Дон Кихот и Санчо Панса как символы испанского народа

Испанские хроники II

Удивительный парадокс. Если задаться целью вспомнить нечто максимально “испанское”, большинству на ум придёт ставшее нарицательным сочетание таких знакомых каждому с детства слогов. Дон Кихот. Рыцарь Печального Образа, неистово борющийся с несправедливостью, как с ветряными мельницами, — разве есть что-то более вечное и неизменно современное? Парадокс же в том, что понятия более исконно “испанского” и одновременно абсолютно глобального сложно придумать. 

На одной из центральных площадей Мадрида с говорящим названием “Площадь Испании”, вот уже почти сто лет стоит памятник главному испанцу всех времён и народов, из-под пера которого родились персонажи, до сих пор воплощающие испанский характер. Они тоже изображены тут, под взором своего создателя. 

В эпоху, ничего не знавшую о видеокамерах, четыреста лет тому назад, Мигель де Сервантес ухватил с абсолютной фотографической точностью все веяния эпохи, все особенности психологии своих современников, при этом оказавшись провидцем и заглянув в будущее. 

Хотя Сервантес писал свой главный роман как пародию на заполонившие книжные полки и умы в начале XVII века рыцарские романы с клишированными героями, авантюризм Дон Кихота привлекает, не раздражает, заставляет сопереживать. 

Дон Кихот
thelinke | iStock

Умение посмеяться над собой, лёгкость на подъём, авантюризм в лучших традициях донкихотства — это то, что отличает испанцев и по сей день. 

Там, где другие европейцы задумаются, начнут составлять план действий, прикинут все “за” и “против” — испанец, скорее всего, соберёт рюкзак и, влекомый этим авантюризмом, впечатанным в гены, отправится в путь навстречу приключениям.

Смешение жанров, реальности и фикции, воображения и насущных реалистичных проблем, — то, что характеризует роман Сервантеса и … саму Испанию.

Испаноязычная культура, захватившая со своего трона в Пиренеях добрую половину Западного полушария — по сути, такое же смешение стилей, как и повествование Сервантеса. 

Дон Кихот, в миру Алонсо Кехана, отправляется в путешествие по городам и весям, возомнив себя в собственной фантазии рыцарем, но главный его путь — это дорога внутрь себя. Это познание собственной природы и души через тернии вымысла и фантазии. Это ответы на волнующие всех нас вопросы, это попытка взглянуть во внутреннее зеркало. 

Дон Кихот

Художник: Оноре Домье

Символизм пути связан с Испанией многовековой историей, и даже крупнейший паломнический маршрут, дорога Святого Иакова (Camino de Santiago) — это такой же путь, как у Дон Кихота. Казалось бы, человек движется из одной точки в другую, к конечной цели, но в глубине души он понимает, что пустился в путь не для смены только географического положения. Дорога, которая его манит, стремится в глубины его собственной личности. Так же, как и у Дона Кихота, ищущего, страждущего. Литературный и религиозный символы страны посвящены одному и тому же — поиску своего “Я”. 

Это можно считать лейтмотивом испанского характера. 

Возможно, помня об этом, за видимым шумом любого собрания испанцев в количестве больше одного вы разглядите не только поверхностное веселье, но и это донкихотское стремление немного театрально, возможно, утрированно громко и ярко заглянуть в потайное зеркало, посмотреть на себя настоящего. 

Испания — такая же разная, как два главных героя романа, так удачно расставленные скульпторами перед взглядом каменного Сервантеса. 

Дон Кихот как символ культурной, городской, имеющей доступ к ресурсам, читающей Испании. И Санчо Панса, верный крестьянин на осле, своей житейской мудростью не раз выручающий благородного идальго. И пусть Испания сквозь призму Санчо Панса не столь аристократична, несколько простовата, но она мудра, она умеет превращать горькие лимоны в пресловутые лимонады (а то и в текилу!), она умеет смеяться и шутить.

Дон Кихот

Пабло Пикассо

Они — эти “Санчо Пансы” — соль испанской земли. И лишь в единении города и деревни, народа и аристократии, представителей разных национальностей и культурных слоёв заключен секретный рецепт единства Испании. 

Вспомним ещё вот что: первая часть приключений горе-рыцаря заканчивается бесславно, его усаживают дома, его любимые приключенческие романы сжигают как особенно вредные. Что ждёт главного героя? Бесславная старость. Но Дон Кихот находит поддержку в лице крестьянина по имени Санчо, становящегося его верным оруженосцем. Только в симбиозе интеллекта и житейской мудрости приключения становятся ещё более бурными. 

Сложно придумать людей с более разным, как сейчас сказали бы, бэкграундом, чем Дон Кихот и Санчо Панса. Кажется, между ними нет ничего общего. 

Но лишь в тесной связи на родной для обоих испанской земле они могут двигаться вперёд. 

Для современной Испании, не очень просто переживающей момент региональной дифференциации, это тоже символично. 

Да, единой и однородной Испании не существует. Да, Испания всегда была и будет блюдом таким же многокомпонентным, как любимая всеми испанцами паэлья.

Но стоит лишь убрать из рецепта шафран или какой-то морепродукт, всё разрушится. Так и с Испанией.  Добровольные ограничения не для испанцев, они просто не видят в этом смысла. 

Джонатан Прайс в картине:  «Человек, который убил Дон Кихота»
Режиссёр: Терри Гиллиам

Так же они не склонны перерабатывать, и не потому что ленивы или не могут трудиться, отнюдь — но протестантская этика им чужда. Просто труд — лишь часть жизни, а не её смысл. Поэтому в выходные здесь многое закрыто, поэтому даже в суете XXI века здесь есть место сиесте, пусть и не в том объёме, что раньше. 

Испанцы в принципе не самые прагматичные, не самые продуманные, зато весёлые, умеющие шутить над другими и над собой, лёгкие на подъём, красноречивые. 

Не будем забывать, что на момент начала приключений нашему главному герою уже пятьдесят лет. Все достижения и приключения, казалось бы, позади. Но он с этим не согласен. Это тоже так по-испански! В XVII веке пятидесятилетие — не сказать, чтобы даже зрелость, это очень солидный возраст. Но и тогда, и сейчас, для испанцев возраст — ничто. 

Возможно, неслучайно Испания — одна из самых благоприятных, с точки зрения продолжительности жизни, стран мира? 

Испанцы, перешагнувшие планку в 70, 80, даже 90 лет, активны, жизнерадостны, полны энтузиазма и, подобно тому, как Дон Кихот искал свою Дульсинею, они ищут удовольствие от жизни — и получают его.

Такой роман, одновременно сатирический и драматичный, действительно мог родиться только в Испании. В стране, где большая часть населения — католики, и где одновременно проходят самые отвязные вечеринки и кипят самые бурные страсти.

Стоит ли удивляться, что католическая Испания — одна из самых открытых стран мира?

Адам Драйвер в картине:  «Человек, который убил Дон Кихота»
Режиссёр: Терри Гиллиам

Испанцы стараются быть толерантными даже к тому, что другим может показаться сумасшествием. Испанцы гибкие, даже с учётом приверженности традициям и походов в церковь всей семьёй по воскресеньям. В остальные же дни они впереди планеты всей громче других ратуют за права всех — однополых, бесполых, ущемлённых, ищущих себя: одним словом, борющихся за идею свободы всех и каждого так же, как пять столетий назад боролся с казавшимися вымыслом опасностями Дон Кихот. 

Наконец, трюк с сумасшествием главного героя позволяет Сервантесу высмеять и предать огласке всю ту несправедливость окружающего его общества, что он видит: оно строго иерархизировано, несправедливо, коррумпировано. 

Изменилась ли Испания? Во многом да, но, скажем, проблема коррупции остаётся не менее актуальной, чем во времена Сервантеса. Долго ещё Мигелю де Сервантесу придётся сидеть на Площади Испании, чтобы испанцы помнили о заветах рыцаря печального образа. 

А пока эти аккуратные и элегантные не по возрасту испанцы, четыре десятилетия назад отрывавшиеся в декорациях мадридской Мовиды, расхаживают в обнимку по площади мимо памятника Сервантесу и его персонажам и бурно ругают власти, не забывая о главном — удовольствии от каждой прожитой минуты.

И на них мудро и насмешливо поглядывают бронзовые герои, достойные палаты мер и весов в качестве эталона испанцев, в чьих генах причудливо перемешались черты донкихотства, приправленные юмором Санчо Панса с более чем четырёхсотлетней выдержкой. 

Нона Оганян

Понравилась статья?
Поделитесь с друзьями.

Share on facebook
Share on twitter
Share on vk
Share on odnoklassniki
Share on telegram
Share on whatsapp
Share on skype

При копировании или перепечатке материалов активная индексируемая ссылка на сайт fitzroymag.com обязательна.

4.8 9 голосов
Оцените статью
Подписаться
Уведомить о
0 Комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии