Призрак согласия: сумма, состоящая из разностей

Гражданская война продолжается в головах
Гражданская война в голове
Обработка от Александра Воронина | Fitzroy Magazine

Мы очень разные.

Мы читаем — пока ещё читаем — одинаковые книги и статьи, слушаем песни, смотрим одни и те же фильмы и спектакли, но у каждого из нас есть собственное мнение по каждому случаю и уж точно — по каждому историческому случаю. Некоторых собственное мнение заставляет держаться особняком, большинство же из нас принимает ту или иную сторону. Кому-то на историю наплевать, но я сейчас о других.

О тех, кто понимает её смысл.

Казалось бы, какое значение имеют для современности давным-давно случившиеся события? Все они уже сыграли свою роль, попали в учебники и/или на страницы романов, получили оценку… И вот именно в этом — в оценке, — кроется самое важное. И от того, как те или иные исторические события оцениваются большинством, во многом зависит, куда большинство направится. Не верите? Тогда вспомните классику:

Кто владеет настоящим — тот владеет прошлым, кто владеет прошлым — тот владеет будущим.

Джордж Оруэлл, “1984”

Всё равно скептически улыбаетесь? Вы имеете на это право, ведь мы говорим о прошлом. Оно уже случилось. “Разумные люди переворачивают страницу и живут дальше”… Вас так учили? Меня тоже пытались в этом убедить, но я верю не словам, а делам. И наблюдая за делами “учителей”, я убедился, что сами они ничего не забывают и ничего не прощают. Не потому, что плохие, а потому что люди.

А у людей память хорошая.

Во время одного из путешествий по Франции я услышал интересную историю о жителях области Эльзас. Это спорная территория, из-за которой неоднократно начинались войны между Францией и Германией. По итогам Второй Мировой войны, Эльзас находится под контролем Франции, но поскольку исторически его населяет много этнических немцев, большинство жителей Эльзаса двуязычные: свободно говорят и на французском, и на немецком языках. И вот девушка из французской семьи решила выйти замуж за юношу-немца. Чинили им препятствия или нет, я не знаю, мне не рассказывали, да и не имеет этот факт значения, поскольку история о другом: двуязычные родители невесты никогда не говорили с зятем по-немецки. Прошло много лет, молодая семья перестала быть молодой, их трое детей закончили школу, родители невесты обожают внуков, но по-прежнему говорят с ними и их отцом только на французском. Потому что в одна тысяча девятьсот сороковом году немцы вторглись во Францию и ненадолго вернули себе Эльзас.

Хорошо это или плохо, каждый из вас решит для себя сам. Но для родителей девушки это было принципиально.

Каждый из нас — не только потребитель сегодняшнего дня, но и сумма характера, приобретённых взглядов, привитых установок и памяти о прошлом. О том прошлом, свидетелей которого уже не осталось, ведь даже самые старые из нас родились не так давно по историческим меркам. Но прошлое не умерло. Мы росли на рассказах отцов и дедов, на книгах и фильмах, на уроках истории, и в какой-то момент начали воспринимать себя не одинокими потребителями товаров и контента, а частью чего-то большего. Частью народа. А история любого народа — это даже не тельняшка, в которой тёмные полосы перемежаются со светлыми, а гигантское лоскутное полотно, состоящее из бесчисленного количества заплаток всех оттенков серого, от антрацитово-чёрного до безупречно белого. Причём все они щедро политы кровью. И не только кровью соседей.

За последние двести лет все крупнейшие государства планеты пережили гражданские войны, а некоторые (например, Франция) — даже дважды. Это были кровавые социальные конфликты, в ходе которых менялся государственный строй, чаще всего (но не всегда) — на республиканский. Все гражданские войны отличались особой жестокостью, все закончились безусловной победой одной из сторон и жесточайшими репрессиями, которые победители уготовили побеждённым. Никто не любит проигравших. Тем более, проигравших носителей “неправильной” идеологии. Поэтому северяне сгоняли пленных южан в лагеря, французы превратили Вандею и Лион в кладбища, а испанцы люто расправлялись со сторонниками Республики.

“Победитель получает всё!”

Обработка от Александра Воронина | Fitzroy Magazine

У этого принципа нет исключений. И это не символ человеческой жестокости, как может показаться впечатлительным современникам, а логика ведения гражданской войны. Сначала власть победителя насаждается Мечом, затем — Словом. Людям объясняют, чем прежняя власть была хуже, и как им повезло оказаться в новой стране. Люди слушают и верят, а те, кто не верит, отправляются в молотилку. Не рискуют отправиться, а именно отправляются. Но постепенно жестокость репрессий идёт на спад, поскольку — как сформулировал Наполеон — сидеть на штыках невозможно. Колет. Воевать постоянно, до поголовного уничтожения всех носителей “неправильного” культурного кода невозможно, и начинается процесс поиска компромисса, абсолютно необходимого для обретения обществом внутреннего спокойствия. Французская республика с удовольствием абсорбировала в себя аристократов — как старых, которых не вырезали якобинцы, так и “наполеоновских”, и вместе они начали строить новое государство. Выдержав паузу, вернулись в активную политическую жизнь левые в Испании и южане-конфедераты в США… Смена власти всё чаще называется “естественным результатом исторических процессов”, и вот уже самую страшную парижскую площадь, на которой рядами стояли безостановочно работающие гильотины, а люди ходили по колено в крови, равнодушно пиная отрубленные головы, называют площадью Согласия. Во имя будущего. Думаю, некоторые из вас сейчас улыбнулись, но это работает. Действительно работает. Среди современных французов есть поклонники “старой доброй Франции”, пышного абсолютизма времён Людовиков, есть много сторонников Наполеона, есть потомки тех, кто верой и правдой служил Гитлеру, но сейчас все они работают ради современной Франции — и ради Франции завтрашней.

Ведь что бы ни случилось в прошлом, жизнь устремлена в будущее, и прошлое — в разумном государстве, — должно объединять людей ради него. Ради будущего. И наоборот: если существует задача лишить народ будущего, раздробить на сотню обломков, в прошлом любого государства можно с лёгкостью отыскать достаточно причин для взаимных обид и взаимной ненависти. Было бы желание.

Желания — хоть отбавляй.

А новейшая история России предоставляет для поиска обид необычайно широкие возможности.

И не только потому, что наша Гражданская война завершилась не так давно и память о ней до сих пор сильна. Главная проблема заключается не в них — кровавые обиды заживают очень долго, — проблема в том, что созданное победителями государство рухнуло, не продержавшись и сотни лет, причём рухнуло так же, как была сокрушена Российская империя: не под военными ударами извне, а разорванное изнутри, поражённое не Мечом, но Словом. О причинах “величайшей геополитической катастрофы ХХ века” можно говорить очень долго, старательно разбирая как объективные, так и субъективные, включающие всевозможные конспирологические, версии, однако они не являются темой данной статьи. Я хочу поговорить о другом. Фактически — о самом страшном последствии гибели СССР.

О том, что она не сделала нас сильнее.

Увы.

И причина этого — в нас. Поскольку, как ни крути, любое государство — это не его институты, не армия, не законы — а люди. И когда государство гибнет, именно мы остаёмся на его обломках. Мы все. И именно мы решаем, что будет дальше.

Во многих республиках, неожиданно ставших независимыми государствами, началась кровавая вакханалия — возросшее “национальное самосознание” требовало продемонстрировать силу. В других пошли по “мягкому” пути, старательно скопировали ранние законы гитлеровской Германии, официально разделив жителей на “граждан” и “неграждан”. Бескровный путь получил демонстративное одобрение “цивилизованных европейских стран” во главе всё с той же Германией. Другими словами, “нетитульные” жители почти всех республик бывшего СССР подвергались давлению, избежать которого удалось единицам. Логику новых властей понять можно: ведь что это за “победа” и “освобождение”, если нет “побеждённых” и “бывших оккупантов”? И для миллионов людей “геополитическая катастрофа” приняла облик реальной — кровавой и беспощадной.

К счастью, в России очередной гражданской войны удалось избежать. Однако она началась.

В головах.

Событий в бурном ХХ веке случилось столько, что хватило бы не на одно столетие. Две Мировые войны, крушение огромных империй, стремительное развитие науки и технологий… Но главным среди них было создание на обломках Российской империи первого в истории человечества государства, официально провозгласившего отказ от сословного общества. К СССР можно относиться по-разному, давать ему принципиально диаметральные оценки, в зависимости от того, на каком аспекте оценщик “зациклен”, но ни один человек, обладающий хотя бы зачатками разума, не станет отрицать, что создание социалистического государства стало главным событием столетия и оказало колоссальное влияние на ход мировой истории. Можно сколь угодно долго ломать копья в бессмысленных дискуссиях на тему: “Что было, если бы…” но следует принять простую истину — история не знает сослагательного наклонения, и было именно так, как было: Советский Союз одержал победу в самой страшной и кровопролитной из Мировых войн, не позволил немцам привести в исполнение план физического уничтожения десятков миллионов людей, открыл человечеству дорогу в космос и заставил бенефициаров западной цивилизации поддержать хотя бы самые насущные социальные программы.

И когда я говорю “Советский Союз”, я имею в виду прежде всего наших предков: отцов, дедов и прадедов, учёных, инженеров, офицеров, рабочих и крестьян, объединённых в одно большое государство. Всё, что я перечислил, совершили они. Под красным знаменем.

Как и любое новое государство, СССР не избежал жестокости при становлении, тем более, что возник он по итогам кровавой Гражданской войны, а укрепление государственной власти было осложнено распрями между основателями, которые вылились в грандиозную внутрипартийную чистку. Тем не менее, уже через двадцать лет после революции, риторика в адрес Российской империи становится менее агрессивной, ищутся точки соприкосновения: герои и образцы для подражания, подчёркивается, что новое государство перенимает всё хорошее, что было в Империи. Следование курсу на внутреннее примирение продолжалось до самого конца СССР. Причём работа шла в точном соответствии с обычными в таких случаях “методичками”. И давала плоды. Но — не хватило времени.

Гибель Советского Союза и создание современной России подарили нам великолепную возможность оставить позади раздоры, хотя бы потому, что причина этих самых раздоров умерла и погребена, но люди… Люди, увы, сначала люди, а уж потом — разумные существа. Людям нравится пинать мёртвых — ведь мёртвые не могут ответить, а зомби — выдумка адептов культа вуду. Людям нравится безнаказанность.

И ещё людям нравится чувствовать себя победителями.

Совершенно непонятно, почему сторонники исторических неудачников, то есть, проигравшего сто лет назад Белого движения, решили, что имеют отношение к гибели СССР, но в какой-то момент они по-настоящему в это поверили и захотели реванша. Причём, настоящего реванша — с официальным признанием исторической правоты и безусловной победы… Хотя… Могу ошибаться, но вроде монархии в современной России нет и не предвидится. Вместо того, чтобы сосредоточиться на будущем, на развитии государства, которое в очередной раз пережило серьёзнейшее потрясение, реваншисты занялись тотальным отрицанием семидесятилетнего периода СССР, яростно доказывая, что ничего хорошего “при красных” не было и быть не могло.

Но в том-то и дело, что было.

И немало.

Обработка от Александра Воронина | Fitzroy Magazine

История за последние сто лет менялась кардинально, а теорема Пифагора неизменна тысячи лет.

Мы привыкли смеяться над этой фразой, не задумываясь над тем, что менялась не история — а оценка исторических событий. Сами же они оставались неизменны. Октябрьская революция переформатировала весь мир; Гражданская война разделила и продолжает нас разделять; становление СССР в качестве мощной, индустриально развитой державы; великая победа во Второй Мировой войне… Советский период — часть нашей истории, истории России. Он кому-то не нравится? История большой страны всегда вызывает споры, но что будет, если переоценивать великие события, исходя из ненависти к России? К той России, которая сражалась в Гражданской, строила гигантские промышленные кластеры и одержала победу во Второй Мировой? И, да — вы не ослышались: исходя из ненависти, потому что нельзя отрицать и обливать грязью из любви. Что будет, если переоценить наши достижения так, как нам предлагают, и официально признать, что семьдесят лет Россией правил “преступный режим”? Кто-то удовлетворит застарелые обидки, кто-то потешит раздувшееся эго, а кто-то умный достанет калькулятор, чтобы подсчитать, сколько ему должны. Логика проста: раз преступник, значит, виноват и должен заплатить. Для вас это слишком просто? Так не бывает? А вы попробуйте признать себя преступником и посмотрите, что будет дальше.

Неявная — пока — переоценка исторических событий уже приводит к постепенному стиранию этической границы между СССР и Германией тридцатых годов, и всё чаще можно услышать утверждения, что войну устроили два преступных режима. А преступный режим не может спасти миллионы людей и не может противостоять злу. Почему? По определению. Потому что Слово формирует сознание, а слово избрано — “преступный”. И получается, что не освободили народы Европы от немецкого господства, не остановили Холокост, а “оккупировали свободные страны” и “насадили в них преступный режим”. Впрочем… вспоминая, как старательно эти народы работали на немецкую военную машину и как истово служили в войсках СС, слова советских пропагандистов насчёт “освобождения” и в самом деле можно рассматривать в ироническом ключе.

Нет такого свинства, от которого умный человек не отрежет себе кусочек ветчины.

Немецкая поговорка

Итоги Второй Мировой войны до сих пор имеют определяющее значение для политического устройства планеты. Все договора и договорённости были заключены по её итогам, и диктовали их победители. В то время роль СССР не подвергалась сомнению, но если его наследники сами готовы признать “преступный” характер распавшегося государства, то почему бы не воспользоваться обстоятельствами и не помочь им в заблуждении? Почему бы не признать за СССР, а как следствие — за Россией, — вину за развязывание самого масштабного и кровопролитного конфликта в истории человечества? Конфликта, в котором погибло больше двадцати миллионов наших предков. Почему бы не наводнить информационное пространство геббельсовской ложью о “миллионах изнасилованных немок”? Умалчивая о том, что творили в своих оккупационных зонах американцы, англичане и вовремя подсуетившиеся французы. Почему бы не вычеркнуть “преступников” из числа победителей?

А заодно — пересмотреть некоторые старые договорённости.

Сами догадайтесь, в чью пользу…

В завершении, я хочу напомнить знаменитое выражение, придуманное людьми древними, но отнюдь не глупыми. Людьми, создавшими огромную империю, во многом определившую развитие европейской цивилизации.

Разделяй и властвуй!

Россия — большая, многонациональная страна со сложной историей. Вот уже несколько столетий Россия оказывает влияние на ход главных мировых процессов, и если вам кажется, что другим игрокам это нравится, — срочно съешьте таблетку от наивности. Нас будут пытаться разделить всегда, используя для этого все возможные болевые точки: исторические и национальные, реальные и выдуманные. Но в первую очередь, нас будут пытаться разделить, опираясь на глупость и амбиции. А цель очевидна: чтобы вместо одной большой России на карте появилось много мелких осколков, которые очень скоро превратятся в послушных вассалов. Ибо такова судьба всех мелких точек на большой мировой карте.

Прочитав статью, самые недалекие из моих критиков начнут взахлёб пересказывать друг другу мнение о том, что я ностальгирую по сильному и независимому СССР и мечтаю в него вернуться. Но поскольку до этого абзаца они вряд ли дочитают, я отвечаю умным: нет. Ход истории не изменить, и человек, мечтающий о возвращении СССР, ничем не отличается от тех, кто страстно желает реанимировать на воображаемом престоле то, что осталось от Романовых. Статья посвящена сильной и независимой России будущего, большой стране, в которой будут с гордостью жить наши дети. Стране, с подлинным уважением относящейся и к Российской империи, и к СССР, поскольку другой истории у России нет. А та что есть — не настолько плоха, чтобы от неё отказываться.

Вадим Панов

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции

При копировании или перепечатке материалов активная индексируемая ссылка на сайт fitzroymag.com обязательна.

4.8 33 голосов
Оцените статью
Подписаться
Уведомить о
1 Комментарий
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии