Одежда как политическая программа

Политика в моде России

В истории не раз случалось так, что самая обычная одежда становилась самым наглядным и точным выражением политической программы. Ведь для того, чтобы передать идею на словах, требуется время, а порой ещё и немалое ораторское искусство. Костюм же сразу показывает всем окружающим, каких идей придерживается его владелец. Нацепил трёхцветную кокарду на шляпу — и ты самый верный республиканец и якобинец в Париже 1793. Надел на пиджак красный бант — значит, поддерживаешь Временное правительство в мартовской России 1917. Одеваешься скромно, без украшений, в нарочито простонародную одежду — и ты сторонник Парламента в годы Английской революции.

Не пренебрегали такой символикой и коронованные особы. Когда Пётр Великий начал проводить реформы, чуть ли не первое, что он сделал — это переоделся в “немецкое платье” сам, заставил сделать то же своих соратников, а затем и весь русский народ. Такие действия вполне понятны: царю нужно было показать всему миру, что Россия больше не Московское царство на краю Ойкумены, а европейская великая держава. Кардинальная перемена гардероба была спокойно воспринята русским обществом, которое и само желало перемен. Не случайно в послепетровскую эпоху мы не встретим ни единой попытки “костюмной контрреволюции”. Кафтаны, камзолы, парики и треуголки очень быстро превратились в обыденность и не считались чем-то чужеродным.

Мода времён Екатерины II

Политика в моде России и дальше играла существенную роль. К примеру, очень искусно использовала платье в политических целях Екатерина II. У неё имелась обширная программа по расширению границ империи, как на запад, где под русскую корону должны были перейти земли, ранее входившие в состав Древней Руси и Литвы, так и на юг, где границы государства должны были дойти до Черного моря, Крыма и Кавказа.

Когда в 1787 году императрица вместе со своим другом и союзником Иосифом II, правителем Священной Римской империи, в сопровождении огромной свиты, состоящей из дипломатов всех стран Европы, отправилась в недавно завоёванный Крым, её костюм стал настоящей политической декларацией екатерининского царствования. Настолько важной, что удостоился особого портрета, написанного Михаилом Шибановым. Екатерина II столь серьёзно относилась к этому изображению, что по её приказу портрет был множество раз скопирован и рассылался иностранным королям в качестве дипломатического подарка.

Портрет этот полон смыслов, не всегда понятных нам сейчас, но прекрасно читавшихся современниками.

На картине стареющая императрица изображена в красном кафтане, расшитом золотом, и соболиной шапке со спадающим шлыком. На груди — звёзды трёх русских орденов: Андрея Первозванного, Святого Георгия и Святого Владимира, подчёркивающие официальный характер облачения. Политическая программа Екатерины II нашла полное воплощение в этом портрете и её костюме, в котором она не раз появлялась перед своими спутниками в дороге. Красный кафтан сделан с явным намёком на польскую национальную одежду. Об этом свидетельствуют все элементы — цвет, любимый всеми славянскими народами, золотые брандебуры, которыми расшиты грудь и рукава, шалевый воротник и широкие рукава, похожие на польский кунтуш.

Портрет императрицы Екатерины II в дорожном костюме, 1787 год | Михаил Шибанов | Wikimedia Commons

Костюм как бы говорит зрителям: “Перед вами будущая царица Польши”. И действительно, в это время на троне в Варшаве сидел русский ставленник и бывший фаворит императрицы Станислав Понятовский, фигура компромиссная и временная. Уже состоялся первый раздел Речи Посполитой и готовились следующие, после которых независимая Польша прекратила своё существование. Совсем недавно к Российской империи был присоединён Крым. Императрица своим костюмом недвусмысленно намекала и европейским державам, и полякам, что присоединение Польши для неё ничуть не более сложная задача.

Второй важный элемент императорской одежды — меховая шапка. Она так же отчасти отсылает нас к польской традиции, но более всего схожа с традиционными казачьими головными уборами. Почти такие же шапки столетиями носили запорожские казаки, приведённые в подданство Российской империи. Папаха — высокий меховой колпак с цветным дном — стала одним из отличительных признаков казачества и остаётся таковым до наших дней. Меховая шапка, изображённая на портрете, символизировала внимание, которое императрица уделяет присоединённым на юге землям, где в пограничье должны служить казачьи полки. Не зря как раз во время Крымского путешествия Екатерина II объявила о восстановлении казачьего войска Верных запорожцев. Казачество получило своего заступника — кошевого атамана — и новые земли по Кубанской фортификационной линии, превратившись в главного стража кавказской границы империи.

Что характерно, претерпела сходные изменения при Екатерине Великой и мода высшего класса общества. Кафтаны в польском стиле и казачьи шапки стали популярными среди дворянства, демонстрировавшего всему миру, что русская шляхта готова решительно поддержать свою правительницу в её великодержавных амбициях.

Дворянская мода как дань патриотизму

В 1812 году началась Отечественная война. В то время, когда ещё никто не знал — выстоит ли Российская держава под ударами Великой армии Наполеона, сокрушившего до этого всех своих противников, русская знать обратилась к национальным традициям, подчёркивая своё стремление сражаться за царя и Отечество до победы. Жёны дворян примеряли простонародные одеяния. Приятель Пушкина Филипп Вигель в своих мемуарах писал: “Всю осень… в самых мелочах старались выказывать патриотизм. Дамы отказались от французского языка. Многие из них оделись в сарафаны, надели кокошники и повязки; поглядевшись в зеркало, нашли, что наряд сей к ним очень пристал, и не скоро с ним расстались”.

Некий столичный чиновник тех лет оставил воспоминания, как, прогуливаясь по набережной Фонтанки, встретил двух крестьянок, одетых с удивительной щеголеватостью. Подойдя поближе, дворянин с удивлением узнал в “бабах” барышень-дворянок, одетых по русской моде. Одну из них он хорошо знал, а второй оказалась её подруга-итальянка. Дело происходило в 1817 году. После изгнания французов прошло целых пять лет, уже давно был взят Париж, а Россия стала одной из самых могучих держав мира. Но дворянская мода на русское платье и не думала исчезать.

Мужская мода не отставала от женской. Лицеист и будущий дипломат Дмитрий Свербеев рассказывал, что всё дворянство, даже если не оказалось записанным в ополчение, надело серые кафтаны “русского покроя”, военные фуражки и подпоясалось кушаками, к которым вместо привычной шпаги цеплялась традиционная сабля. Тогда же, на смену французскому стилю, в моду вошла мужицкая стрижка “под горшок”, продержавшаяся до 1820-х годов. Что характерно — русское дворянство проявило себя в дни 1812 года и Заграничного похода самым достойным образом. На армию жертвовались огромные суммы, не было недостатка в добровольцах.

С наступлением мира о политических декларациях в одежде не забыли. Только теперь они могли означать совсем иное. Длинные, тщательно ухоженные волосы у мужчин означали склонность к вольнодумству и либерализму, подчёркивали нежелание поступать на государственную службу, где от каждого требовалась скромная короткая стрижка. А широкополая шляпа-боливар, воспетая Пушкиным в романе “Евгений Онегин”, стала явным знаком, отображавшим республиканские убеждения носителя. Дело дошло до того, что монархисты в ответ сделали своим символом похожий цилиндр, но с узкими полями.

Османский стиль — трофей победителей

Бирский купец с семьёй, 1875-1890 годы | Олег Купцов | Большой русский альбом

В 1820-х годах началась новая эпоха войн. Россия приступила к покорению Кавказа, что вызвало конфликт с Турцией и Персией. В ответ русское общество (явно) и государство (тайно) начало поддерживать греков, боровшихся с Османской империей за православную веру и независимость. Политика стала причиной распространения восточной моды. То, что в наши дни называется модным термином “культурная апроприация” и изо всех сил осуждается на Западе как ужасное наследие колониализма, в те годы считалось совершенно естественным. “Ну, да, мы завоевали Восток и теперь пользуемся трофеями победителей как хотим”, — говорили русские, надевая бурки, черкески с газырями, горские папахи и турецкие шали. Когда русские войска под предводительством генерала Дибича перевалили Балканский хребет и подошли к Константинополю, чтобы продиктовать мир туркам, в моду вошла “забалканская шуба”, сделанная на манер старинных русских шуб, а также венгерского и польского костюма.

С востока победители привезли роскошный османский стиль. Вновь, как в золотой век Екатерины II, помещики, отдыхая в своих загородных усадьбах, надевали восточные шлафроки, похожие на традиционные османские халаты, турецкие плащи и шапки. В этом костюме было очень удобно сидеть в вольтеровском кресле, покуривая турецкий табак через длинный чубук в ориентальном стиле. И никто из русских не испытывал ни капли угрызений совести — как же они вообще посмели воевать с “древней мусульманской культурой”, и даже того хуже — побеждать.

Влияние политики на моду стало вновь заметно в конце царствования Николая I, когда славянофилы попытались изобрести особый русский костюм. Но успеха в обществе эти попытки не имели, и только при Александре III и Николае II в большую моду вошёл русский стиль, охвативший буквально все сферы — от архитектуры до военных мундиров. Это наглядно демонстрировало как консервативные устремления правящей верхушки, поддерживающей такой курс, так и переориентацию Российской империи от средневековой идеи служения монарху к современным концепциям национального государства.

Увы, просуществовать этому новому русскому стилю было суждено совсем недолго…

Михаил Диунов

При копировании или перепечатке материалов активная индексируемая ссылка на сайт fitzroymag.com обязательна.

Добавить комментарий

Закрыть меню
Личный кабинет

К сожалению, регистрация новых пользователей временно не осуществляется.