Дзержинский vs. Невский: кому ставить памятник?

Об идее вернуть на Лубянскую площадь памятник Феликсу Дзержинскому
Александр Невский
Обработка от Александра Воронина | Fitzroy Magazine

Стоило мне закончить эту статью, как мэр Москвы прекратил голосование за памятник на Лубянской площади и заявил, что площадь останется в неизменном виде. С одной стороны, даже обидно: было бы интересно посмотреть, как повторяется история 2008 года, и Александр Невский вырывается вперёд.
С другой — сам факт таких споров в обществе не обещает ничего хорошего. Нельзя переписывать историю, выбирая между историческими личностями — каждому человеку должно быть своё время и место. Что и сподвигло Сергея Семёновича прекратить опасный общественный спор.
Об этом читайте в моей колонке.

В начале февраля ряд деятелей культуры выступили с идеей вернуть на Лубянскую площадь памятник Феликсу Дзержинскому. 

Поскольку и сама мысль, прямо скажем, не нова, и нынешнюю инициативу обращения приписывают Захару Прилепину (он числится как один из подписавшихся), всё это больше похоже на политическую активность, чем на заботу об исторической памяти. 

Ещё в 2002 году с такой инициативой выступал мэр Москвы Юрий Лужков, но отказался от этой затеи из-за протестов либеральной общественности. Затем в 2015 году КПРФ собрала подписи за проведение референдума по данной тему, но быстренько убрала их “в стол”, не исключено, что по настоятельной рекомендации “сверху”. А уже в декабре 2020 года с аналогичным предложением обратилась организация “Офицеры России”.

Чем больше времени проходит со дня сноса памятника, тем чаще его пытаются вернуть, при этом делая вид, что позабыли, когда, почему и каким образом сносили.

Но если раньше этот вопрос либо сразу закрывался, либо вообще не вызывал интереса в обществе (кто-то слышал об обращении “Офицеров России”?), то сейчас идёт активное голосование по вопросу, кого водворить на Лубянскую площадь: Ф.Э. Дзержинского или Александра Невского. На момент написания статьи новгородский князь по голосам обгоняет председателя ВЧК: 54% голосов против 46%.

Александр Невский, без сомнения, знаковая личность в истории Средних веков. Полководец, князь Новгорода, Великий князь Киева и Владимира. Но, казалось бы, причём тут Москва? А притом, что сначала памятник Невскому хотели поставить в Нижнем Новгороде, и на общественное голосование было вынесено три варианта, один из которых — авторства любимого архитектора РВИО Салавата Щербакова.

Слева: Памятник Дзержинскому перед демонтажом 22 августа 1991 года (Фото: Риа новости)
Справа: Проект памятника Невскому от Щербакова

В итоге нижегородцы выбрали проект Александра Ковальчука, а помпезный Невский от Щербакова оказался невостребованным.

Можно выстроить конспирологические предположения и заключить, что и Дзержинского вспомнили только ради общественного голосования в пользу Александра Невского, так похожего на уже установленный в центре Москвы памятник князю Владимиру. К тому же, сам Салават Александрович намедни выступил с поддержкой установки памятника именно Невскому — оно и понятно, зачем пропадать хорошей вещи, пылящейся на складах РВИО после нижегородской неудачи?

Напомним, что опыт побед в электронном голосовании у Александра Невского уже был на конкурсе “Имя России” в 2008 году:

“…Итоговая дюжина была отобрана в конце сентября, и тогда за ночь перед объявлением результатов рейтинг претерпел сильные изменения. Так, Сталин, стабильно входивший в первую пятерку, оказался лишь двенадцатым, а на первом месте оказался как раз Александр Невский, улучшивший свой результат за ночь почти в два раза. Впрочем, третий тур проекта начался с нуля голосов у каждого. Тем более теперь за национальных героев можно было голосовать не только через интернет, а также с помощью телефонных звонков и sms-сообщений”.

Газета.Ru

Да и сама постановка вопроса в электронном голосовании исключает такие варианты, как оставить площадь в текущем состоянии или, допустим, вернуть туда дореволюционный и аполитичный фонтан.

Кого бы ни выбрали по итогам нынешнего голосования, общество вновь разрывают дискуссии о нашем прошлом. Невозможность договориться по столь простому вопросу ясно свидетельствует об отсутствии видения целостности и преемственности истории России, причем не только у обычных граждан, а на уровне государственной политики и пропаганды. 

Официальная доктрина настаивает на том, что в Советском Союзе не было ничего хорошего, а любые позитивные явления — включая Победу и Гагарина — были достигнуты “не благодаря, а вопреки”. Юмор ситуации в том, что ныне продвигаемый РВИО образ Александра Невского создавался в конце 30-х годов при непосредственном участии партийного руководства и лично товарища Сталина. Это забавно, но в борьбе с “большевистским” прошлым, воплощённым в скульптуре Вучетича, мы сталкиваемся с символикой, которая была создана в очевидно пропагандистских целях в советские времена, и у всех современных пропагандистов, создающих позитивный образ российского “капитализма” в противовес ужасам Союза, в подкорке всё равно сидит концепция, созданная Сталиным и выдающимися советскими режиссёрами Сергеем Эйзенштейном и Дмитрием Васильевым. 

В свою очередь либеральные СМИ, такие, как “Эхо Москвы”, “Дождь” или Новая Газета, сейчас активно называют князя Невского “монгольским коллаборационистом”, явно подразумевая, что монгольская империя — это воплощение зла и ужаса, иными словами, средневековый Мордор. В то же время, иные коллаборационисты, наподобие генерала Власова, ими весьма одобряемы и для прогрессивной прозападной общественности приемлемы, что прекрасно отражает абсолютный сумбур, царящий в головах записных “демократов”, если вообще не симптоматику политической шизофрении. 

Нам же хотелось бы напомнить, что нацистские знамёна бросали к подножию Мавзолея, а не на ступени Ельцин-центра и не в гардеробной общества “Мемориал”. 

Вывод: вычёркивание из истории государства “по требованию текущего момента” хоть Дзержинского, хоть злосчастного императора Павла I, хоть новгородского князя Александра по прозванию Невский пользу любезному Отечеству не принесут: преемственность исторических эпох не вымараешь ради ситуативных прихотей. Франция одинаково чтит Наполеона и Генриха Наваррского, не испытывая при этом ни малейших рефлексий. Другое дело — вопросы уместности и необходимости. Как раз из соображений уместности на Лубянке логичнее выглядел бы памятник Железному Феликсу, а Александр Невский отлично смотрелся бы в Великом Новгороде, князем которого он и являлся.

В заключение статьи и в подтверждение своих слов следует привести комментарии наших читателей:

Андрей Потапов, писатель-фантаст:

Поделюсь мнением как гражданин соседней страны (Украина, наиболее преуспевшая в сносе памятников). У нас памятниками уже оскомину набили. С оглядкой на то, как у нас протащили в массы крайне одиозных персонажей, я расцениваю нынешние пляски вокруг Дзержинского как манипуляцию общественным сознанием. Не так важно, кому именно поставят памятник, важны постоянные склоки на исторической почве. Любого человека при желании можно и возвысить, и растоптать. Значение имеет только мотив.
В обществе и так наблюдается раскол, и его, выходит, только усиливают. Есть куда более насущные проблемы: тарифы, пенсионный возраст, региональная медицина. И выглядит вся эта тема, как отвлекающий манёвр. Плавали, знаем.

Андрей Горбовский:

Лубянке нужно вернуть исторический облик, т.е. восстановить в её центре фонтан. С архитектурной точки зрения в центр Лубянской площади что-то просится. При этом предлагаемый вариант неконфликтен, в отличие от предлагаемых. Мне кажется, городское пространство должно быть организовано для максимально комфортной жизни, а не служить полем (или поводом) для битвы. Как в целом, так и в каждой его части. С моей точки зрения, попытки с помощью памятников кому-то что-то доказывать элементарно порочны и должны (в недостижимом идеале) жёстко пресекаться общественным мнением.

Николай Соболев, краевед-любитель:

Архитектурный ансамбль площади создавался при Советской власти (за исключением здания Политехнического музея) — арки входа на станцию метро в 1935 году, Детский Мир в 1957, комплекс КГБ из трёх зданий был реконструирован и/или построен в 1946–1987 гг. Логичным акцентом этого ансамбля был памятник, и логично было то, что это памятник Дзержинскому — площадь и метро носили его имя, фоном служили три здания КГБ.
В таких условиях восстанавливать фонтан или ставить памятник кому-либо ещё столь же нелепо, как памятник Энгельсу на площади Кропоткина или Петра Первого “океанского” масштаба на Водоотводном канале

Андрей Зайцев — филолог, преподаватель, сотрудник НКО:

Мне кажется, что на Лубянку нужно вернуть памятник Дзержинскому. Просто потому, что это логично, и Лубянка прочно связана с именем основателя ВЧК. Здесь нужно отметить, что памятник сам по себе не означает, что человеком надо восхищаться, что он всё сделал правильно. Памятник — это просто напоминание. Как древние эпитафии, начинавшиеся со слов: “Остановись, прохожий”.
Остановись, вспомни, подумай об истории собственной страны. Не плюй в неё, не перечёркивай. Мне кажется, что борьба с памятниками в принципе дело бесполезное, так что Дзержинского нужно вернуть на место, которое ему по праву принадлежит”.

Максим Семёнов, аспирант ВШЭ:

Я против установки кому-либо памятника, нынешняя площадь вполне хороша как есть.
Как по мне, Александр Невский не имеет к Лубянке какого-либо отношения и обсуждать установку ему памятника по принципу “лишь бы не Дзержинскому” — значит умалять подвиги святого древнерусского князя.
Однако и памятник Дзержинскому абсолютно недопустим. Дзержинский и его соратники захватили власть в стране и развязали против недовольных страшный террор. По сути, сломали страну через колено.
Неужели мы вновь готовы вернуться к таким практикам? Или, может, выступающие за восстановление памятника Дзержинскому и сейчас лелеют надежды о свержении законной власти и начале кровавой резни в стране? Само по себе обсуждение возможности восстановления этого памятника мне кажется кощунственным. И особенно странно слышать это от офицеров, потому что мы помним, что Дзержинский и его соратники делали с офицерами сто лет назад.
И тут нужно разделять людей, верой и правдой служащих Отечеству, и борющихся с террористами, от собственно тех же террористов и палачей. Поэтому если уж и устанавливать памятник руководителю российских спецслужб, на Лубянке или где-либо ещё, так это должен быть памятник Бенкендорфу. Герой войны 1812 года, командир тогдашнего спецназа, взявший Берлин и освободивший от неприятеля Нидерланды. В бытность главой Третьего отделения без массовых репрессий и казней эффективно защищавший национальные интересы России.
Другое дело, что памятник Бенкендорфу возможен лишь в будущем, по прошествии лет и переосмыслении нашей истории.

Стас Литвинов

Понравилась статья?
Поделитесь с друзьями.

Share on facebook
Share on twitter
Share on vk
Share on odnoklassniki
Share on telegram
Share on whatsapp
Share on skype

При копировании или перепечатке материалов активная индексируемая ссылка на сайт fitzroymag.com обязательна.

Вам также может понравиться

3.7 16 голосов
Оцените статью
Подписаться
Уведомить о
2 Комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии