… О, с нами пытаются связаться.
— На экран.

Он был похож на дракона, как родной брат. В одной генетической лаборатории им человеческие тела шьют, что ли? Только этот, судя по оттенку волос и глаз, был синий, а не зелёный.

— Вы вторглись на мою территорию, — холодно сказал я. — Назовите себя и причину нарушения границ, в противном случае я буду вынужден уничтожить вас.
— Кто мы — ты знаешь. Уничтожить нас тебе не по силам, — равнодушно ответил синий. — Рой Тануки, ты хочешь жить?
— На этот вопрос сложно ответить неоднозначно, — протянул я, краем глаза косясь на монитор, где быстро — но недостаточно быстро! — бежала зелёная полоска с надписью “захват цели: семьдесят восемь процентов… семьдесят девять процентов… восемьдесят процентов”.
— Если хочешь жить: отдай нам эльфа и не мешай разобраться с преступником, который сейчас приближается к Альгаме-8. Он вообще не твоя забота, и будет уничтожен в ближайшие минуты. Эльфа свяжи и оставь за стенами своей базы. Мы заберём его, ты больше никогда его не увидишь. И не возвращайся в Семимирье.
— Хм, — протянул я. — Дайте-ка подумать…

Девяносто семь процентов. Девяносто восемь процентов.

— Думай быстрее, Рой Тануки. Или я…
— Да наплевать, — сказал я. — Конец связи. Бежи, огонь!

Передо мной замерцала трёхмерная карта космического пространства возле Альгамы. Бледно-оранжевый шарик — боевой спутник системы ПКО — ярко засветился, став похожим на спелый арктурианский апельсин, из него вышла пунктирная линия и метнулась к одному из кораблей-преследователей.

— Входящий вызов, — уведомил меня Бежи.
— На экран.

На породистой морде зелёного дракона изрядно поубавилось невозмутимости с момента наших прошлых переговоров. Когда же это было… дней пять-семь назад? А кажется, будто бы прошла вечность.

— Он цел? — спросил дракон вместо приветствия.
Я поперхнулся заготовленной патетической фразой в духе “ну и кто кому сейчас куда ионку всадит”, и почему-то молча кивнул.
— Слава великому Древу, — выдохнул дракон, и внезапно перестал быть таким невероятно крутым и мощным. Если бы не странный блеск волос — я бы принял его за человека. — Прошу разрешения на проход мимо систем ПКО и на посадку. Я не враг ни вам, ни юноше, он просто этого не знает.
— Тебе не кажется, что стоило запросить разрешения до того, как я начал стрелять? — поинтересовался я, краем глаза наблюдая за повторным прицеливанием: в первый раз синий гад в последнюю секунду увернулся от вереницы ракет класса “космос — космос”.
— Нет времени, Рой Тануки, — мне показалось, что я услышал скрип его зубов. — Ты даёшь разрешение на посадку или нет?

Ох, пожалею я об этом… но сейчас нам не помешает лишний союзник, а враг моего врага, как говорится…

— Даю. Садись поближе к базе и выходи без оружия. Учти, если мне покажется, что ты собираешься причинить мне вред…
— Я понял. Не собираюсь. Спасибо. Конец связи.

Я опять посмотрел на карту.
— Бежи, тебе надо больше играть в виртуальные стрелялки — целишься ты из рук вон плохо.

Ответ моего друга я, пожалуй, приводить не буду: цензурными в нём были только союзы и предлоги, и то, насчёт некоторых я не вполне уверен.

— Рой, надо немедленно уходить!
Ли, как всегда, ворвался в пультовую не то, что без разрешения — он даже постучать не удосужился. И почему Бежи ему потакает? Что мешало искину просто не открыть мальчишке дверь?

Стоп. Что?

— Нет ни минуты, надо бежать, скорее!
Эльфёныша трясло, его без того огромные глаза превратились в два жёлтых провала на мертвенно-бледном лице.
— Ли, успокойся. Что случилось?
— Я не могу объяснить… но нам надо бежать! Пожалуйста, прошу тебя, умоляю!

Он шагнул ко мне — и рухнул на колени, схватил меня за руки, заглянул в лицо снизу вверх.

Честно говоря, я растерялся.

Оглядываясь назад, я задаюсь только одним вопросом: как так вышло, что интуиция искусственного интеллекта, пусть и самообучающейся, но всё-таки программы, оказалась настолько сильнее моей? Быть может, недавняя победа меня так расслабила? Как бы то ни было, в том, что мы выжили в тот день на Альгаме-8, заслуга, в первую очередь, Ли, во вторую — Бежи… мне на этой доске почёта места не нашлось.

— Рой, я сбил одного. Двух других, казалось, зацепил, но нет — они войдут в атмосферу через несколько минут, — примерно таким же спокойным тоном мой друг информировал меня о том, что нам осталось жить десять секунд. Правда, тогда мы выкрутились… а сейчас? — Я уже запустил копирование. Начать эвакуацию базы?

Я посмотрел на эльфа. Мог он взломать системы Бежи и подчинить его себе? Исключено. Значит, искин почему-то согласен с эльфёнком. Что ж… пожалуй, это не тот случай, когда я буду спорить.
— Начинай, — сирены взвыли раньше, чем я договорил. — Сколько у нас времени, и сколько ты будешь копироваться?
— Уже скопировался. Времени нет. Бегите.

Ли стоял у двери и умоляюще смотрел на меня.

Выла сирена.

“Всем немедленно покинуть базу и отойти на максимально возможное расстояние. Это не учебная тревога! Всем немедленно покинуть базу…”

Я бросил ещё один взгляд на карту: корабль условно “нашего” дракона сел неподалёку от нас, его преследователи подходили к линии Кармана — на Альгаме-8 она проходит на высоте около ста двадцати километров. Посмотрел на свой компьютер, который так и оставался подключенным к центральному серверу в пультовой.

Бежи, если ты мне солгал — надеюсь, ты всё своё цифровое посмертие будешь решать задачки студентам первого курса.

Решительно выдернув шнур питания, я схватил компьютер и бросился к двери.

Кажется, в прошлый раз мне пришлось так бегать, когда я пытался вытащить себя, Ли и Бежи подальше от готового взорваться транс-ядра. И было это всего несколько дней назад… ужас, я не для того подался в контрабандисты, чтобы терпеть столько физических нагрузок!

Правда, в отличие от прошлого раза, сейчас Ли тащил меня, а не я его.
— Быстрее, Рой, быстрее! — хрипел эльф. Я тоже хрипел, и пытался “быстрее”.

От края тёмного ночного неба стремительно неслись два ослепительно-ярких росчерка — преследователи вошли в атмосферу по эллиптической орбите. Ещё несколько минут — и они будут здесь.

Мне казалось, что мои плечи сейчас просто оторвутся от тела. Рядом бежал кто-то ещё — кажется, освобождённая одновременно с нами шедарианка, чей новый хозяин, к своему счастью, не успел оплатить покупку. Шедарианка бросила быстрый взгляд на нас, на мгновение притормозила — и ускорилась: видимо, не нашла для себя достаточной выгоды в попытке помощи нам. Кто б сомневался…

До корабля дракона оставалось метров восемьсот… кажется, он медленно двигался к нам на одном проценте мощности маневровых. Позади меня кто-то тоненько завизжал, я автоматически обернулся — девчонка-шаулитка с ужасом тыкала пальцем в небо, её брата нигде не было видно. Я поднял взгляд.

Высоко над нами широко раскинули крылья гасившие скорость драконы, синий и тёмно-алый.

Гораздо ближе к нам набирали скорость два малых катера категории XS. Я мысленно начертил продолжение их траектории и понял, что Ли с его истерикой действительно пытался спасти мне жизнь… но опоздал минут на пятнадцать.

— Рой, быстрее, — голос мальчишки оказался внезапно спокойным и даже холодным. — Если мы не успеем добраться до катера, нам конец.

Можно подумать, катер нас защитит, думал я, на бегу вспоминая характеристики иксэсов. Маленькие, юркие, очень быстрые машины с гипердвигателями четвёртого поколения, транс-ядра категории… категории…

Нет, катер нас не защитит. Два рванувших одновременно транс-ядра разнесут к крэнговой матери всё вокруг в радиусе двух с половиной километров минимум.

Хотелось остановиться. Сесть на жёсткие, равнодушные камни. Прижать ладони к ещё теплому боку компьютера. Отвернуться от обречённой базы, обречённых людей и не совсем людей, зачем-то куда-то бегущих. Посмотреть на горизонт, свободный от падающих катеров с готовыми взорваться транс-ядрами и парящих драконов. Закрыть глаза, вспомнить что-нибудь хорошее из своей жизни.

Но я продолжал бежать, потому что тонкие, но неожиданно сильные пальцы Ли вцепились мне в плечо так, что если бы меня не должно было размазать ровным слоем через пару минут — могли остаться синяки.

Внезапно эльф остановился.

Я упал на колени, хрипя и пытаясь схватить ртом воздух.

Ли что-то кричал, но я не слышал его — я пытался снова научиться дышать, не понимая, зачем я это делаю: иксэсы падали на покинутую базу, и моё бедное сердце заполошным стуком отсчитывало последние секунды нашего бытия.

Сквозь застилающий всё грохот крови в ушах я уловил обрывки обращённых ко мне слов:
— ..ой! Сни… кер! Се…щит …му!

Я смотрел на искажённое яростью — не страхом! — лицо Ли и думал о том, что совсем не так я представлял себе последние секунды жизни.

В зоне видимости появился дракон. Он сгрёб одной рукой меня за воротник, легко поднял, встряхнул, что-то сказал — я не понял ни слова.

Тонкие пальцы эльфа обхватили запястье дракона — и дракон подчинился: выпустил меня, отступил на шаг, склонил голову, пряча в тени встревоженное лицо.

Ли шагнул вперёд. Закрыл глаза, запрокинул голову, глубоко вдохнул.

Я отвернулся — не хотел видеть, как он умирает.

И в этот момент брошенные катера упали на базу.

Последнее, о чём я успел подумать, прежде чем вспышка от взрыва двух транс-ядер ослепила меня — наверное, из космоса это смотрится даже красиво.

Продолжение следует

Влад Вегашин

Понравилась статья?
Поделитесь с друзьями.

Share on facebook
Share on twitter
Share on vk
Share on odnoklassniki
Share on telegram
Share on whatsapp
Share on skype

При копировании или перепечатке материалов активная индексируемая ссылка на сайт fitzroymag.com обязательна.

Вам также может понравиться

5 4 голосов
Оцените статью
Подписаться
Уведомить о
0 Комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии