Творец волшебных миров: к 80-летию Хаяо Миядзаки

Жизнь и аниме великого японского режиссёра
Хаяо Миядзаки
Yuya Shino | Reuters

Ранним воскресным утром 7 декабря 1941 года 353 японских самолёта, поднявшиеся с палуб 6 авианосцев, атаковали американский флот в бухте Пёрл-Харбор на Гавайских островах. За 11 месяцев до этого, 5 января 1941 года, в городке Акебоно-тё — сейчас один из районов Большого Токио — в семье уважаемого японского бизнесмена Кацудзи Миядзаки родился сын Хаяо. Связь между этими двумя событиями самая непосредственная: фабрика Миядзаки-старшего, Miyazaki Airplane, производила рули направления для истребителей Мицубиси A6M2 Zero, участвовавших в нападении на Пёрл-Харбор.

Япония войну проиграла, фабрика была уничтожена американскими бомбами, но самолёты — и другие летательные аппараты — навсегда покорили воображение юного Хаяо. Ещё в школе он, как и многие его сверстники, увлёкся мангой — оригинальными японскими комиксами (само слово “манга”, придуманное великим Хокусаем, означает “гротески”, “странные картинки”) и решил стать художником, но… Но внезапно обнаружил, что изображения людей ему никак не даются. Зато самолёты, танки, огромные военные корабли — всё это выходило у него замечательно. Хаяо мучился сомнениями: есть ли у него талант? действительно ли манга — его призвание? Родители (особенно строгая, властная мать) настаивали на том, чтобы юноша выбрал себе более респектабельную стезю. Он послушался: поступил в университет, получил диплом магистра политических и экономических наук… а потом устроился на работу в анимационную студию “Тоэй Дога” — фазовщиком. Фазовщик в анимации — по сути, чернорабочий, задача которого — рисовать фазы действий персонажей между рисунками. Но двадцатидвухлетний Миядзаки был счастлив — он получил работу своей мечты.

Тут нужно сделать короткий экскурс в историю японской анимации. Первые мультфильмы появились в Японии в 1917 году, но ещё несколько десятилетий анимация ютилась на периферии культурного процесса: милитаризированной Империи, стремящейся к господству в Азии, “детские развлечения” были ни к чему. В 1942 году, когда Япония уже вовсю воевала с США и Британией, в Токио состоялся закрытый — для избранных чиновников и кинематографистов — показ двух трофейных американских картин, одной из которых была диснеевская “Белоснежка и семь гномов”. Цветная полнометражная мультипликационная лента настолько поразила собравшихся, что они пришли к печальному выводу: американское киноискусство, и, в частности, анимация, далеко и навсегда обогнало японское…

Самолёты Mitsubisi A6M2 Zero

A6M2 «Зеро» модель 21 на палубе авианосца «Сёкаку» готовятся к нападению на Пёрл-Харбор

Тем не менее японцы не были бы японцами, если бы не попытались перенять достижения “западных варваров” — а потом и превзойти их. Студия “Тоэй Дога”, на которую устроился Хаяо Миядзаки, была первой в стране настоящей анимационной студией нового американского типа. Дебютировала студия, правда, чёрно-белым и ещё короткометражным мультиком “Котячьи царапки” — зато в 1958 году выпустила уже полнометражный и цветной фильм продолжительностью 78 минут — “Легенда о Белой Змее”. Именно этот фильм посмотрел в кино со своими друзьями по колледжу семнадцатилетний Хаяо Миядзаки — и именно после “Легенды о Белой Змее” он на всю жизнь полюбил анимацию…

Сейчас, когда Великому мастеру уже 80 лет, и за его плечами — десяток шедевров — легко может показаться, что у него всё выходило просто и естественно, как и у любого уважающего себя гения. На самом деле ничего подобного — история успеха Хаяо Миядзаки — это в первую очередь история человека, сражавшегося с обстоятельствами и побеждавшего не благодаря, а вопреки им.

Миядзаки никогда не скрывал своих симпатий к левым (в студенческие годы даже увлекался марксизмом). Проработав несколько лет на студии “Тоэй Дога”, он активно включается в работу местного профсоюза и даже становится его председателем. Ещё один профсоюзный активист — режиссёр Исао Такахата — предложил Хаяо совместную работу над лентой “Приключения Хольса, Храброго Солнечного Принца”. Миядзаки, всё ещё побаивавшийся рисовать людей, после некоторых раздумий согласился — и пошёл к Такахате главным художником.

Работа над “Хольсом” продолжалась три года, и в 1968 году фильм вышел на экраны. Но к этому моменту профсоюз “Тоэй Дога” вошёл в конфликт с руководством компании, и боссы студии, придравшись к тому, что за первые десять дней сборы фильма оказались ниже запланированных, сняли его с проката — а Такахату разжаловали из режиссёров в помощники.

А “Приключения Хольса” неожиданно — а может, и закономерно — стали очень популярны среди японских студентов. Была эпоха Парижской весны, баррикад в Сорбонне и массовых молодёжных выступлений по всему миру. Аниме, в котором рассказывалось о борьбе юного героя с силами зла, принималось бунтующей молодежью “на ура”. Сейчас “Приключения Хольса” считаются первым фильмом так называемого “канона Миядзаки”.

Миядзаки приложил руку к созданию ещё двух аниме, получивших большую популярность… в Советском Союзе. Речь идёт о ленте “Кот в сапогах” (реж. Кимио Ябуки) и о легендарном “Летающем корабле-призраке” режиссера Икэды Хироси. На “Корабль-призрак”, где с подводной цитадели чудовища Боа бдительной цензурой были сняты красные пятиконечные звёзды, а огромный разрушитель Токио Голем переименован в Гиг-робота, советские мальчишки бегали в кинотеатры по десять раз. Знал ли об этом Миядзаки? Вряд ли — хотя советская анимация всегда ему нравилась… 

Кадры из мультфильмов «Кот в сапогах» и «Летающий корабль-призрак»

Но и в “Корабле”, и в “Коте в сапогах” Миядзаки был рядовым художником-аниматором, а ему хотелось расти и делать самостоятельные проекты. И, когда в 1971 году, убедившись, что в “Тоэй” карьеры ему не сделать, ушёл из студии его друг Такахата — Хаяо последовал за ним.

С 1971 по 1985 год в жизни Миядзаки наступает период исканий — он (вместе с Такахатой) работает на различные студии, делает несколько фильмов, один из которых — “Люпен III: Замок Калиостро”, его режиссёрский дебют — становится, по версии влиятельного профильного журнала “Анимейдж”, “лучшим фильмом в истории аниме”. А параллельно занимается тем, о чём мечтал ещё в колледже — рисует собственные манги.

Но если в колледже Хаяо действительно об этом мечтал — то сейчас делает это почти вынужденно. После успеха “Замка Калиостро” редакция “Анимейдж” (входившего в издательский холдинг Tokuma Shoten) предложила ему работу — и Миядзаки с энтузиазмом развернул перед новыми боссами свои альбомы с эскизами и скетчами для задуманных им анимационных фильмов. И… получил вежливый (дело всё же происходило в Японии!) — но недвусмысленный отказ. Причина была проста: Миядзаки предлагал оригинальные идеи, а корпорация Tokuma Shoten боялась вкладывать деньги в создание фильмов, не основанных на уже опубликованных и потому популярных комиксах-мангах.

В общем, с налёту взять эту крепость у Хаяо не вышло — зато он познакомился с редактором Animage Тосио Судзуки, который впоследствии станет его близким другом и соратником уже в студии “Гибли”. А также начал писать мангу “Навсикая из Долины Ветров”, которую Animage будет публиковать на протяжении двенадцати лет (последняя глава вышла в 1994 году). Нарисованная карандашом, в далёком от японской традиции стиле французского комикса, манга очень быстро стала популярной — и читатели начали заваливать редакцию Animage письмами с вопросами, а будет ли экранизация “Навсикаи”. Тут уже сам хозяин корпорации Tokuma Shoten Ясуоши Токума обратился к Миядзаки с предложением снять по манге полнометражный аниме-фильм. Хаяо, поломавшись для приличия, согласился — при условии, что он будет режиссёром и что ему дадут набрать собственную команду. Не удивительно, что первым, кому Миядзаки предложил присоединиться к проекту, стал его друг и соратник Исао Такахата.

Основная проблема заключалась в том, что Миядзаки тогда и сам ещё не знал, чем закончится история — к моменту выхода аниме было опубликовано всего 16 глав манги. Поэтому приключения принцессы маленького, но гордого народа Долины ветров в постапокалиптическом мире, пережившем тысячу лет назад глобальную (возможно, ядерную) войну хотя и смотрятся чрезвычайно увлекательно, но по сравнению с оригинальным, глубоким и полным скрытых смыслов графическим романом выглядят простовато. Сам Миядзаки был не очень высокого мнения об этой картине — особенно из-за “слепленной на коленке” концовки, которую он считал откровенно неудачной.

Но… но публика-то так не считала! Успех “Навсикаи” был феноменальным — фэны занимали очередь за билетами с ночи, кинотеатры запускали дополнительные сеансы… И главное — происходило это в то время, когда аниме в Японии переживало настоящий бум, вырвавшись из тесного гетто “мультиков для детей” на огромный рынок кино для подростков.

Навсикая из долины ветров

Сверху: Кадр из «Навсихая из Долины Ветров»
Хаяо Миядзаки и Исао Такахата (Фото из открытых источников)

Начало этому процессу положил сериал “Мобильный воин ГАНДАМ”, впервые появившийся в 1979 году и демонстрировавшийся по телевидению. Под влиянием популярности этого сериала из существовавшей в Японии сети клубов любителей научной фантастики стали выделяться специализированные клубы подростков — фэнов научно-фантастического аниме. Это явление получило название аниме-отаку (“отаку” — японское название фанатов).

“Значение этого события трудно переоценить, — пишет в книге “Введение в японскую анимацию” киновед Б. А. Иванов. — Подростки, родившиеся в 1960-х, всю свою жизнь смотрели аниме по телевизору и в кино. Оно формировало их мышление, предоставляло им мировоззрение, давало им ориентиры для подражания. Пройдя с аниме всё детство, подростки-зрители хотели нового аниме, более серьёзного, в большей степени отвечающего их “взрослым” интересам. Конечно, это не значит, что серьёзного аниме до начала 1980-х не было. Но лишь в эти годы возникла большая рыночная ниша подросткового аниме, куда потекли капиталовложения фирм-спонсоров”.

И Хаяо Миядзаки, уже давно мечтавший делать большие и серьёзные картины, безошибочно угадал, куда дует ветер. Вместе со своими друзьями и единомышленниками — Исао Такахатой, Тосио Судзуки — а также спонсором и владельцем Tokuma Shoten Ясуоши Токума — он создал студию “Гибли” (Ghibli), которой суждено было стать символом аниме нового поколения — а само аниме феноменом не только японской, но и мировой культуры.

Название Ghibli пришло из африканских языков — так в Северной Африке называют горячий ветер, дующий из пустыни. Подразумевалось, что студия станет “новым ветром, порыв которого оживит индустрию аниме”. Но был ещё один смысл — так назывались итальянские самолеты Caproni Ca.309 времён Второй мировой войны, а к авиации, как упоминалось выше, Миядзаки был неравнодушен с детства.

Поэтому воздушные суда — самолёты, дирижабли, “мухолёты” и прочие приспособления, позволяющие человеку преодолевать закон всемирного тяготения — так часто и изобильно встречаются в фильмах Миядзаки. Добрая половина событий “Небесного замка Лапуты” — первого фильма, выпущенного студией “Гибли” — происходит в небе. Воздушные пираты, военные и агенты секретных служб, наследники древних родов погибшей небесной империи — все они чувствуют себя среди облаков столь же уверенно, как и на твёрдой земле. Лихо летает на метле молодая ведьмочка Кики из “Ведьминой службы доставки”. Центральный персонаж аниме “Порко Россо” — лётчик-наёмник, превратившийся в свинью — проводит большую часть времени в небе над Адриатикой. Сражается с полчищами авиационных чудовищ волшебник Хаул из “Ходячего замка”… Наконец, последняя — на данный момент — полнометражная лента Миядзаки “Ветер крепчает” целиком посвящена авиации. Её главный герой — авиаконструктор Дзиро Хорикоси, создатель истребителей Mitsubishi A5M и Mitsubishi A6M Zero (тем самым, рули к которым изготовляли на фабрике отца Хаяо).

Есть у Миядзаки и картины, в которых технике (в том числе, и авиационной) просто нет места. И это, возможно, самые тонкие, добрые и лиричные фильмы Мастера. “Мой сосед Тоторо” — история о двух маленьких девочках, подружившихся с божеством леса, соединяющим в себе черты японского барсука-оборотня Тануки, кота и совы (само слово “тоторо” — японизированное скандинавское “тролль”). “Рыбка Поньо на утёсе” — современная версия сказки о Русалочке, в которой, в отличие от оригинала, всё заканчивается хорошо (может быть, потому что герои её — пятилетние дети). И, конечно, “Унесённые призраками” — возможно, самый великий из фильмов Хаяо Миядзаки.

Впрочем, и в этих фильмах есть мотивы полёта. Особенно в “Унесённых призраками” — сцена, когда мальчик-дракон Хаку несёт десятилетнюю Тихиро в облаках над магическим морем — одна из самых эмоциональных и запоминающихся в двухчасовой картине.

У каждого из поклонников творчества Хаяо Миядзаки есть свои любимые фильмы Мастера. Для меня “Унесённые…”, или в оригинале “Сэн и похищенная ками Тихиро” — бесспорно занимают первое место. Известно, что к сюжету этого аниме Миядзаки подступался не раз — первые попытки относятся к концу семидесятых годов, когда Хаяо прочёл детскую книжку “Волшебная деревня, скрытая в тумане” Сатико Касиваба — в ней маленькая девочка попадает в крошечный, ярко освещённый городок в туманном лесу, где живут духи и волшебные существа. Но, как мы помним, в этот период художник был ещё совсем не свободен в выборе тем для своих фильмов — да и первые самостоятельные работы начал снимать позже. Миядзаки вновь вернулся к этой идее в начале 90-х — и снова что-то помешало. Вместо истории похищенной духами девочки он начал работать над одним из самых глубоких своих фильмов, “Принцесса Мононокэ”, наброски к которому делал ещё в начале семидесятых.

Это полная драматизма история о войне между разгневанными духами леса (собственно, “мононокэ”) и людьми, вырубающими лес, чтобы использовать дрова для варки железа. Столкновение “прогресса” и архаики, “революции” и “традиции”, грубо ломающей окружающую среду технологической цивилизации — и погружённого в свой медленный ритм, находящегося в гармонии с природой мира зверей и духов. Возможно, самый философский — и самый мрачный фильм Миядзаки.

Успех “Принцессы Мононокэ” был оглушающим — он стал самым кассовым японским фильмом 1997 года, заработав в прокате 11,3 миллиарда иен (общие сборы в мире составили 14,5 млрд иен, или 160 миллионов долларов).

Американский продюсер Харви Вайнштейн — тот самый, с которым так жестоко расправятся спустя двадцать лет голливудские феминистки — приобрёл права на распространение “Принцессы Мононокэ” в Соединённых Штатах, но потребовал от Миядзаки разрешения на редактирование фильма. “Для американской аудитории, — сказал Вайнштейн, — фильм слишком длинный и слишком умный”. Миядзаки вежливо улыбнулся, а вскоре Вайнштейн получил от продюсера студии “Гибли” Тосио Судзуки японский меч — катану с выгравированной надписью “No cuts” (“Не вырезать”).

Хаяо Миядзаки выносит мусор | Smart-flash.jp

После триумфального шествия “Принцессы Мононокэ” по экранам мира Миядзаки объявил о своём уходе из коммерческой анимации и студии “Гибли”, сообщив, что собирается заняться экспериментальными некоммерческими проектами. Но прошло два года, и он изменил своё решение (в дальнейшем он ещё не раз будет говорить о “последнем фильме” — сейчас Мастер доводит до ума очередной такой фильм “Как поживаете?”). В сентябре 1999 года Миядзаки сказал: “В этом возрасте (а было ему тогда 58 лет — К.Б.) я не могу работать, как раньше. Если мои сотрудники могут мне помочь, и я смогу сосредоточиться на режиссуре, я ещё сниму несколько фильмов…

Cотрудники помогли — и в результате мир получил великолепный шедевр, а японская аниме-индустрия — самый кассовый фильм в своей истории (274 миллиона долларов в прокате).

Совсем недавно — в ноябре 2020 года — репортёр японского таблоида Smart Flash подкараулил пожилого режиссёра у его дома, когда тот — в очках и закрывающей почти всё лицо маске — выносил мусор в двух пластиковых пакетах. В это время новое аниме “Клинок, рассекающий демонов” Харуо Сотодзаки било все рекорды по кассовым сборам — и журналист поинтересовался у мастера, что он думает по этому поводу.

— Я не думаю, что это имеет ко мне отношение. Хорошо, если на их рабочем месте царит мир, и сборы на это не влияют. Надеюсь, они трудятся усердно.
— Некоторые фанаты,
— не отставал репортёр, — расстроены тем, что “Унесённые призраками” могут потерять первое место…
— Меня действительно это не беспокоит. В мире всегда будет инфляция. Мне нужно выкинуть мусор…

Кирилл Бенедиктов

Понравилась статья?
Поделитесь с друзьями.

Share on facebook
Share on twitter
Share on vk
Share on odnoklassniki
Share on telegram
Share on whatsapp
Share on skype

При копировании или перепечатке материалов активная индексируемая ссылка на сайт fitzroymag.com обязательна.

5 7 голосов
Оцените статью
Подписаться
Уведомить о
0 Комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии