Три хрониста и один чародей

Фотовыставки о русской истории XX века
Наум Грановский. Голуби на Красной площади. К Ленину. 1950-е гг. | Центр фотографии им. братьев Люмьер

Москва грозится вползти в новый карантинный режим. Пока это долгожданное событие не накрыло нас всех с головой, есть время забежать в галерею и хоть как-то насладиться культурной жизнью столицы.

Рекомендации выставок часто повторяют канцелярский пресс-релиз. Я решила, что это не дело — и для полноты впечатлений посетила все проекты собственной персоной.

1. Москва Наума Грановского 1920–1980

Где: Центр фотографии им. братьев Люмьер (Болотная наб., 3)
Когда: до 31 октября

Вид на высотное здание гостиницы "Украина". 1960-е гг. | Центр фотографии им. братьев Люмьер

Первое, очевидное, программное впечатление — ну вот он, московский большой стиль. Конструктивизм, сталинские проспекты, глобальные стройки шестидесятых. Абсолютно самодостаточная перспектива, которой будто никто не нужен.

Второе впечатление — эта перспектива вовсе не далёкая и холодная.

Несмотря на то, что самые ранние работы датируются концом НЭПа, а самые поздние — преддверием Перестройки, Грановский действительно снимает один и тот же город. Даже древнейшие кадры, сделанные ещё до рождения моей бабушки, выглядят узнаваемо. Ходишь и смотришь — вот она, Мясницкая с бакалейными вывесками. Будто совсем не изменилась, разве что добавили сверкающих лампочек и машин. Вот он, Казанский вокзал с грузовыми такси и трамвайчиками. Родные хрущёвки выглядят белыми, свежими, собранными из лего, они словно пахнут сырым цементом. А вот брежневские футуристичные НИИ а-ля Стругацкие, о которых внуки советских инженеров слышали столько анекдотов.

Идти по выставке молча совершенно невозможно. Более того, это просто кощунственно. Все приличные люди останавливаются у нужной фотографии и рассказывают свою московскую историю. Возьмите родственника постарше, позовите с собой подрастающее поколение — и в путь.

Вид на Большой Каменный мост. Конец 1930-х гг. | Центр фотографии им. братьев Люмьер
Вид на Большой Каменный мост. Конец 1930-х гг. | Центр фотографии им. братьев Люмьер
Химки-Ховрино. 1960-е гг.| Центр фотографии им. братьев Люмьер
Химки-Ховрино. 1960-е гг.| Центр фотографии им. братьев Люмьер

2. Сергей Чиликов. Ретроспектива 1953–2020

Где: Мультимедиа-арт-музей (Остоженка, 16)
Когда: до 22 ноября

Если русский человек живёт в Йошкар-Оле, он способен на многое. Например, писать книжки про онтологию субъективности и основать творческую фотогруппу в период позднего Застоя.

Скажу сразу — работы Чиликова в первую очередь для тех, кто ценит, так сказать, натуралистичный, народный реализм. Моменты неогламуренного быта, показанные с предельно простого и при этом предельно интеллектуального ракурса. Чего стоят одни названия некоторых серий: “Фотопровокации”, “Деревенский Гламур”, “Пляж”. Понятные характеры, неприкрытые, односложные желания, до боли знакомые ландшафты и интерьеры. Впечатление от просмотра при этом совсем не мрачное — люди как люди, нормальные по шкале от горя до счастья.

В общем, Чиликов показывает те самые зарисовки отечественной жизни, которые Сергей Шнуров пакует в шоу, Венедикт Ерофеев — в мистический трип, а молодёжная культура — в мемы на злобу дня.

Сам проект запустили в память о художнике — он ушёл в страну вечной охоты в июне 2020 года.

Сергей Чиликов. Алатырь, 1992. Собрание МАММ
Сергей Чиликов. Шереганово, 1992. Собрание МАММ

3. Игорь Мухин. Наши 1990-е. Время перемен

Где: Мультимедиа-арт-музей (Остоженка, 16)
Когда: до 22 ноября

Для тех, кто вне галерейно-творческого танка, организаторы сообщают: Игорь Мухин — влиятельный, титулованный, признанный, руководитель мастерской фотографии в Школе Родченко и прочая и прочая. На разных зрителей это действует по-разному: кто-то проникается благоговением, у кого-то перечисление регалий вызывает внутренний протест. По-хорошему же от этого надо абстрагироваться и молча смотреть на работу мастера. Она того заслуживает.

Игорь Мухин и впрямь ловит те самые девяностые с их странной, сумбурной, очень эклектичной атмосферой. В них смешалась приземлённая улица с ларьками и рекламными плакатами и высокий, в том смысле романтический стиль политдемонстраций, над этой улицей парящий. Везде — нарастание каких-то новых форм жизни на руинах советской повседневности.

Самые сильные кадры — это фотографии молодёжи. На политических митингах в прикуску с тогда ещё бодрым Лимоновым, на стройках, на рынках, целующихся на фоне помоек и подъездов. Какие яркие, какие живые, какие подвижные молодые люди, как беспечны их лица на фоне стариков.

Пресс-релиз говорит, что Игорь Мухин — “не хроникёр в буквальном смысле слова”. Не верьте. Сложно представить себе более точную и цепкую хронику эпохи.

Игорь Мухин. Москва, 1996. Авторизованный серебряно-желатиновый отпечаток. Собрание МАММ
Игорь Мухин. Москва, 1996. Авторизованный серебряно-желатиновый отпечаток. Собрание МАММ
Игорь Мухин. Москва, 1995. Авторизованный серебряно-желатиновый отпечаток. Собрание МАММ
Игорь Мухин. Москва, 1995. Авторизованный серебряно-желатиновый отпечаток. Собрание МАММ

4. Алексей Титаренко. Город теней

Где: Мультимедиа-арт-музей (Остоженка, 16)
Когда: до 18 октября

Когда в описании чьего-то творчества читаешь слова “уникальный и самобытный”, рука сама тянется к пистолету. Так вот, работы Алексея Титаренко действительно таковы, к ним сложно подобрать другие эпитеты.

Метод художника — широкоформатный аналоговый фотоаппарат и длительная экспозиция, благодаря чему мельчайшие движения видны, как в замедленной съёмке. Камера консервирует время, место и пляску духов, которых не увидеть без помощи опытного чародея. Каждый кадр отдельно прорабатывается мастером в лаборатории вручную. В общем, не посмотрите — не поймёте.

Петербург — город не только Гоголя и Достоевского, он вполне может быть городом Байрона, Эдгара По и Говарда Филлипса Лавкрафта. Там живёт готика высокого стиля, она заслуживает своего поэта.

Помимо Санкт-Петербурга на стенах представлены серии о Нью-Йорке, Гаване и Венеции. На мой скромный взгляд — Север у автора выходит лучше Юга. Сумрачные американские небоскрёбы над холодным океаном, по которым скользят всё те же тени, идеально вписались в художественный стиль.

На выставку надо бежать как можно скорее: официально она заявлена до 18 октября, а о продлении пока молчат.

Алексей Титаренко. Станция метро "Василеостровская". Из серии "Город теней". Санкт-Петербург, 1991–1992
Алексей Титаренко. Угол Кузнечного переулка и Коломенской улицы. Из серии "Застывшее время". Санкт-Петербург, 1995

Елизавета Семирханова

При копировании или перепечатке материалов активная индексируемая ссылка на сайт fitzroymag.com обязательна.

5 3 оценок
Оцените статью
Подписаться
Уведомление о
0 Комментариев
Inline Feedbacks
View all comments

Вам также может понравиться