Фильм “На острие” глазами кинокритика

Уноси готовенького
Кадр из фильма "На острие"

Похоже, российское кино всё же открыло для себя успешный референс помимо Великой Отечественной войны. Это — особо крутые эпизоды спортивных состязаний с участием наших.

Самый впечатляющий материал — внезапный выигрыш у сборной США по баскетболу на последних секундах встречи, предельно драматическая биография Валерия Харламова — уже отработаны в лентах “Движение вверх” и “Легенда № 17”. В этот раз основой для фильма “На острие” (режиссер — Эдуард Бордуков) стали всякие валидольные события, случившиеся с женской сборной России по фехтованию и вокруг неё в 2016 году, на Олимпиаде в Бразилии. Не стану спойлерить, чтобы не портить удовольствие от просмотра неискушённым людям вроде меня, которые предельно далеки от таких материй и вообще впервые услышали о них минуту назад, когда начали читать этот материал. И оттого не знают, что там вообще происходило, зачем оно всё, а главное, чем закончилось.

Замечу только, что олимпийские события — совсем не основное, что происходит в этом кино. Это, так сказать, лишь закономерный итог происходящего, ради которого спортсмены энергично жрут и подставляют друг друга. Главное в фильме, основной мотив и фабула — это столкновение двух сильных женских характеров, лидерши сборной Александры Покровской в традиционно неплохом исполнении Светланы Ходченковой и юного молодого дарования с саблей в руках — ершистого, голодного и бескомпромиссного, в исполнении Стаси Милославской (отличное актёрское имя, согласен — сразу понятно, какая у Жоржа Милославского могла быть жена). Той молодой шпаны, которая пришла на смену папикам — или, если угодно, мамикам, — чтобы стереть их с лица земли. Шпаны жадной, дерзкой, наглой, но бесконечно милой; этакой неопытной, но родной дочуры того возраста, когда молодёжь как раз начинает всерьёз полагать, будто их поколение впервые в мировой истории придумало секс. Нынешние чемпионы сами были такими четверть века назад, безжалостно сбрасывая с парохода истории мировых авторитетов тех времён.

Кадр из фильма "На острие"

Только авторитеты не очень желают с парохода. У них у самих ещё есть недозавоёванное олимпийское золото. Им самим хочется вкусного и на ручки. Ну, правда, сарказмируют они более ядовито, остроумно и метко, соответственно жизненному опыту. Да рыдают периодически в диванную подушку, понимая, что жизнь уже прошла и трава более не лечит, — в отличие от молодой шпаны, у которой ещё вся жизнь впереди. Та, правда, пролетает молниеносно, но шпана про это совсем не думает, ей некогда.

Первую половину фильма кажется, что именно этому он и посвящён — женскому сволочизму в спорте, когда на тренировке опытные матроны могут выскочку и покалечить ненароком. Выскочка же готова при первом же опрометчивом шаге ненавистной матроны с наслаждением опрокинуть её с пьедестала. В общем, полный аналог интриг в актёрской среде. Уверен, что у мужиков в индивидуальных видах спорта вроде биатлона точно такой же индивидуализм и сволочизм, просто в данном случае речь про женщин.

Однако понемногу создатели фильма приводят нас к мысли, что настоящий человек всегда способен победить собственное эго, когда речь идет о судьбах страны. Под конец первоначальные смертельные враги уже одна благороднее другой и даже изящно поддаются в спарринге, чтобы подруга выиграла. И лишь строгая отповедь более опытной спортсменки заставляет фехтовальщиц держать себя в руках: дерись, сволочь, сдавать бой я тебя не учила!

Удивительно, как в таких условиях создатели прошли мимо лежащей на поверхности лесбийской темы а-ля “Чёрный лебедь”. Возможно, так случилось потому, что фильм основан на реальной истории (государственное финансирование, как мы уже знаем, от гомосексуальных экспериментов на экране не гарантирует), и реальные прототипы могут несколько оскорбиться. Западных кинематографистов, впрочем, это всё равно не остановило бы. В итоге у диких русских получился сюжет про крепкую женскую дружбу и попытку остаться человеком в самых неподходящих для этого условиях, в то время как порядочные люди продемонстрировали бы на этом материале триумф ЛГБТ. Но нет в мире совершенства.

В показе сцен тренировок и состязаний фильм довольно точен, насколько я могу судить с точки зрения полного профана в теме. Во всяком случае, от упоминаний в финальных титрах всяких консультантов рябит в глазах, а сценарий вообще писали шесть человек. Надеюсь, с точки зрения фактологии там полный порядок.

Скажем, психологию тренера фехтовальщиц Сергей Пускепалис отразил ярко и вполне правдоподобно. Это главный отрицательный персонаж фильма, всячески препятствующий героиням проявить свои лучшие человеческие качества. Но как ни крути, а в своей абсолютной стервозности он абсолютно прав, и это приходится признать. На самом деле он не плохой и не хороший, а предельно рациональный. Если делать претенденткам на чемпионство всякие послабления, если постоянно не доставать их и не раззадоривать, если с пониманием подходить к их слабостям и попыткам быть хорошими для других — чемпионками они никогда не станут. Потому что “хороший человек” — это не профессия, и уж тем более не спортивный титул.

Кадр из фильма "На острие"

В фильме озвучена также очевидная вещь: чемпионы никогда не любят своего тренера. Собственно, про это уже всё сказано выше. Если спортсмен станет любить тренера, высот он вряд ли достигнет. Потому что “любимый тренер” — тоже не профессия. Спортсмену непременно нужно постоянное шило в заднице, чтобы рваться вперед, хотя бы даже из чувства мести, и не обращать внимания на мелкие неприятности.

А вот муж великой спортсменки Александры Покровской, успешный классический музыкант, не вылезающий из гастролей за рубежом, вышел бледновато. Точнее, в фильме он настолько не нужен, его линия в сценарии настолько не прописана и неинтересна, что несчастному Алексею Барабашу просто нечего толком играть. Его единственная важная функция в фильме — заставить суровых мужиков в спортбаре переключить с футбола на женское фехтование (к чести мужиков, они сначала встречают предложение в штыки, но потом, узнав, что жена незнакомца сейчас рубится на Олимпиаде за нашу и вашу свободу, от безысходности начинают активно за неё болеть). Ну, и ещё он немного поддерживает героиню в трудную минуту; но это выглядит уже так вяло и необязательно, что если изъять Барабаша из фильма “На острие”, то не произойдёт ровно ничего плохого. Я бы даже сказал, не произойдёт ничего вообще.

Примерно так же обстоят дела и с избранником Киры Егоровой. Он настоятельно нужен для драматизма только в начале их знакомства, когда молодая шпана чувствует в ночном клубе нестерпимый позыв юной плоти и немедленно и бурно удовлетворяет его с незнакомцем, героем Кирилла Дегтяря. Пожалуй, этой милой констатацией факта и стоило ограничиться. Но Дегтярь играет несколько ролей в одном образе: он также спортивный тележурналист, поэтому не просто предостерегает Киру от продолжения карьеры после травмы как любящий человек, но ещё и едет вместе с ней в Бразилию. В общем, учебник сценарного мастерства учит не плодить персонажей сверх необходимого, а важные функции распределять среди уже имеющихся. Сценаристы фильма порой следуют умному учебнику слишком буквально.

Учебник-то, кстати, западный. С одной стороны, это прискорбно для бывшей могучей кинематографической нации, с другой — характеризуется известным мусульманским афоризмом “иншалла”, что некоторые отечественные создатели мемов переводят как “Щито поделать”. Драма в фильме “На острие”, безусловно, западная. Но тут уже иншалла — едва ли можно ожидать, что русские спортсменки станут выступать в кокошниках, распевая “Катюшу”. То есть этого можно было бы ожидать, если бы лента была западная: для многих за рубежом до сих пор изумительно, что Россия — нормальная европейская страна, а не сказочное варварское государство антиподов. Но вот в российском фильме — едва ли.

А какой вообще должна быть русская драма в современном глобализированном мире? Напоминать “Анну Каренину” или “Братьев Карамазовых”? Всё, поезд ушёл, различия между национальными драмами уже давно подстёрлись. Сейчас уже не пройдут лютые стереотипы вроде Фу Манчу или невежественные заблуждения вроде тех, которые были распространены в Европе ещё пару веков назад — к примеру, о том, что у японок всё, дескать, расположено поперёк. Кинематографическая драма строится на общих принципах — общих и для Штатов, и для Южной Кореи, и для России. И возмущаться этим глупо.

Но перед просмотром лучше всё же иметь в виду, что все эти клише уже многократно опробованы и повторены для закрепления материала в многочисленных спортивных драмах США и Европы. Что тут мы, к сожалению, далеко не первые.

А фильм “На острие” ещё и далеко не первый среди отечественных спортивных драм. Увы.

Автор рецензии на фильм “На острие” — Василий Мидянин

При копировании или перепечатке материалов активная индексируемая ссылка на сайт fitzroymag.com обязательна.

5 3 голосов
Оцените статью
Подписаться
Уведомить о
0 Комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии