Третья мировая будет. Но не сейчас.

Они убили Касема Сулеймани
Фото: Алексей Антонов

Они сделали это. Они убили Касема Сулеймани.

В третьем сезоне сериала “Родина” Николас Броуди, двойной агент ЦРУ и джихадистов, убивает шефа иранской разведки генерала Акбари тяжёлой мраморной пепельницей. Это выглядит развесистой клюквой — хотя бы потому, что ни один глава спецслужбы ни одной страны мира не будет встречаться с сомнительным агентом без охраны. Но речь не о достоверности сериала, а о сублимации потаенных (и не очень) желаний его создателей и зрителей. А им очень хотелось, чтобы хорошие американские парни могли убивать иранских плохих парней даже у них дома. 

Генерал-майора Сулеймани убили не дома и не пепельницей. Когда его самолёт вылетел из Дамаска в Багдад, в ночное небо Ирака поднялся беспилотник MQ-9 Reaper. Три управляемые ракеты поразили три джипа, на которых Сулеймани и сопровождавшие его высокопоставленные военные выезжали из аэропорта. Всего было убито десять человек, среди них лидер “милиции” Катаиб Хезболла, входящей в состав Сил народной мобилизации (Хашд аш-Шааби) Абу Махди аль-Мухандис. Сейчас всё внимание по понятным причинам приковано к гибели Сулеймани, легендарного командира спецназа Корпуса стражей исламской революции, — но в общем-то, ясно, что американцы одним ударом обезглавили сразу несколько организаций, серьёзно осложнявших им жизнь на Ближнем Востоке в целом и в Ираке в частности.

Удар получился на редкость эффективным — настолько, что его эффективность напугала и сами Штаты, и их союзников. Да и вообще всех — последние два дня в соцсетях и СМИ только и разговоров, что о Третьей мировой войне. Модно стало сравнивать атаку беспилотника, уничтожившего Сулеймани, с выстрелами Гаврилы Принципа в Сараево. Всякое сравнение, как известно, хромает — но в данном случае оно просто безногое. Вот если бы австрийская разведка ликвидировала бы летом 1914 Драгутина Дмитриевича, больше известного как Апис — это была бы подходящая аналогия. Однако убийство Аписа не спровоцировало бы Первую мировую. 

И тем не менее, в мире становится тревожно. Явно запахло порохом.

На Ближний Восток перебрасываются американские морпехи. Усиливается военное присутствие США в Ираке (а ведь многие помнят, что Трамп говорил —  “Саддам Хусейн был сукин сын, но при нём Ирак был страна как страна, а теперь это Гарвард для террористов”). В то же время парламент Ирака принимает резолюцию, смысл которой сводится к лозунгу “Янки, гоу хоум!”. Биньямин Нетаньяху прерывает визит в Грецию и срочно возвращается в Израиль. Али Хаменеи — рахбар Ирана — грозит США “страшной местью” за убитого генерала. Иранские СМИ кричат об ответных ударах. Над главной мечетью священного для шиитов города Кум поднят красный флаг — призыв отомстить за несправедливо пролитую кровь мученика.

В США сайт призывной службы (Selective Service System) упал из-за массовых спекуляций на тему возможности Третьей мировой войны. “Из-за распространяющейся дезинформации наш сайт испытывает проблемы в связи с возросшим объёмом трафика”, — сдержанно признаёт руководство SSS.

Противники Трампа в Штатах прямо обвиняют его в том, что он хочет развязать Третью мировую войну. Даже любимый журналист президента Такер Карлсон в эфире Fox News заявляет: “В этом мире много плохих людей. Мы не можем убить их всех. Это не наша работа”.

На самом деле Трамп сделал очень сильный, хотя и очень рискованный ход. Вспомним, что предшествовало убийству Сулеймани. 
27 декабря военная база К-1 в Киркуке подверглась атаке более чем 30 ракет. Жертв было немного: погиб один американский контрактник, ещё четверо американцев и двое иракцев было ранено. Вашингтон обвинил в нападении Катаиб Хезболла, хотя сама группировка отрицала причастность к обстрелу. Тем не менее, последовали американские удары по базам и лагерям Катаиб Хезболла в Ираке и Сирии, в результате которых погибло не менее 25 человек. 31 декабря разозлённые шииты осадили посольство США в Багдаде; персонал успели эвакуировать, но кадры со штурмом посольства обошли весь мир.
За осадой посольства стоял, как сообщили ведущие мировые СМИ, глава Катаиб Хезболла Абу Махди аль-Мухандис. А за ним стоял сам командующий спецназом КСИР “Аль-Кудс” (на фарси — “Кодс”) генерал-майор Касем Сулеймани.

С 31 декабря 2019 по 3 января 2020 года Трамп находился в слабой позиции. К тому же осада посольства в Багдаде вызывала явные ассоциации с захватом заложников в Тегеране в ноябре 1979 года. Как известно, неспособность администрации Картера решить эту проблему стала в конечном счёте одной из главных причин его поражения на выборах 1980 году (заложники были освобождены спустя несколько минут после инаугурации Рейгана). Пока шииты громили резиденцию американского посла, Трамп был похож на Картера. Но как только был отдан приказ об уничтожении Сулеймани и Абу Махди аль-Мухандиса, он мгновенно превратился в Рейгана.

Сам Трамп в первом своём заявлении по поводу ликвидации Сулеймани назвал её попыткой “остановить войну с Ираном, а не начать её”. 

Что это может означать?

Представим себе, что в словах госсекретаря Помпео, заявившего, что Сулеймани готовил “большую атаку” на американцев и их союзников в регионе, есть некоторая доля правды. Что Сулеймани действительно был готов идти до конца и выдавливать американцев из Ирака и Сирии силовыми методами. И что атака на базу К-1 и посольство в Багдаде стала первым звоночком, предупреждающим, что игра пошла по-крупному. 

В год выборов это не оставило бы Трампу другого выхода, кроме как начать настоящую большую войну с Ираном. Войну, которая не нужна ни ему самому (гарантированно завязнуть в Иране? Конечно, это именно то, о чём может мечтать идущий на второй срок президент!) ни, как это ни удивительно, иранской политической элите.  

Несомненно, в Тегеране есть влиятельные силы, которые хотели бы “капитализировать” мученическую смерть Касема Сулеймани, обменяв её, например, на отмену санкций, душащих экономику страны. Вполне возможно, что командующий “Аль-Кудс” не устраивал многих могущественных людей в Иране (порой его называли вторым после аятоллы Хаменеи человеком в стране — и это, разумеется, многим не нравилось). И не исключено, что администрация Трампа наладила — или собиралась наладить — контакт с представителями этих групп влияния. 

Трамп, как всем хорошо известно, предпочитает войнам торговые переговоры и сделки. Конечно, если ему есть с кем эти переговоры вести, а сделки — заключать.
Вот это сейчас и есть главный вопрос, ответ на который определит ход событий на Ближнем Востоке и вокруг него. Есть ли в Иране партнёры, с которыми Трамп может заключить сделку (“предотвратить войну”)? Если есть, то в ближайшее время мы будем наблюдать угрожающие телодвижения с обеих сторон, бряцание оружием и обещания устроить противнику ад на земле. Но закончится всё смягчением режима санкций “в обмен на мир”, разрешением европейским странам торговать с Ираном и новой редакцией “ядерной сделки”. Ну, и разумеется, ростом рейтинга Трампа — который по очкам выигрывает у Обамы как борец с терроризмом. Единственный “трофей” Обамы — Усама бин Ладен, а у Трампа на стене уже висят два “скальпа” —  аль-Багдади и Касема Сулеймани. Правда, в отличие от бин Ладена и аль-Багдади, командующего “Аль-Кудс” в Америке до 3 января почти никто не знал. Но это уже задача техническая, с ней вполне справятся СМИ и Голливуд.

В общем, если партнёры по сделке в Тегеране есть, то Трамп гарантированно выигрывает всю партию.
Но что, если таковых там не обнаружится?

Нет, Третья мировая война и в этом случае не начнётся. Точнее, не начнётся в 2020 году. Но Тегеран, пропустив такой болезненный и унизительный удар, ослабивший его позиции в регионе, будет вынужден возобновить работы над созданием собственной ядерной бомбы. Несмотря на известную фетву Али Хаменеи 2013 года, прямо запрещающую ядерное оружие — в конце концов, тот, кто фетву издал, может её и отменить, если обстоятельства к этому принудят. 

И вот тогда…

Кирилл Бенедиктов

При копировании или перепечатке материалов активная индексируемая ссылка на сайт fitzroymag.com обязательна.

0 0 оценка
Оцените статью
Подписаться
Уведомление о
0 Комментариев
Inline Feedbacks
View all comments

Вам также может понравиться