Одежда как политическая программа

Политика в моде России

В истории не раз случалось так, что самая обычная одежда становилась самым наглядным и точным выражением политической программы. Ведь для того, чтобы передать идею на словах, требуется время, а порой ещё и немалое ораторское искусство. Костюм же сразу показывает всем окружающим, каких идей придерживается его владелец. Нацепил трёхцветную кокарду на шляпу — и ты самый верный республиканец и якобинец в Париже 1793. Надел на пиджак красный бант — значит, поддерживаешь Временное правительство в мартовской России 1917. Одеваешься скромно, без украшений, в нарочито простонародную одежду — и ты сторонник Парламента в годы Английской революции.

Не пренебрегали такой символикой и коронованные особы. Когда Пётр Великий начал проводить реформы, чуть ли не первое, что он сделал — это переоделся в “немецкое платье” сам, заставил сделать то же своих соратников, а затем и весь русский народ. Такие действия вполне понятны: царю нужно было показать всему миру, что Россия больше не Московское царство на краю Ойкумены, а европейская великая держава. Кардинальная перемена гардероба была спокойно воспринята русским обществом, которое и само желало перемен. Не случайно в послепетровскую эпоху мы не встретим ни единой попытки “костюмной контрреволюции”. Кафтаны, камзолы, парики и треуголки очень быстро превратились в обыденность и не считались чем-то чужеродным.

Мода времён Екатерины II

Политика в моде России и дальше играла существенную роль. К примеру, очень искусно использовала платье в политических целях Екатерина II. У неё имелась обширная программа по расширению границ империи, как на запад, где под русскую корону должны были перейти земли, ранее входившие в состав Древней Руси и Литвы, так и на юг, где границы государства должны были дойти до Черного моря, Крыма и Кавказа.

Когда в 1787 году императрица вместе со своим другом и союзником Иосифом II, правителем Священной Римской империи, в сопровождении огромной свиты, состоящей из дипломатов всех стран Европы, отправилась в недавно завоёванный Крым, её костюм стал настоящей политической декларацией екатерининского царствования. Настолько важной, что удостоился особого портрета, написанного Михаилом Шибановым. Екатерина II столь серьёзно относилась к этому изображению, что по её приказу портрет был множество раз скопирован и рассылался иностранным королям в качестве дипломатического подарка.

Портрет этот полон смыслов, не всегда понятных нам сейчас, но прекрасно читавшихся современниками.

На картине стареющая императрица изображена в красном кафтане, расшитом золотом, и соболиной шапке со спадающим шлыком. На груди — звёзды трёх русских орденов: Андрея Первозванного, Святого Георгия и Святого Владимира, подчёркивающие официальный характер облачения. Политическая программа Екатерины II нашла полное воплощение в этом портрете и её костюме, в котором она не раз появлялась перед своими спутниками в дороге. Красный кафтан сделан с явным намёком на польскую национальную одежду. Об этом свидетельствуют все элементы — цвет, любимый всеми славянскими народами, золотые брандебуры, которыми расшиты грудь и рукава, шалевый воротник и широкие рукава, похожие на польский кунтуш.

Портрет императрицы Екатерины II в дорожном костюме, 1787 год | Михаил Шибанов | Wikimedia Commons

Костюм как бы говорит зрителям: “Перед вами будущая царица Польши”. И действительно, в это время на троне в Варшаве сидел русский ставленник и бывший фаворит императрицы Станислав Понятовский, фигура компромиссная и временная. Уже состоялся первый раздел Речи Посполитой и готовились следующие, после которых независимая Польша прекратила своё существование. Совсем недавно к Российской империи был присоединён Крым. Императрица своим костюмом недвусмысленно намекала и европейским державам, и полякам, что присоединение Польши для неё ничуть не более сложная задача.

Второй важный элемент императорской одежды — меховая шапка. Она так же отчасти отсылает нас к польской традиции, но более всего схожа с традиционными казачьими головными уборами. Почти такие же шапки столетиями носили запорожские казаки, приведённые в подданство Российской империи. Папаха — высокий меховой колпак с цветным дном — стала одним из отличительных признаков казачества и остаётся таковым до наших дней. Меховая шапка, изображённая на портрете, символизировала внимание, которое императрица уделяет присоединённым на юге землям, где в пограничье должны служить казачьи полки. Не зря как раз во время Крымского путешествия Екатерина II объявила о восстановлении казачьего войска Верных запорожцев. Казачество получило своего заступника — кошевого атамана — и новые земли по Кубанской фортификационной линии, превратившись в главного стража кавказской границы империи.

Что характерно, претерпела сходные изменения при Екатерине Великой и мода высшего класса общества. Кафтаны в польском стиле и казачьи шапки стали популярными среди дворянства, демонстрировавшего всему миру, что русская шляхта готова решительно поддержать свою правительницу в её великодержавных амбициях.

Дворянская мода как дань патриотизму

В 1812 году началась Отечественная война. В то время, когда ещё никто не знал — выстоит ли Российская держава под ударами Великой армии Наполеона, сокрушившего до этого всех своих противников, русская знать обратилась к национальным традициям, подчёркивая своё стремление сражаться за царя и Отечество до победы. Жёны дворян примеряли простонародные одеяния. Приятель Пушкина Филипп Вигель в своих мемуарах писал: “Всю осень… в самых мелочах старались выказывать патриотизм. Дамы отказались от французского языка. Многие из них оделись в сарафаны, надели кокошники и повязки; поглядевшись в зеркало, нашли, что наряд сей к ним очень пристал, и не скоро с ним расстались”.

Некий столичный чиновник тех лет оставил воспоминания, как, прогуливаясь по набережной Фонтанки, встретил двух крестьянок, одетых с удивительной щеголеватостью. Подойдя поближе, дворянин с удивлением узнал в “бабах” барышень-дворянок, одетых по русской моде. Одну из них он хорошо знал, а второй оказалась её подруга-итальянка. Дело происходило в 1817 году. После изгнания французов прошло целых пять лет, уже давно был взят Париж, а Россия стала одной из самых могучих держав мира. Но дворянская мода на русское платье и не думала исчезать.

Мужская мода не отставала от женской. Лицеист и будущий дипломат Дмитрий Свербеев рассказывал, что всё дворянство, даже если не оказалось записанным в ополчение, надело серые кафтаны “русского покроя”, военные фуражки и подпоясалось кушаками, к которым вместо привычной шпаги цеплялась традиционная сабля. Тогда же, на смену французскому стилю, в моду вошла мужицкая стрижка “под горшок”, продержавшаяся до 1820-х годов. Что характерно — русское дворянство проявило себя в дни 1812 года и Заграничного похода самым достойным образом. На армию жертвовались огромные суммы, не было недостатка в добровольцах.

С наступлением мира о политических декларациях в одежде не забыли. Только теперь они могли означать совсем иное. Длинные, тщательно ухоженные волосы у мужчин означали склонность к вольнодумству и либерализму, подчёркивали нежелание поступать на государственную службу, где от каждого требовалась скромная короткая стрижка. А широкополая шляпа-боливар, воспетая Пушкиным в романе “Евгений Онегин”, стала явным знаком, отображавшим республиканские убеждения носителя. Дело дошло до того, что монархисты в ответ сделали своим символом похожий цилиндр, но с узкими полями.

Османский стиль — трофей победителей

Бирский купец с семьёй, 1875-1890 годы | Олег Купцов | Большой русский альбом

В 1820-х годах началась новая эпоха войн. Россия приступила к покорению Кавказа, что вызвало конфликт с Турцией и Персией. В ответ русское общество (явно) и государство (тайно) начало поддерживать греков, боровшихся с Османской империей за православную веру и независимость. Политика стала причиной распространения восточной моды. То, что в наши дни называется модным термином “культурная апроприация” и изо всех сил осуждается на Западе как ужасное наследие колониализма, в те годы считалось совершенно естественным. “Ну, да, мы завоевали Восток и теперь пользуемся трофеями победителей как хотим”, — говорили русские, надевая бурки, черкески с газырями, горские папахи и турецкие шали. Когда русские войска под предводительством генерала Дибича перевалили Балканский хребет и подошли к Константинополю, чтобы продиктовать мир туркам, в моду вошла “забалканская шуба”, сделанная на манер старинных русских шуб, а также венгерского и польского костюма.

С востока победители привезли роскошный османский стиль. Вновь, как в золотой век Екатерины II, помещики, отдыхая в своих загородных усадьбах, надевали восточные шлафроки, похожие на традиционные османские халаты, турецкие плащи и шапки. В этом костюме было очень удобно сидеть в вольтеровском кресле, покуривая турецкий табак через длинный чубук в ориентальном стиле. И никто из русских не испытывал ни капли угрызений совести — как же они вообще посмели воевать с “древней мусульманской культурой”, и даже того хуже — побеждать.

Влияние политики на моду стало вновь заметно в конце царствования Николая I, когда славянофилы попытались изобрести особый русский костюм. Но успеха в обществе эти попытки не имели, и только при Александре III и Николае II в большую моду вошёл русский стиль, охвативший буквально все сферы — от архитектуры до военных мундиров. Это наглядно демонстрировало как консервативные устремления правящей верхушки, поддерживающей такой курс, так и переориентацию Российской империи от средневековой идеи служения монарху к современным концепциям национального государства.

Увы, просуществовать этому новому русскому стилю было суждено совсем недолго…

Михаил Диунов

При копировании или перепечатке материалов активная индексируемая ссылка на сайт fitzroymag.com обязательна.

0 0 оценка
Оцените статью
Подписаться
Уведомление о
0 Комментариев
Inline Feedbacks
View all comments

Вам также может понравиться